Читать книгу - "Сердце пополам - Агата Лель"

Но ранее вы говорили о том, что он был не в курсе, – напомнила Кантемирова. Одинцов кивнул.

– Я сейчас все поясню. Прямо скажем, что ныне покойная Владислава была девушкой… – взял театральную паузу, – …не самого приличного поведения. Выросшая с тетей в не самых благополучных условиях она понимала, что ее билет в хорошую жизнь – выгодная партия.

– Что ты несешь! – подскочил с места Глеб. – Это все ложь! Намеренное желание очернить человека, которого уже нет!

– Прошу сохранять порядок в зале суда! – стукнула молотком судья. – Арина Игоревна, побеседуйте уже со своим клиентом, иначе я буду вынуждена убрать его из зала суда!

– Глеб, пожалуйста, держи себя в руках, – прошептала Арина, умоляюще глядя на Глеба. – Иначе тебя больше не допустят к слушанию.

– Но он несет чушь! – не унимался Демчуг. – Это неправда!

– Если это так, мы это докажем.

– Я могу продолжить? – с насмешкой вставил реплику Одинцов и, получив одобрение, снова начал строить пирамиду из четко продуманного блефа. – Девушка, как бы это сказать – окрутила моего клиента, с единственной целью – забеременеть от него и влиться в семью. Как понимаете, ей это удалось. Как только она узнала, что ждет ребенка, она сразу пришла и начала требовать от этой достопочтенной семьи для себя каких-то преференций.

– Я сейчас его убью, – прошипел Глеб, за что получил яростный взгляд Арины.

– Она шантажировала их, давила на жалость. У Станислава было подозрение, что этот ребенок может быть вообще не от него. А это, стыдно сказать, было возможно. Он твердо дал понять, что пока не удостоверится лично, с помощью теста ДНК, что это его кровь – девушка ничего не получит. Девушка…

– Ее звали Влада! – снова не выдержал Глеб.

– Последнее предупреждение, – зыркнула на него Кантемирова.

– Влада, – иронично выделил имя адвокат, – видимо, сама сомневаясь, его ли девочка, которую она ждет, или не его, решила подстелить себе соломки и переметнулась к другому, более внушаемому брату – Глебу. Она соблазнила его, втерлась в доверие, даже женила на себе, тем самым все-таки осуществив то, о чем мечтала. Но, как мы знаем, все закончилось трагично – бывшая пассия Глеба оказалась особой неуравновешенной и убила Владиславу. Глеб оставил ее ребенка себе. Возможно, чтобы не упасть в глазах общества.

– Чертов ублюдок! Помой рот с мылом, прежде чем поцеловать перед сном своего новорожденного сына! – буквально прорычал Глеб. Не выдержал. Прорвало. Даже оценивая последствия, не смог больше слушать эту ложь.

Минуту спустя Глеба увели из зала, Арина буквально готова была выть от отчаяния. Она понимала его эмоции, но черт возьми…

– Вот видите, ваша честь, – указал вслед Глебу Одинцов. – Разве этот человек может воспитывать ребенка? Чему он ее научит? Но вернемся у моему клиенту. Прямо здесь и сейчас я не стану рисовать из него образцового семьянина из рекламного ролика. Но давайте зададим себе другой вопрос: разве закон у нас карает за ошибки молодости? Разве мы судим человека за то, каким он был? Или мы должны смотреть на то, кем он является сегодня и какую перспективу он может дать ребенку? Станислав сегодня – это состоявшийся мужчина. У него стабильный легальный доход, прекрасный дом в новом районе Лондона, где у девочки будет своя собственная комната, медицинская страховка и все возможности для учебы в хорошей школе. Станислав, в отличие от Глеба, женат, а значит, у девочки будет то, чего она лишена сейчас – материнское тепло. Он осознал свои ошибки. Понял, что потерял. Да, поздно. Но лучше поздно, чем никогда. Возможно, Глеб и любит Варвару, я этого не отрицаю. Но одной любви мало, Ваша честь. Нужен ресурс. Крепкие нервы. Нужен фундамент. И этот фундамент Станислав готов предоставить прямо сейчас. В конце концов, у девочки должна быть полноценная семья. Отец – настоящий отец – который в силу сомнений и незрелого возраста, растерялся когда-то и принял неверное решение, теперь протягивает малышке свою руку. И моя профессиональная и человеческая обязанность сделать так, чтобы эта рука не была отвергнута. Прошу удовлетворить наш иск.

И шепотом, наклонившись к Стасу:

– Сиди тихо и просто кивай. И перестань крутить телефон в руках, на нас судья смотрит.

Он был рад, как вывернул это дело. Блестяще, как обычно. Безупречно. Перевел все стрелки на Глеба и эту Владу. Да, пришлось придумать ей новую биографию, но на войне, как говорится…

– А теперь мне хотелось бы, чтобы выступили свидетели с нашей стороны, если позволите, – добавил он.

Кантемирова приподняла рукав судейской мантии и взглянула на наручные часы. У нее, видимо, были свои планы.

– Мне нужно ознакомиться с тем, что предоставил мне свидетель со стороны ответчика. Встретимся завтра в это же время, – и, больше ничего не говоря, покинула зал.

– Сверни дело, будь умнее, – собирая бумаги в портфель, ухмыльнулся Одинцов, обращаясь к Арине. – Мы просто растопчем вас, и твоей карьере придет конец.

– Пошел к черту, – огрызнулась Арина и, крепко сжимая дело, ушла, а по факту – просто сбежала.

Все перевенулось с ног на голову, и что теперь с этим делать, она не знала. Если так пойдет дальше – Варю заберут. Глеб этого не переживет. А она сама себе этого никогда не простит. Все рухнет.

Часть 37

– Глеб, стой! Подожди! – Арина, бегло оценив вялое движение, спешно пересекла дорогу. Нагнала Демчуга, нервно забирающегося в свой джип. Села рядом. – И что это было такое? Я же просила тебя – держи себя в руках!

– Ты слышала это вообще? Слышала, что он нес? – широко раздувая ноздри, ударил ладонью по рулю Глеб. – Да он знать не знал Владу, и плел абсолютную, состряпанную на коленке ложь!

– Он – адвокат. Это его работа, его хлеб.

– То есть ты защищаешь его?

– Конечно нет! Его методы грязные и лично мне претят, но такова наша профессия. Он хочет всеми силами выиграть это дело и получить хорошие дивиденды. Наша с тобой задача – стойко выносить все, что они творят, не давать волю эмоциям. Мы тоже не сидим без дела, у нас своя тактика.

– У него, этого Одинцова, совсем недавно родился сын. Неужели он настолько гнилой внутри, что