Читать книгу - "Терра. Часть 2 - Маргарита Боулес"

села и с визгом раскачалась до самой пиковой точки. Балки перекрытий встретились и раздался громкий стук. Не сбавляя оборотов, закрыла глаза и представила свободное падение — ветер хлестал в лицо, и я летела на крыльях, прыгала с островов с Аиррэлем, с демоном путешествовала в Ад, а потом поднималась в Рай. Да, я видела столько за свою короткую жизнь, сколько не дано узреть людям за полный жизненный цикл. Разве могу я жалеть?

— Что ты делаешь? — Грегор стоял внизу и выглядел инородным предметом в этом парке. Высокий мужчина с платиновыми волосами, в черных джинсах, кожанке поверх футболки с абстрактными узорами и с мотошлемом в руках на детской площадке.

— Я пытаюсь дотянуться до солнца!

— Ты спустишься?

— Уже, — стала тормозить и в один момент решила спрыгнуть. Грегор так испугался, что выронил шлем, бросившись меня ловить. Мы упали навзничь. Я хохотала, а он ругался с деланной грозностью.

— Это было глупо.

— Взрослая жизнь такая скучная, Грегор. Давай побудем глупыми сегодня?

— И что мы будем делать?

— Поищем желтые помидоры? Самые вкусные, с острой пипочкой? И арбуз! Купим арбуз и устроим пикник?

— Ладно, если они еще продаются… — как-то осторожно согласился он, смотря на меня со смесью удивления и замешательства.

— Мне нравятся твоя ямочка. Знаешь? И голубые глаза, и платиновые волосы — ты такой красивый. С самого детства.

Он стал серьезным.

— У тебя солнечный удар? Да?

— Вставай, Грегор, где твой шлем? Поехали кататься. — Я с легкостью бабочки вспорхнула на ноги и протянула ему ладонь, помогая подняться.

Он взял меня за руку, я не сопротивлялась и просто шла рядом, впитывая в себя это ощущение — теплоты, соприкосновений тела к телу, сплетение энергии. Город жил. Пока мы пересекали дорогу до припаркованного мотоцикла, я рассматривала людей: кто-то бежал, торопился, кто-то смеялся, сидя на скамейке; школьники ели мороженное, ребенок пускал в небо воздушного змея, парень дарил девочке шарик и покупал сладкую вату. Сколько же их ждет впереди? Сколько взлетов и падений, сколько открытий и свершений, сколько радости и боли, но такова жизнь — она в моменте, в ощущении принадлежности к миру, в соприкосновении с природой и внутренней гармонии.

— Скай. — Грегор привлек мое внимание и поправив мне волосы, надел шлем на голову, застегнул, наклонился чуть ближе и задержался взглядом на моих алых губах. — Алая помада? Это вызов? Страсть?

— Это жизнь. Любовь. Это цвет крови, текущей по венам.

— Ты сегодня какая-то необычная.

— Просто проведи со мной два часа, больше я не прошу.

— А если я захочу большего, и мне мало этих часов?

— Возможно, в другой реальности наши пути пересекутся.

— Но не в этой.

— В этой мы уже переросли свою встречу.

Он покачал головой, нацепил шлем и сел, а мне сказал держаться крепко. Я так и сделала, обхватив его руками.

Миновав черту города, Грегор разогнался, и я кричала прямо в шлем до хрипоты, пока ветер хлестал по лицу. На шоссе стояли палатки с овощами. Грегор остановился, и мы пошли выбирать наши помидоры и арбуз.

— Эти?

— А можно попробовать?

Мы протерли два маленьких и откусили.

— Как в детстве.

— Точно! — засмеялась я. — Берем.

Грегор передал купюру, взял сдачу и потащил меня к арбузам. Мы стучали по ним, выбирали самый сочный и круглый.

— Как тебе этот? Маленький и круглый.

Он его простучал и прислушался:

— Берем!

У мотоцикла имелся тайник под сиденьем, куда мы положили наши покупки и поехали дальше, искать место под остановку. Грегор свернул к лесу и остановился через пару минут.

— Будем наблюдать закат.

Мы не успели собраться, поэтому импровизировали: расстелили наши кожанки вместо пледа и сели плечо к плечу, стали тормошить сумки. Сначала съели по паре помидорок, а затем взялись за арбуз, который оказался сладким и без косточек. Разделали на двоих.

Вечерело. Солнце садилось и небо розовело у горизонта.

— Скай. — Почувствовала прикосновение его пальцев на моей скуле. — Что происходит? Ты меня пугаешь.

— Разве нам не весело?

— Это похоже на прощальную вечеринку.

— Не пропусти последний солнечный лучик этого дня. — Я указала на горизонт, избегая ответа. — Этот миг больше не повторится, как и мы. Будет другое время, другое место, другие люди.

Грегор сжал мою руку и не сводил взгляда с моего лица, никакое небо его не интересовало.

— Вернемся?

Быстро собравшись, мы сели на мотоцикл и домчались, почти долетели до города в одно мгновение.

— Спасибо за поездку. — Я отдала ему шлем, когда он высадил меня в центре. — Всегда мечтала прокатиться на таком «мустанге».

Он слез с мотоцикла, настиг меня, обвился руками вокруг моей талии.

— Я жалею… так жалею, что улетел тогда, что женился так рано… упустил тебя.

— Не жалей о прошлом.

Горячее дыхание коснулось скул.

— Позволь…

— Только сегодня я разрешаю тебе поцеловать меня.

Он обхватил двумя руками мое лицо и обжег уста поцелуем. Я улыбнулась. Поцелуй со вкусом арбуза. Цитрусовый аромат окутывал мое тело, забивался под кожу. Жаль…, что внутри не разгорелся вулкан как раньше, но с Грегором я чувствовала себя в безопасности. Ощущала ностальгию по детству, но он уже не тот мальчик, а я не та девочка. Мы — другие люди, просто с частичками общего прошлого.

— Кажется, нам свойственно целоваться перед прощанием.

— Ты его любишь.

— Выходит, что так. Прощай, Грегор. — Послала ему воздушный поцелуй и убежала прочь. До самой ночи петляла по улицам города, слушала уличных музыкантов, даже была приглашена на танец в ресторане, где решила поужинать в одиночестве.

— Я не умею танцевать.

— Вам и не нужно, я буду вести, — сказал мужчина и закружил меня в вальсе. Так не бывает! Разве? Бывает, нужно просто любить саму жизнь, людей вокруг. Свет тянется к свету, но и привлекает тьму, а та, в свою очередь, хочет, чтобы ее заметили, и делает больно — через боль, эмоции, ощущения — мы и проживаем эту жизнь, различаем запахи, вкусы, цвета, радуемся или печалимся, совершаем ошибки и великие открытия, творим.

После ужина я решила прогуляться до набережной. Купила у бабушки последнюю розу, вновь вспомнив о целом саде таких же белоснежных и колючих цветов…

На той неделе Лиз виновато