Читать книгу - "Любовь по наследству, или Сундук неизвестного - Анастасия Енодина"

медпункт, и нам просто сказали, что Константин был болен... Хотя, может, этот проклятый Крафт и не скрывал свой недуг, поэтому информация не является секретом...

- Ладно. Допустим, он болел... - недоверчиво согласилась я. - Доказательства?

- Доказательства? - хмыкнул парень, поражаясь моей наглости, и зачесал назад рукой свои волосы. - Результаты МРТ, медицинская карта... У меня нет ничего этого... - он развёл руками. - Я могу говорить лишь с его слов... И с его же слов я записывал в свой журнал... Он не является документом, это чисто для меня, чтоб не забыть... - он пролистал несколько страниц, что-то прочёл про себя и сообщил нам: - Сперва предполагалось воспаление тройничного нерва, потом обследование показало опухоль в головном мозге...

- В смысле, у него был рак? - уточнила я, поскольку мне хотелось ясности и знакомых понятий.

- Да, - кивнул фельдшер. - У него был рак... Константин - молодец, он действительно пытался излечиться, исправно проходил все курсы химиотерапии...

- Вот почему он был лысый на фотографии! - с укором посмотрела я на Эрика, словно он являлся матёрым детективом и просчитался в такой простой мелочи. - А ты: дезертир-дезертир!

- Да, последнее время он был лыс, - подтвердил доктор, задумчиво глядя в окно. - Довольно странный способ покончить с собой - спалить самого себя в сарае, не находите? Да и не считаю его способным убить себя. Полагаю, он просто нанял людей, которые лишили его жизни безболезненно, а потом сожгли тело...

Звучало вполне логично... Но тогда кто те, что ищут его теперь? Отчего они уверены, что Константин жив или, если они верят, что тот умер, то что же они ищут?

Прода 15.10-2

- С чего вообще взяли, что это именно он погиб? - спросил Эрик, видимо, тоже заметив, что прояснилось далеко не всё. - Была экспертиза или что-то в таком роде, что обычно проводят в подобных случаях?

- Ну, это надо спрашивать не у меня... - развёл руками парень. - Знаю, что следователи катались в Дубки, к Олегу... как бишь там его... Хотя, не важно, он там один такой. Стоматолог Костин. Он только у него, говорят, лечился всю жизнь. Мотался в Дубки, пару раз даже приглашал Олега в городскую платную клинику перебраться работать, чтоб под рукой был, но тот ни в какую...

- Дубки нам совсем не по пути, - вздохнул Эрик. - Нам сейчас лодочку найти и уплывать надо... Дела, работа... Да и Константин, признаться, не самый близкий родственник, чтобы разобраться в случившимся было делом чести...

Неназвавшийся по имени фельдшер понимающе кивнул.

Поблагодарив, мы вышли на улицу в молчании и направились по тропе, ведущей от крылечка, к дороге.

- Красиво врёшь, - похвалил Эрик.

- Ты тоже, - улыбнулась я. - Боишься, что он с ними заодно?

- Не знаю, но лучше, чтоб никто не знал, куда мы направляемся... Сейчас пройдём тропами грибников вдоль дороги до Дубков, а там наведаемся к Олегу-стоматологу... если найдём его там...

Наше путешествие нравилось мне всё меньше, но отношение к нему скакало по синусоиде, причём находилось в прямой зависимости от погоды и времени суток. Днём, при свете солнышка и под звуки природы настроение поднималось, уверенность в скором разрешении всех проблем возрастала, и я даже получала удовольствие от того, что нахожусь здесь.к вечеру, я знала, наверняка вернётся страх, уныние и желание оказаться поближе к дому. Пока был реальный шанс не оставаться здесь так надолго и встретить сумерки уже около своего города.

Мы шли спокойно, и со стороны наша прогулка не казалась бегством. Или она и не являлась бегством? Судя по выражению лица Эрика, он вообще не очень-то впечатлился тем, что за нами следят и на нас, возможно, охотятся.

- Постой... - он рукой преградил мне путь, и я остановилась, с непониманием глядя на него. - видишь тех людей?

Я нахмурилась, кивнув. Ага, вижу я тех людей! Как же! Два серовато-черноватых продолговатых пятна на фоне зелени я вижу с такого расстояния!

- И что? - спросила я, поскольку шансов самой понять это у меня не было.

- Они явно не местные - смотри, как одеты! - словно продолжил издеваться Эрик. - Надо бы поспешить... Нам ведь ещё к стоматологу надо заглянуть!

И он повёл меня в сторону, так, чтобы те люди, что казались мне бесформенными пятнами, нас не заметили. Хорошо, что эта деревня не густо заселена. У Мишки на даче много домов, каждая улочка имеет чёткие границы, и просто так от погони там не скроешься. Вернее, можно, наверно, уйти огородами или переулками, но всё равно это не сравнимо с тем, что было здесь. Ни один дом не соседствовал с другим, располагаясь впритык, между всеми пролегали рощицы, луга, заросли травы с узкими тропинками или какие-то болотистые низины. В общем, было, где разгуляться! Потребовалось бы человек сто, чтобы перекрыть нам все пути к отступлению! Наверняка, и берег у залива извилистый, можно спокойно найти место, которое никто не охраняет и перебраться на лодке на тот берег. Хотя, это риск: лодку легко заметить, да и местность нам не знакома.

Вверив свою судьбу Эрику, я шла и глазела по сторонам. Временами мимо нас пролетали жужжащие толстые шмели, иногда то там, то здесь порхали бабочки, пение птиц по мере нашего продвижения к лесу становилось всё тише - утреннее время подходило к концу, солнце припекало, а это значило, что скоро жизнь ненадолго замрёт, пока жара не спадёт.

- Жаркий денёк будет, - сказал Эрик, и я в который раз подумала, что, возможно, он читает мысли и без зрительного контакта и волнения.

- Только вот жары и не хватало для полного счастья! - недовольно воскликнула я. - От залива отдаляемся, даже ветерка свежего нам не светит!

- Можно искупаться, - предложил Эрик. - Судя по карте, здесь полно лесных озёр. Какое-нибудь да оборудовано пирсом или пляжем, по-любому!

- Купальника нет, - отрезала я, запрещая себе даже думать о купании.

Окунуться в бодрящую холодную воду хотелось бы, очень сильно хотелось бы... так что даже не стоит и думать!

- Брось, Ксюш! Это не причина отказывать себе в удовольствии! - как обычно не видел проблемы парень. - Я обещаю не подглядывать! - я взглянула на него, и он мне подмигнул, вовсю улыбаясь, причём по его улыбке было ясно, что подглядывать