Читать книгу - "Том 1. Отец - Николай Петрович Храпов"

будить, но и хотелось ему узнать, где найти отца. Луша, увидев сына, тихо проговорила ему:

— Я, наверное, не смогу пойти, иди ты. Может, застанешь его и попрощаешься. Ищи его на багажных путях, вагон его, как дачный, только с зарешетчатыми окнами. Беги сынок, Господь с тобою.

Павлушка был рад такому доверию и вприпрыжку побежал на станцию. Там он долго бродил среди составов, но арестантского вагона не находил. Окончательно измучившись, Павел решил пойти через резервный пассажирский состав. Проходя по пустым вагонам, он вдруг почувствовал уверенность, что вот сейчас он найдет отца. Предчувствие не обмануло его, взглянув в окно вагона, Павел увидел прямо против себя на соседних путях арестантский вагон, а в зарешетчатом окне заросшие лица. Люди напоминали мертвецов. В их строгих глазах Павел без слов прочитал: «Что тебе надо?» Мальчик повис на лямке окна изнутри, и оно медленно сползло немного вниз. Забыв об осторожности, он крикнул:

— Отца!

Арестанты пожали плечами, но, видно, о чем-то поговорив между собой, махнули ему: дальше. Павлушка перескочил к следующему окну, к третьему, к четвертому и, остановившись, увидел, как к решетке, заметив его, протискивался отец. Употребив всю свою силу, Павел стянул вниз за рамку оконную раму в своем вагоне. Однако окна арестантского вагона были настолько плотны, что ни звука Павел не слышал от отца.

Разговор был безмолвный. Отец прощался с сыном и, может быть, навсегда. Оба не слышали звуков, но, кажется, все понимали. Показывал ли отец на небо, на себя, на сына, в сторону, — Павел ясно, как в букваре, читал наставления отца и понимал его.

Вдруг под окном показался винтовочный штык проходившего между обоими составами солдата. Он остановился, явно намереваясь сказать что-то грозное. Из-под сдвинутых бровей Павел посмотрел на него сверху и по-мужицки, глухо проговорил:

— Отец!

Конвоир покачал головой, но, спокойно удаляясь, буркнул:

— Нельзя!

Павел принял это как позволение, и беззвучный разговор продолжался.

Никогда бы он не понял и не принял эти наставления так глубоко в прошлом гласно, как теперь безгласно. Он понял, что отец остался верным и желает, чтобы Павел был проповедником, что он теперь в семье вместо отца, что улицей и юношескими забавами заниматься не время, чтобы любил малышей, уважал верующих, а самое главное, не забывал Бога. Павел, как умел, отвечал, и отец кивал головой.

Так они молча беседовали, пока отцовское окно не дрогнуло и тихо поползло в сторону. Павел успел увидеть его поднятые вверх глаза, и все исчезло…

Медленно он зашагал домой, неся в сердце неизведанное прежде чувство печали.