Читать книгу - "Блуждающий Трактир - pirateaba"

ну, раньше справлялся. Но я нахожусь в месте, где единственные лекарства, которые у нас есть, — это различные виды алкоголя. Удачи в поисках бутылки антидепрессантов здесь, не говоря уже об аптеке.

Это заставляет меня чувствовать себя никчёмным. Не слишком помогает и то, что другие люди разделяют это мнение.

А [Клоун]… На самом деле у меня 19-й Уровень, что может вас удивить. Но, когда я получил этот класс, я воспринял это как знак. Я смешал немного белой краски для лица, добавил немного красной для рта и научился жонглировать. Я бегал вокруг, пытался падать на глазах у других, рассказывал плохие шутки и вообще выставлял себя на посмешище.

Серьёзно, я должен был получить от этого максимум два уровня. Но оказалось, что я и все, кто был призван в этот мир, получили класс [Героя], когда прибыли сюда. Мы все [Герои] 1-го Уровня, и никто так и не смог поднять его выше, но благодаря этому мы гораздо быстрее получаем все остальные уровни.

Так что сейчас у меня 19-й Уровень, и я пытаюсь достичь 20-го. Согласно общеизвестным данным, на 20-м Уровне все обычно получают навык лучше среднего, а после него они все, в общем, становятся лучше.

Да. Это похоже на игру, если так подумать. Но для меня она слишком реальна. Слишком реальна и слишком ужасна.

Я не могу быть воином, как другие. Я не хочу убивать никого, даже ужасных тварей с тоннами глаз и когтей. Вообще-то, именно от них я бы предпочёл держаться как можно дальше.

Я просто хочу повысить уровень этого класса. Я думаю… да, я думаю, это может того стоить.

Прямо сейчас? Прямо сейчас я пытаюсь рассмешить людей.

Представьте себе вот такую сцену, если хотите, конечно. В центре маленькой деревни есть травянистое место, где грунтовая дорога превращается в почву. Деревня, в которую нас поселили, довольно маленькая. Но даже в такой глуши живут люди и дети.

Они не могут уйти далеко от деревни. В ней есть несколько [Охотников] и больше, чем один низкоуровневый [Воин] или [Маг], но настоящую защиту дают патрули и небольшой гарнизон [Солдат], размещённый в нескольких милях вниз по дороге.

Благодаря нам этот гарнизон увеличился в три раза, и жители деревни чувствуют это по увеличению пошлин на товары и припасы. Мы даже заняли ратушу — большое здание, достаточно просторное, чтобы вместить всех нас. У нас есть кровати, ежедневное питание и даже основные удобства, любезно предоставленные короной.

У деревенских ничего этого нет. Поэтому они нас ненавидят.

Но дети… ах, дети по-прежнему радуются нашему присутствию. В отличие от взрослых, у нас нет определённой работы, поэтому мы можем проводить время с ними. Раньше — больше, но теперь почти никто из нас не хочет играть с детьми.

Так что приходится мне.

Смотрите, смотрите на клоуна! Видите, как он ковыляет по траве? Я улыбаюсь, чувствуя, как засохшая краска трескается на моём лице. Я подбрасываю в воздух три резные деревянные кегли и жонглирую ими перед аудиторией из восьми или около того детей, которые перестали играть в догонялки, чтобы посмотреть на меня.

Это не первый раз, когда я устраиваю представление, и поэтому усталая домохозяйка на другой стороне улицы просто окидывает меня взглядом, качает головой и идёт дальше. Но дети скорее взрослых склонны дать мне ещё один шанс, поэтому они смотрят, как я жонглирую кеглями.

Они ужасно грубые и неудобно лежат в руках, но мне удалось раскрасить их в ярко-красный, синий и жёлтый цвета. Часть краски стёрлась, но, когда они мелькают над моей головой, это всё равно выглядит впечатляюще.

Ладно, не впечатляюще. Но хорошо. И это просто чудо, что я вообще могу жонглировать. У меня не было этого навыка дома, но я научился этому, когда повысил уровень в классе [Клоуна].

У меня есть несколько навыков, которые позволяют мне исполнять клоунские штучки: жонглировать, падать плашмя и т.д. У меня есть один ужасно раздражающий навык, который сейчас, слава богу, неактивен, и один странный навык.

[Громкий Голос]. Его название говорит само за себя. Но это странно. Это не тот навык, который нужен [Клоуну], верно?

Обычно клоуны даже не разговаривают. Я видел нескольких в цирке, и они похожи на мимов. Они могут издавать смешные звуки, но не говорить.

Но если я понимаю, как работает этот класс, то тогда, возможно…

Упс. Я так увлёкся своими мыслями, что уронил одну из кеглей. Две другие упали на землю, и я принялся думать, как исправить положение, пока дети бормотали и почёсывались от скуки.

Ладно, как насчёт этого?

Я делаю паузу, поднимаю руки и поджимаю губы. Затем я показываю на свою пустую руку. Дети наблюдают за моей пантомимой, зная, в чём её суть, но всё равно с интересом продолжая смотреть.

Я сжимаю кулак, а затем показываю фокус, где я делаю вид, что вытаскиваю что-то из воздуха. Разница лишь в том, что я действительно кое-что вытаскиваю. Я подбрасываю ярко-синюю кеглю в воздух, а затем вытаскиваю ещё одну из-за спины. К ней присоединяется жёлтая, и я снова жонглирую, несмотря на то что я так и не наклонился, чтобы поднять кегли с земли.

Дети смеются и показывают пальцами, а я по-настоящему улыбаюсь под краской. Это было не так уж плохо. И всё благодаря моему Навыку.

Мой единственный крутой трюк заключается в том, что я могу вытаскивать предметы, казалось бы, из ниоткуда. Конечно, они должны быть при мне, но в радиусе 5 футов от меня я могу заставить что угодно появиться у меня в руках.

Но вскоре даже моё жонглирование и трюки со шляпой надоедают. Тем более что, кроме кеглей, у меня больше нет никакого реквизита. У настоящего клоуна есть воздушные шары, конфетти, тарелки, чтобы балансировать на палках…

А у меня больше ничего нет. Поэтому я прекращаю жонглировать и прокашливаюсь, когда дети начинают вставать.

— Кто-нибудь хочет услышать шутку?

Они оглядываются на меня. Один из старших детей ворчит и качает головой, но они остаются. Дети в этом плане доверчивы.

— Хорошо.

Я справлюсь. Я кашляю в руку в перчатке.

— Эм. Тук-тук.

Они моргают на меня. Наконец Вилен протягивает мне руку помощи:

— Кто там?

— Гоблин.

— Какой гоблин?

— Которого зовут Шоблин. [1]

Они смотрят на меня, потом — друг на друга. Старший мальчик качает головой.

— Я же говорил вам, что он несмешной.

Я не умею шутить. Так уж я устроен.