Читать книгу - "Танго над бездной. Эскалации - Александр Гельевич Дугин"

сообщили сотрудники его службы безопасности, обычно в день поступает 180 тысяч угроз физического убийства, а сейчас 170 тысяч.

Так вот, сжечь заправку Tesla, нанести машине Tesla физический урон – это символическое убийство Маска. Символическое убийство Илона Маска – это символическое убийство Дональда Трампа. Символическое убийство Дональда Трампа означает символическое убийство ста миллионов американцев, которые за него голосовали. То есть это своего рода символический геноцид тех политических сил, которые в Америке не согласны со своим поражением, а в Евросоюзе все еще сохраняют радикальные позиции. Это не так уж отличается от отправки военных, военной помощи, в том числе солдат, на украинский фронт. Это одна и та же война. Война символическая, война за глобалистские ценности, война за смену пола. И когда мы смотрим на украинских пропагандистов, на то, что говорят глобалистские либеральные СМИ в Европе и Америке, мы видим невероятную степень ненависти. По сравнению с нашими СМИ и трампистскими изданиями, накал совершенно иной.

Существует террористическая группа людей с огромными – финансовыми, политическими, организационными – возможностями, с невероятно большим потенциалом, которые занимаются мировым терроризмом ежедневно. И в эпоху виртуального мира то, что человек делает символически, может быть важнее физических действий. Человек сжигает Tesla или царапает ее, оплачивает покушение и приветствует покушение на Трампа (или, как сейчас распространяются фейковые новости в Сети, якобы было покушение на Путина после слов Зеленского о том, что ему осталось недолго жить). На самом деле ничего не произошло, но это неважно, поскольку образы горящего лимузина, снятые где угодно, хоть в Камбодже, без попыток придать им правдоподобие, – это тоже элемент войны. На символическом уровне фигуры, ненавидимые глобалистами, убивают, расстреливают.

Грань между тем, когда ты сжигаешь Tesla, вроде бы нанося только материальный ущерб оппоненту, и тем, когда ты едешь на фронт, убиваешь русских людей, насилуешь русских женщин в Курской области, издеваешься над детьми и стариками, забрасываешь их гранатами, очень тонка. Мы, люди немного старомодные, считаем, что вот это преступление – действительно преступление. А сжечь машину, оскорбить кого-то в соцсети или прийти на митинг против политического оппонента – допустимо, это совсем другой уровень агрессии. Но на самом деле сегодня все наоборот. Человек, сжигающий Tesla, осуществляет акт геноцида своих политических и идеологических противников. Это очень серьезно, это, по сути, подготовка к мировой гражданской войне, где сталкиваются не народы, не Европа с Америкой, не Украина с Россией, а два лагеря на международном уровне.

Сторонников традиционных ценностей в Америке, Европе, России, даже в Китае и исламском мире гораздо больше, чем у глобалистских элит в той же Америке или Европе. У нас, слава богу, эти глобалистские элиты существенно потеснены. Они, конечно, существуют, но массово переходят на сторону русского народа, это очевидно, и это прекрасно. У нас эта проблема не стоит так остро, как в других обществах. Если они и действуют, то скрытно. А в Америке и Европе они действуют вполне открыто.

Эти два воюющих лагеря – это уже не межнациональное столкновение, а два полюса человечества, трансграничные группы. У одних – конец человечества, трансгуманизм, транссексуальность, утрата любых форм коллективной идентичности, и именно они выступают главными агрессорами. Это постгуманистические группы, будь то украинские нацисты или «перевертыши» из Берлина или Парижа, они принадлежат к одному типу – армии Сороса, армии Ротшильдов, армии глобалистских элит, все еще очень сильных, и они убивают. Разница между угрозой, которую получает Илон Маск (одной из 170 тысяч угроз физической расправы в соцсетях), и реальным действием невелика. Мы в России с этим столкнулись и знаем, кто за этим стоит. Хотя, может быть, это не только сами украинские нацисты, а может быть, это целая армия ботов или каких-то глобалистских ферм.

Нельзя доверять Западу. Никогда

Татьяна Ладяева. Наверняка их активно используют, чтобы увеличить количество угроз или создать видимость их масштаба. Посмотрим на отношения США и Ирана, потому что там, похоже, сейчас эскалация. Напомню: накануне Дональд Трамп пригрозил Ирану беспрецедентными бомбардировками, если США и Иран не заключат соглашение по ядерной программе. В ответ Иран заявил, что будет отстаивать свою позицию, если США попытаются спровоцировать мятеж. Насколько серьезно может обостриться ситуация?

Александр Дугин. Мятеж – дело рук, как правило, соросовских сетей, а Трамп предпочитает угрожать иначе – прямыми бомбардировками по всем стратегически важным объектам, включая ядерные. Это атака извне – либо своим оружием, либо израильским. А Иран отвечает, что у него есть оружие, способное нанести критический урон военным базам США в регионе. Суверенные державы так и должны разговаривать. Трамп говорит: мы, Америка, суверенны, значит, можем напасть на другую суверенную державу. Никто не может сказать «не делай этого», потому что суверенитет означает, что над тобой никого нет, кроме Бога. Как сказал Буш: God sent me to strike Iraq – «Бог велел мне ударить по Ираку». Возможно, велел, возможно, нет, какой Бог – это еще вопрос, но сейчас не об этом. Суверенитет – это право. Иран отвечает: «Только попробуй, мы готовы сражаться, мы понимаем, что такое наш суверенитет, и готовы его отстаивать». Смотрите, как хуситы держатся. Им говорят: «Прекратите». Они отвечают: «Не прекратим, и что? Мы воевали всю свою историю, у нас (у хуситов, у йеменцев на севере Йемена) жениться можно только после того, как убьешь противника. Попробуйте с нами побороться. Вы бомбите нас ракетами по Сане, Америка регулярно обстреливает». И что? Как будто у них пропадет желание воевать – наоборот, оно только разгорается.

Трамп ведет политику реализма, политику суверенной державы. Ему нужно доказать состоятельнотсь идеи MAGA – Make America Great Again. С перемирием на Украине не получается, на Ближнем Востоке – да, с Канадой не получается. Канадские политики, даже консервативные, вроде Пуальевра, правого глобалиста, выступающего за традиционные ценности, очень жестко выступили против Трампа, не хотят становиться 51-м штатом. Тем более не хочет Карни, наследник Трюдо, либерал, чистый глобалист. Про Гренландию Трамп говорит: сейчас купим, захватим, завоюем, она нам нужна. Мы говорили в начале передачи о значении Арктики в новой геополитике будущего. И там тоже протесты. Возможно, их поддерживает и Сорос. В сухом остатке: у Трампа с MAGA пока не очень получается. Вот он и нервничает. Говорит: тогда ударю по Ирану, сейчас введу тарифы против России, против Китая.

Честно говоря, хотелось бы, чтобы Трамп продолжал свою политику и, сталкиваясь с реальностью, искал действенные пути сделать Америку снова великой. Нужно ранжировать риски, угрозы, смотреть, кто в этой ситуации друг,