Читать книгу - "Вязьма - 1941. Крах Тайфуна - Влад Радин"

город. Утром тринадцатого декабря наконец пришли добрые известия от Рыбалко. Части его конно — механизированной группы сумели в течении ночи и утра совершить внушительный рывок и к одиннадцати часам утра вели бой уже в трёх километрах от Теряевой Слободы. Ускорился и Ротмистров. Коридор, по которому отходили из района Клина соединения третьей танковой группы немцев становился всё уже и уже.

— У Лукина дела пошли более или менее, — сказал мне Соколовский, — похоже в самое ближайшее время будет освобождено Щёкино.

— Как бы нам не опоздать, — ответил ему я, — Гудериан всё же успевает вытаскивать свои уцелевшие войска из наметившихся клещей.

— Вот здесь, юго — западнее Тулы возникла брешь в немецкой обороне, — показал мне на карте Соколовский, — в районе Дубны.

— Да — вижу, Василий Данилович, — произнёс я, — через эту брешь очень будет соблазнительно ввести подвижную группу и направить её прямиком на Калугу! Помочь Захаркину. А то, что -то он не мычит не телится. Еле — еле Алексин освободил. А до Калуги ему ещё, при таких темпах продвижения ещё очень долго! Дай Бог к Новому году дойдёт! А брешь очень соблазнительно выглядит! Сорок километров не меньше! И резервов, чтобы прикрыть её по — быстрому Гудериан вряд ли изыщет. По крайней мере в самое ближайшее время.

К исходу дня части Рыбалко сломив наконец отчаянное сопротивление немцев ворвались в Теряеву Слободу. Последняя дорога на запад для третьей танковой группы была перехвачена. Передовые подразделения группы Ротмистрова находились в четырех — пяти километрах от Теряевой Слободы. После вечернего совещания я подошёл к телефону ВЧ — связи и позвонил Сталину. Когда он поднял трубку, я, поздоровавшись с ним кратко доложил:

— Товарищ Сталин, части немецкой третьей танковой группы в настоящий момент находятся в оперативном окружении.

Рано утром я выехал в Клин. Хотелось, непосредственно, на месте, посмотреть на результат всех тех усилий, которые приложили войска вверенного мне фронта. Усилий, которые, уже сейчас, по самым предварительным данным привели к тяжелому поражению всей немецкой третьей танковой группы.

В центре города я уже увидел знакомую мне картину. Брошенные немецкие автомобили легковые и грузовые, несколько бронетранспортёров и танков. Вся эта техника вереницей расположилась на центральной улице Клина. Над самим городом ещё там и тут ещё поднимались столбы чёрного дыма, а западнее со стороны дороги Клин — Высоковск доносились звуки канонады. Бои шли ещё совсем недалеко от города. Попавшие в котёл немецкие войска предпринимали судорожные усилия пытаясь вырваться на запад из сжимающихся клещей. До полного разгрома третьей танковой группы немцев было ещё очень и очень далеко. Тем более, что выход из котла ещё имелся. Да, все дороги были уже перехвачены нашими войскам, но у окружённых немцев оставался шанс прорваться на соединение к своим по бездорожью. Конечно, такой прорыв, даже в случае его успеха, стоил бы противнику потери почти всей техники и значительной части тяжёлого вооружения, но даже в этом случае, командование третьей танковой группы имело бы возможность, попытаться спасти значительную часть своего личного состава.

Я, конечно, допускал, то, что какой -то части немецких войск всё же удастся выйти из окружения. Но в том, ином 1941, они вышли из — под Клина в общем -то ценой совсем незначительных потерь. И отойдя на рубеж реки Лама, сумели надолго задержать на нём продвижение частей Западного фронта. Теперь же я видел свою задачу в том, чтобы, если какие -то немецкие части и сумели бы вырваться из образовавшегося котла, то ценой таких потерь, которые бы крайне затруднили бы им возможность надолго зацепится на новом оборонительном рубеже.

На восточной окраине Клина я разыскал КП командующего первой ударной армией генерала Кузнецова. Судя по тому какими темпами, шло оборудование КП он только, что переехал на новое место.

— Ну, что, Василий Иванович, чем порадуешь? — обратился я к командарму.

— Ну так, Клин -то наш! — произнёс он в ответ.

— Ну, что он наш я это вижу, не хуже тебя. А дальше, что? Как там насчёт Высоковска?

— Преследуем немцев в направлении Высоковска.

— Преследуешь? Ну это ты правильно делаешь. Только преследовать мало. Вернее, надо не только преследовать. Надо приложить максимум усилий, чтобы немцы не выскочили из кольца. Тем более, что оно не сказать, чтобы было очень плотным. Сейчас внешнее кольцо окружение образуют части конно — механизированных групп. Следовательно, и на твою армию, и на твоего соседа возлагается задача формирования внутреннего кольца. Понял меня? Так, что почивать на лаврах ещё несколько преждевременно. Главные усилия ещё впереди. А то, как бы не получилось в рассказе про того охотника. Медведя он поймал, да только тот его не пускает!

Генерал — фельдмаршал фон Бок, только, что закончил очередной и, как всегда, это было в последнее время, очень неприятный разговор с Гитлером.

В районе Клина в самом деле складывалась катастрофическая ситуация. Главные силы третьей танковой группы оказались фактически в оперативном окружении. Теряева Слобода захвачена русскими. Все дороги, ведущие на запад, дороги по которым более или менее спокойно можно было отвести немецкие войска, отныне были перехвачены противником. К тяжёлому кризису, развивающемуся в полосе второй танковой армии Гудериана, добавился ещё и этот. По сути, над группой армий нависла угроза полного разгрома. И в первую очередь над её механизированными соединениями, которые и так были обескровлены и измотаны до последней степени. И никаких резервов, при помощи которых он бы мог поправить положение в его распоряжении больше не было.

По имеющимся у него, фон Бока данным, в самые ближайшие часы Гитлер, должен был издать свой приказ, в котором он категорически запрещал любой отход, без согласования с ним, Верховным Главнокомандующим Вермахтом. В тоже время фон Бок прекрасно понимал ту простую, элементарную вещь, что всякое промедление с осуществлением прорыва из котла в районе Клина, может привести к одному — полной и окончательной катастрофе. Поэтому немедля ни секунды он поднял телефонную трубку и позвонил Рейнгардту.

— Вот, что, Рейнгардт, — сказал он командующему третьей танковой группой, — необходимо немедля ни часа, ни минуты, организовать прорыв из окружения окружённых в районе Клина, наших войск. Я понимаю, что такой прорыв обойдётся нам ценой огромных потерь в технике и вооружении, особенно тяжёлом, но иного выхода из сложившейся ситуации я не вижу. Вы понимаете меня?

— Да, господин, генерал — фельдмаршал, я так же