Читать книгу - "Измена на двоих. Теперь я никому не нужна - Виолетта Весна"

смену основного профиля, реорганизацию и сделки со связанными лицами.

— Порог по оборудованию пять миллионов, — уточнила Раиса.

— Мы предлагаем десять, либо совокупность связанных сделок за год, — ответил Михаил. — Пять миллионов может стоить обычная замена линии.

— Именно поэтому я хочу знать о замене.

— Знать — да. Блокировать каждую необходимую покупку — нет.

Раиса посмотрела на своего финансового директора.

— Семь миллионов и обязательное сравнение трех предложений, кроме аварийной замены.

— При аварии уведомление в течение рабочего дня и отчет после, — добавила я.

— Принимаю.

Первые пункты двигались медленно, но двигались. Мы уточняли цифры, сроки и документы. Потом дошли до назначения руководителей.

— Генеральный директор только с одобрения инвестора, — сказала Раиса. — Финансовый директор тоже. По главному энологу и производству готова обсуждать квалификационные требования.

— Какие? — спросила я.

Ее консультант перечислил образование, опыт и отсутствие конфликта интересов. Формулировка выглядела разумно до последнего пункта: инвестор сохранял право отклонить кандидата при обоснованном риске для бренда.

— Кто определяет, что риск обоснован? — спросила я.

— Общее собрание с учетом заключения инвестора.

— При долях сорок, сорок и двадцать мы с Михаилом можем назначить человека вдвоем. Ваше вето превращает заключение в решающий голос.

— Я вкладываю девятнадцать миллионов и подписываю пятилетний контракт. Если вы назначите главного энолога, который снизит качество, потеряю и вложение, и поставщика.

— Качество регулируется контрактом, лабораторными показателями и ответственностью руководителя. Вы не должны выбирать специалиста вместо компании.

Михаил открыл вторую версию.

— Можно оставить вето на увольнение ключевого руководителя без одновременного назначения временной замены и утвержденного конкурса.

— Это защищает от пустой должности, но не от плохого кандидата, — сказала Раиса.

— Плохой кандидат определяется по требованиям и испытательному сроку, — ответила я. — Если показатели нарушены, у вас есть права по контракту и запрос внеочередного собрания.

Раиса откинулась на спинку кресла.

— Кира, вы защищаете свою должность.

— Сейчас я сама кандидат на генерального директора переходного периода и действующий главный энолог. Конечно, условие касается меня. Поэтому предлагаю правило, которое будет работать и после моего ухода.

— А если вы с Михаилом решите назначить друг друга на все должности?

— Нельзя одновременно выполнять все функции без утвержденного распределения. Ограничим совмещение и потребуем внешний поиск для вакансий.

Михаил добавил:

— Ежегодная оценка ключевых показателей. Если два периода подряд нарушены без объективной причины, инвестор может требовать конкурса.

Раиса посмотрела на него.

— На прошлой встрече вы были готовы принять мое условие.

— Я был готов обсуждать. Потом увидел проект целиком и согласился, что право слишком широкое.

— Согласились с Кирой?

— С аргументами. Если бы Кира предлагала убрать все ограничения, я бы возражал.

Я не ожидала, что мне станет легче от этой фразы. Михаил не изображал нашу позицию общей с самого начала и не называл свое изменение уступкой любимой женщине.

Раиса попросила пятнадцать минут перерыва. Мы вышли в соседнюю комнату.

— Ты правда считаешь семь миллионов нормальным порогом? — спросила я Михаила.

— Для текущего масштаба — да. С индексацией и исключением аварийных расходов.

— Я бы оставила десять.

— Тогда Раиса не согласится. Семь покрывает почти все обычные закупки и оставляет ей защиту от разделения большой сделки.

— Ты снова начинаешь с того, что она не согласится.

— Потому что переговоры учитывают интерес второй стороны.

— Мои тоже.

— Я их не отрицаю. Но твое желание после Олега не отдавать никому право голоса не может быть единственным критерием.

Я почувствовала, как готовый ответ поднимается раньше мысли. Хотелось сказать, что он не понимает, каково увидеть собственную должность в списке на увольнение. Потом вспомнила: его должность стояла рядом с моей.

— Хорошо, — сказала я. — По порогу принимаю семь. По назначениям нет.

— Я тоже не принимаю вето на конкретного специалиста. Предложение с конкурсом и показателями считаю рабочим.

— Почему не сказал это сразу на первой встрече?

— Испугался, что без Раисы у нас нет сделки. Хотел закрыть основной риск, а детали исправить потом.

— Именно так Олег объяснял продажу.

Михаил не обиделся и не стал говорить, что сравнение несправедливо.

— Да. Я повторил его логику. Поэтому пересмотрел.

Светлана, сидевшая у окна, подняла взгляд от документа.

— Это полезное признание, но соглашение все равно нужно исправить, — сказала Светлана. — Инвестор согласует генерального и финансового директора. Для технических руководителей мы заранее утверждаем квалификационные требования и проводим конкурс при вакансии.

— Что произойдет при нарушении показателей? — спросил юрист Раисы.

— Инвестор сможет потребовать повторного отбора, если нарушение подтверждено документами.