Читать книгу - "Измена на двоих. Теперь я никому не нужна - Виолетта Весна"

с зарплатой. Снижение объема на первом и шестом участках не уменьшает согласованную ставку, потому что решение принималось руководством ради качества.

Наталья спросила о своей роли в транспортном журнале. Лаборант — о конкурсе на постоянного директора. Еще один работник хотел знать, не заставит ли Раиса выращивать больше винограда ради своих ресторанов.

— Минимальный объем закреплен, увеличение только после отдельной оценки урожая, — сказала Раиса с экрана. — Если «Столу и берегу» нужно больше, это не становится приказом производству.

Собрание длилось почти час. Люди не аплодировали, когда мы закончили. Они забрали сообщение, продолжили задавать частные вопросы и постепенно разошлись. Мне нравилось это больше показной поддержки. Компания не становилась семьей. Она оставалась местом, где взрослые люди выполняли работу и имели право требовать понятных условий.

Мы с Михаилом вышли последними. На парковке горели фонари, дежурная машина готовилась к ночному рейсу. Он предложил поехать к нему, но сначала мы зашли в мой новый кабинет. Я положила ключи Олега в сейф и подписала журнал доступа.

— Каково сидеть в его кресле? — спросил Михаил.

Я посмотрела на рабочий стол.

— Пока неудобно. Завтра попрошу заменить кресло на обычное из переговорной. У этого слишком высокая спинка и болтается подлокотник.

— Начинаешь управление с важного.

— Если я должна работать здесь по десять часов, подлокотник имеет значение.

Он рассмеялся. За весь день это был первый звук, не связанный с документами.

В его доме мы поужинали тем же соусом из морозилки и открыли бутылку вина не нашей компании. Рабочие разговоры закончились после того, как я записала три задачи на утро и закрыла блокнот.

— Весной попробуем жить здесь вместе? — спросил Михаил.

Я не ответила сразу. После продажи дома мне хотелось иметь место, которое не зависело ни от него, ни от компании. Я уже выбрала небольшую квартиру в Анапе и собиралась подписать договор в январе.

— Попробуем, — сказала я. — Но квартиру я все равно покупаю и сохраняю. В городе мне нужно оставаться в дни поздних дегустаций и встреч.

— Согласен. Расходы в доме делим?

— Текущие — по договоренности. Крупный ремонт твоего дома не оплачиваю без отдельного соглашения. Не хочу потом считать вклад в чужую недвижимость.

— Справедливо. Продукты, коммунальные расходы и помощь по дому — пополам или по факту проживания.

— И рабочие споры не продолжаем ночью без согласия обоих.

— Если один просит паузу, называет время разговора.

— Ты запомнил.

— Это было хорошее правило.

Он подвинул ко мне блокнот.

— Запишем?

— Нет. Хотя бы сегодня обойдемся без подписей.

— Тогда договорились устно.

Я коснулась его руки.

— Устные договоренности тоже нужно выполнять.

— Будем проверять.

Мы не обещали навсегда. Не назначали свадьбу и не делали отношения наградой за закрытую сделку. Выбрали весну, отдельную квартиру, понятные расходы и право каждого изменить решение после честного разговора.

Перед сном я проверила банковское приложение. Первый платеж ушел, резерв остался на месте, следующий срок по рассрочке стоял в марте. В рабочей почте лежали акт передачи и список задач на завтра. Мне предстояло впервые приехать в компанию к началу дня ее директором.

Михаил выключил свет и спросил:

— Будильник на пять тридцать?

— На пять сорок. Отсюда ехать меньше.

— Хорошо.

Я поставила время сама. Никакая подпись не обещала мне легкой жизни, но теперь мои решения больше не требовали разрешения человека, который когда-то считал мое молчание согласием.

Наутро нам предстояло поехать в «Каменный склон» на двух машинах. У каждого были свои ключи, свои обязанности и одинаковое право войти.

ЭПИЛОГ. Следующий урожай

Двадцать четвертого сентября следующего года Илья принес мне график лаборатории и не положил его на подпись.

— Для сведения, — сказал он. — Смены распределены, контрольные точки согласованы с производством. Если увидите риск, скажите до трех. Потом выпускаю приказ через Оксану Сергеевну.

Я прочитала две страницы. Год назад сама назначала время каждого анализа и проверяла, кто остается вечером. Теперь Илья руководил лабораторной сменой, а Оксана Сергеева, наш генеральный директор, отвечала за общий график.

— На третьей линии между приемкой и повторным анализом только двадцать минут, — сказала я. — Успеете?

— Наталья уже проверила маршрут образцов. Успеем, если машина не ждет разгрузку. Для задержки есть запасное окно в девятнадцать сорок.

— Тогда замечаний нет.

Илья забрал график.

— Не будете подписывать?

— Это твоя зона ответственности. Я согласовала контрольные точки, остальное решаешь ты.

— Привыкаю.

— Я тоже.

Он вышел, а я вернулась к результатам утренней дегустации. В кабинете генерального директора теперь сидела Оксана. После трехмесячного отбора мы нашли ее в крупном хозяйстве под Новороссийском и единогласно утвердили на собрании участников. Она не знала нашу семейную историю, не была ничьей родственницей и на собеседовании первой