Читать книгу - "Уральский следопыт, 1982-04 - Журнал «Уральский следопыт»"

и настойчивом движении к цели, к тому, что нынче является его работой. Она предельно напряженна. Предельно ответственна: это же все связано с именем, которое знает весь мир.

– Надо бы напомнить, – рассказывает Михаил Павлович, – что у Владимира Ильича не было официального биографа. У всех, буквально у каждого, даже маленького политического деятеля большинства стран мира, как правило, он имелся. Биограф детально, шаг за шагом, записывал слова, мысли, высказанные по тому или иному поводу «шефом», выражаясь по-современному. Владимир Ильич занимался революцией, ее подготовкой, создавал первое в мире государство рабочих и крестьян. Но вот что касается собственной персоны – на это не было у нашего вождя ни времени, ни желания.

…Совсем иначе говорит теперь Михаил Павлович: охотно, с желанием как можно больше рассказать о личности, потрясающей и по сей день масштабностью своих деяний поступков, высказываний и трудов.

– Круг моих интересов ко всему, что написано самим Лениным и о нем, заужен, сфокусирован лишь на одном: Ленин – государственный деятель.

Еще до нашей встречи мне довелось познакомиться с двумя книгами, написанными Ирошниковым. Они только что изданы в Ленин-, граде. В красиво оформленных обложках. Каждая страниц по 400, но вот тиражи не очень большие. Стоит, думал я перед встречей с их автором, расспросить Михаила Павловича, как ему удалось собрать материалы для этих книг. Это же непросто – сказать свое, отличающееся новизной слово. вписать строку в Лениниану.

– Да, – соглашается Ирошников. – но зато и интересней! Вот. на полках и стеллажах кабинета. где мы беседуем с вами, – десять томов размером с энциклопедию. «Декреты Советской власти»…

Здесь – труд Ленина, создателя государства Советов. Как историку, взявшему на себя такую ответственную тему, мне надо досконально знать и одиннадцать томов Биографической хроники – это словно бы компас для каждого, изучающего жизнь, деятельность Ленина. Разумеется, нужны и знания непосредственно работ, трудов Владимира Ильича.

Я так пока что и не назвал книги. Одна из них «Председатель Совнаркома В. Ульянов (Ленин)». Фактически – это докторская диссертация Ирошникова. Вот как писал о ней журнал «История СССР» (№ 1, 1981): «Из числа работ, получивших признание научной общественности, назовем диссертацию М. П. Ирошникова…» – и далее шло только что приведенное мною название теперь уже книги. Она начиналась с поисков: кто же стал работать в органах народовластия под руководством Ленина в самый первый год деятельности нашего государственного аппарата?

Конечно, и до публикации Ирошникова было известно – кто именно возглавил первые наши «министерства» (по предложению Владимира Ильича в первые годы Советской власти они звались народными комиссариатами).

Друпге исследователи, несомненно, встречали в ленинских работах фразу о том, что в первые месяцы существования наркоматов, Совета народных комиссаров было проведено анкетирование всех, работавших в госаппарате.

Где эти анкеты? Вот вопрос, который поставил перед собой исследователь. Начались поиски в партийных, государственных архивах. На это ушли не недели и не месяцы.

Наконец, перед ученым оказались несколько объемистых папок. Более шестидесяти лет ими не интересовались. В научных кругах существовало и скептическое отношение к самому факту – может, анкеты вообще не сохранились – вот и все…

Были они. Сохранялись.

И только одна их часть состояла из 25.000, заполненных разными почерками, чернилами, плотноватых листков грубой бумаги.

– Для анализа такого количества анкет вы, Михаил Павлович, наверняка воспользовались услугами ЭВМ. Стоило лишь зашифровать, перенести все на перфокарты – и электронный мозг мог бы…

– Нет, не мог бы, – отвергает мою версию собеседник. Заведомо не доверил машине столь тонкое дело, требующее, считаю, только человеческого ума, а не электронного. Ума – и души. Взгляните. к примеру, на эту анкету, заполненную в 1918 году рукой Феликса

Эдмундовича Дзержинского. Как бы распорядилась ЭВМ с двумя его ответами? На вопрос: «Сколько часов работаете в день урочно и сколько сверхурочно?» следует ответ «железного Феликса»: «Работаю сколько нужно». «Состояние вашего здоровья?» – вопрошает анкета.

Ответ: «Здоровьем не отличаюсь».

…Еще одна фотокопия анкеты у меня в руках. Заполнил ее Василий Иванович Митюрев. До революции он был рабочим петербургского завода «Сименс и Шуккерт», после нее – сотрудником комиссариата иностранных дел. В анкете на вопрос: «Пользуетесь ли вы в советских учреждениях обедами, пайками и т. п.» проставлена дневная норма: «1 фунт хлеба, чай и сахар». Вот и весь паек для работника государственного аппарата, который в графе о своем здоровье написал: «Поражены легкие»… Наверняка у ЭВМ не хватило бы сообразительности «обдумать», сопоставить эти два ответа.

Впервые в нашей исторической науке сопоставлены и другие ранее не проанализированные факты.

Но об этом чуть позже. Сначала о том, как выдвигались в руководители того или иного наркомата.

25 октября (по старому стилю) В. И. Ленин выступил в Смольном перед депутатами Петроградского Совета с докладом о задачах власти Советов. «Угнетенные массы сами создадут власть. В корне будет разбит старый государственный аппарат и будет создан новый…»

Новый… Где же его взять? У кого из соратников Владимира Ильича, достойных во всех отношениях людей, преданнейших партийцев с дореволюционным стажем – у кого из них был опыт руководства госучреждениями, страной в конце концов?

Не было опыта – его нужно было приобретать. Это понимал не только Ленин. В книге Ирошникова приводятся редко цитируемые строки из воспоминаний члена большевистской партии с 1903 года Г. И. Опрокова (А. Ломова): «Желающих попасть в наркомы было немного… боялись не справиться с работой. Ленин энергично искал кандидатов в наркомы и на ответственные посты. И после этого ЦК тут же оформлял очередное назначение. Разногласий не было никаких».

Все, кто любит кино, знают старый сериал фильмов о петроградском большевике: «Юность Максима», «Возвращение Максима»… Там есть эпизод: героя картины, питерского рабочего, назначают… директором банка. Он входит в здание, где ему предстоит работать, а в нем ни души. Бывшие служащие, саботируя, всячески мешали наладить заново работу. Но и эта трудность стала по плечу нашим наркомам, директорам банков и так далее.

Наиболее емкое определение проделанной Ирошниковым аналитической, исследовательской работы я нашел в журнале «Рабочий класс и современный мир» № 1 за 1981 год. «Основные вопросы ленинского учения о сломе буржуазного и создании пролетарского государственного аппарата, – пишет журнал, – М. П. Ирошниковым исследованы с привлечением им новых, не известных ранее науке статистических данных».

Эти данные приведены в другой, столь же новой, только что изданной книге «Осуществление мечты».

Не дает мне покоя знакомая читателю цифра: 25 000. Каждую анкету проштудировать, выбрать на первый раз ориентиры к дальнейшей работе