Читать книгу - "Блокада Ленинграда. Три страшных года в документах с комментариями - Николай Лукьянович Волковский"

В 228 сд 4-й армии 3 августа во время беседы беспартийный красноармеец Черкасов сказал: «Зря для бойцов вводят такие суровые меры. Бойцы не виноваты, все зависит от командиров». В подразделении ограничились разъяснением приказа Черкасову. Мною (предложено) начпоарму и уполномоченному особого отдела взять Черкасова под наблюдение.

В соответствии с Вашими замечаниями о качестве информации по приказу 227 дал указания начпоармам, принял организационные меры к ее улучшению.

Начальник Политуправления фронта бригадный комиссар К. КАЛАШНИКОВ

ЦАМО РФ. Ф. 204. Oп. 125. Д. 10. Л. 29–31. Подлинник

Сталинский приказ № 227 создавал дополнительные заградотряды в подразделениях армии, помимо уже существовавших из войск НКВД, а также штрафные батальоны и роты. В условиях недокомплекта армии солдат и политруков для заградотрядов, видимо, было достаточно. Примечательно, что начальник политуправления фронта противоречит сам себе. Так, командующие частями 54-й армии были отправлены под суд за переход к врагу их подчиненных. Однако, когда беспартийный красноармеец высказал мнение, что вина за военные неудачи лежит на командирах, а не бойцах, его предложили «взять под наблюдение».

Жизнь города

О случаях людоедства

ИЗ ДОКЛАДНОЙ

записки военного прокурора А. И. Панфиленко А. А. Кузнецову

21 февраля 1942 г.

В условиях особой обстановки Ленинграда, созданной войной с фашистской Германией, возник новый вид преступлений [161].

Все [убийства] [162] с целью поедания мяса убитых, в силу их особой опасности, квалифицировались как бандитизм (ст. 59–3 УК РСФСР).

Вместе с тем учитывая, что подавляющее большинство указанного выше вида преступлений касалось поедания трупного мяса, прокуратура г. Ленинграда, руководствуясь тем, что по своему характеру эти преступления являются особо опасными против порядка управления, квалифицировала их по аналогии с бандитизмом (по ст. 16–59–3 УК).

С момента возникновения в г. Ленинграде подобного рода преступлений, т. е. с начала декабря 1941 г. по 15 февраля 1942 г., органами расследования за совершение этих преступлений было привлечено к уголовной ответственности: в декабре 1941 г. — 26 чел, в январе 1942 г. — 366 чел. и за первые 15 дней февраля 1942 г. — 494 чел.

В ряде убийств с целью поедания человеческого мяса, а также в преступлениях о поедании [163] трупного мяса участвовали целые группы лиц.

В отдельных случаях лица, совершавшие подобные преступления, не только сами поедали трупное мясо, но и продавали его другим гражданам…

Социальный состав лиц, преданных суду за совершение указанных выше видов преступлений, характеризуется следующими данными:

1. По полу:

мужчин — 332 чел. (36,5 %) и

женщин — 564 чел. (63,5 %).

2. По возрасту:

от 16 до 20 лет — 192 чел. (21,6 %)

от 20 до 30 лет — 204 чел. (23,0 %)

от 30 до 40 лет — 235 чел. (26,4 %)

старше 40 лет — 255 чел. (29,0 %)

3. По партийности:

членов и кандидатов ВКП(б) — 11 чел. (1,24 %)

членов ВЛКСМ — 4 чел. (0,4 %)

беспартийных — 871 чел. (98,51 %)

4. По роду занятий привлеченные к уголовной ответственности распределяются следующим образом:

рабочих — 363 чел. (41,0 %)

служащих — 40 чел. (4,5 %)

крестьян — 6 чел. (0,7 %)

безработных — 202 чел. (22,4 %)

лиц без определенных занятий — 275 чел. (31,4 %)

Среди привлеченных к уголовной ответственности за совершение оказанных выше преступлений имеются специалисты с высшим образованием.

Из общего количества привлеченных к уголовной ответственности по указанной категории дел коренных жителей города Ленинграда (уроженцев) — 131 чел. (14,7 %). Остальные 755 чел. (85,3 %) прибыли в Ленинград в различное время. Причем среди них: уроженцев Ленинградской области — 169 человек, Калининской — 163 чел., Ярославской — 38 чел. и других областей — 516 чел.

Из 886 чел., привлеченных к уголовной ответственности, только 18 чел. (2 %) имели в прошлом судимости.

По состоянию на 20 февраля 1942 г. за указанные выше преступления Военным трибуналом осуждено 311 чел.

Военный прокурор г. Ленинграда бригвоенюрист А. ПАНФИЛЕНКО

ЦГАИПД СПб. Ф. 24. Oп. 2б. Д. 1319. Л. 38–46. Подлинник

Военный прокурор подробно докладывает о случаях каннибализма, однако агония голодающих людей названа «особой обстановкой Ленинграда». Власти осуждали людей за бандитизм, но никак не решали проблему со снабжением. Между тем именно начало 1942 года стало самым страшным временем в городе. Любопытна статистика, которую приводит военный прокурор. Прежде всего, практически никто из обвиняемых не имел ранее судимости. Интересно и другое: в основном были арестованы беспартийные, рабочие, женщины, люди старше 40 лет и не коренные жители Ленинграда. На первый взгляд это несколько странный набор характеристик для группировок «людоедов». Однако именно эти люди осенью 1941 года имели меньше всего возможностей выехать из города: беженцы из оккупированных областей [164], женщины без маленьких детей, беспартийные граждане, не обедавшие в ведомственных столовых, простые рабочие. Таким образом, статистика показывает не портрет жестокости, а картину отчаяния людей, обреченных на голодную смерть.

Неудобное прошлое Ленинграда стало просачиваться наружу очень поздно. Очевидно, что делиться вслух воспоминаниями о наблюдаемом каннибализме было сложно. Такие свидетели молчали. Их заставляли молчать. Ведь случаи поедания трупов совсем не соответствовали пропагандистскому нарративу о городе-герое, который выстоял не только с военной, но и с моральной точки зрения [165]. Ярким примером служит публикация «Блокадной книги» Даниила Гранина и Алеся Адамовича: первоначальная версия подверглась жесткой цензуре, не все подробности опубликовали и в новых изданиях. Таким образом, любые слова и тексты подвергались цензуре или самоцензуре.

Об основных причинах смертности в Ленинграде [166]

ИЗ СПРАВКИ

Горздравотдела заместителю председателя СНК СССР

А. Н. Косыгину и председателю Горисполкома П. С. Попкову

31 марта 1942 г.

Наиболее объективным и полным критерием санитарного состояния населения являются данные регистрации о причинах смерти…

Резкое изменение структуры смертности в Ленинграде наступает в декабре 1941 г. В декабре проявляется кумулятивное действие недоедания, начавшееся с сентября, резко повышается смертность от истощения (алиментарная дистрофия), и удельный вес умерших от всех причин резко сокращается, ибо число умерших от истощения повышается до 70 % из общего числа умерших.

Данные, характеризующие смертность в первом квартале текущего года, показывают, что свыше трех четвертей из числа умерших имеют основной, если не единственной причиной смерти — истощение (дистрофия). Ввиду того, что в работе врачей по медицинскому осмотру и обследованию больных создались исключительно тяжелые условия (отсутствие света, тепла, прекращение рентгеновских и лабораторных исследований и т. д.), снизилось качество врачебной диагностики. В результате этого, а также вследствие