Читать книгу - "Творения. Том II - Ефрем Сирин"

тако всегда с Господем будем (1 Фес. 4, 16-17)? Какими руками примешь Честное Тело Божие и поднесешь к мерзким и хульным устам своим, оскорблявшим Владыку? Перестань, наконец, бедный, произносить эту тяжкую хулу; перестань оскорблять святых, отрицаясь Бога и говоря, чего не должно. Противляяйся власти, Божию повелению противляется (Рим. 13, 2), – говорит апостол. Что же потерпит противящийся Богу? Кто не принимает велений земного царя, – тот не остается в живых. Какие же наказания постигнут непокорного велениям Небесного Царя, то есть пречистому Его Евангелию? Как еще снисходит и оказывает долготерпение Свое непамятозлобивый Бог! Как попускает таким безбожникам и не заграждает им тотчас уст! Как земля не разверзнет своих устен и не поглотит их живых! Господь говорит: воскреснут мертвии, – а ты утверждаешь, что нет воскресения мертвых. Словом Господним из небытия приведены в бытие всяческая, яже на небеси, и яже на земли, видимая и невидимая, аще престола, аще господствия, аще начала, аще власти: всяческая Тем и о Нем создашася (Кол. 1, 16). Он носит всяческая глаголом силы Своея, как написано (Евр. 1, 3). Словом Его утверждены небеса, и земля основана на водах. И небесное, и земное, и преисподнее, и все бездны покорны Слову Его и с трепетом повинуются, – а ты не веришь? Горе тому, кто судится с Сотворшим его! Убойся, человек: жестоко ти есть противу рожну прати (Деян. 9, 5). Обратись, человек, ко Господу и не уничижай Его. Иже не верует в Сына, не узрит живота, но гнев Божий пребывает на нем (Ин. 3, 36). Итак, не будь неверен, но веруй, чтобы и тебе быть сопричтенным с верными. Веруй в Господа нашего Иисуса Христа, Учителя всему благому, и слушай, что говорит Он: Аминь, аминь глаголю вам, яко грядет час… егда мертвии услышат глас Сына Божия, и услышавше оживут (Ин. 5, 25). И еще говорит: Егда же приидет Сын Человеческий во славе Своей, и вси святии Ангелы с Ним: тогда сядет на Престоле славы Своея. И соберутся пред Него вси языцы (Мф. 25, 31-32), – то есть воскрешенные из мертвых. Послушай еще, что говорит Сам Владыка: воскресшие из мертвых ни рождаются, ни рождают, ни женятся, ни посягают, ни умрети бо ктому могут (Лк. 20, 35-36), – но суть, яко Ангели на небесех (Мк. 12, 25). Ужели не довольно этого? Неужели не убедишься прекратить хулу? Итак, никто да не сомневается в воскресении усопших. Какой свидетель достовернее Бога? Сам Бог свидетельствует, никто да не сомневается, но все вкупе согласно воззовем ко Господу и поклонимся Ему, говоря: «Поклоняюсь и верую, что увижу воскресение мертвых и жизнь будущего века».

Смотрите, чтобы не обратился кто вспять. Всякий, кто мудрствует подобным этому образом, совлекся Христа. Если в словах обнаруживается подобное этому, что откроется в делах? Если захочу выводить их на среду[73] и описывать подробно, не достанет у меня времени изобразить все неприличные кичения[74], которых прекрасно отреклись мы и которыми, к несчастью, опять опутались, которые прекрасно предали забвению и, к несчастию, опять припомнили, обратившись вспять. Снова принялись мы за прежние дела: приняли и наружность, и занятия, и слова, и деяния безбожных врагов, которые срамно обнаруживать и выводить на среду. О, лукавый демон, ненавистник добра и людей, несчастный дух! С каким ухищрением запинает, обольщает и убеждает он каждого! Владыка взывает и через пророков, и через апостолов, и через Евангелие, – а из многих внимают немногие! Диавол призывает гуслями, ликованиями, бесовскими песнями – и собирает к себе множество. Человеколюбец всех призывает и говорит: приидите ко Мне вси, – но никто не слушает, никто не оказывает усердия. Человеконенавистник же диавол поманит, – и стекаются многие. Если когда возвещены пост или бдение, все жалуются в изнеможении и делаются как мертвые. А если когда объявлено об обедах, о вечерах, о гуслях и бесовских песнях, все становятся веселыми, бодрыми, приглашают друг друга, дружно идут худым путем, состязаются в недобром подвиге, не соблюдая благопристойности, – не как рабы Божии, но как беглецы. Часто, целый день трудясь для чрева, и целую ночь проводят без сна на погибель душ своих, играя и служа игралищем, и ничего не приобретая от труда и бдения, кроме единого горя, по сказанному Господом: Горе вам смеющымся ныне: яко возрыдаете и восплачете (Лк. 6, 25), – ибо не хотевшие здесь пролить немного слез, там будут плакать беспредельные веки. Никто да не обольщает вас, братия, не христианам это свойственно, но неверным язычникам, как сказал Владыка: не возноситеся (Лк. 12, 29), – потому что так делают языцы мира, у которых нет ни надежды спасения, ни желания будущих благ. А вам сказано: Не любите мира, ни яже в мире. Аще кто любит мир, несть любве Отчи в нем. Яко все, еже в мире, похоть плотская, и похоть очес, и гордость житейская, несть от Отца, но от мира сего есть. И мир преходит, и похоть его: а творяй волю Божию, пребывает во веки (1 Ин. 2, 15-17). Знаете, братия, что елицы во во Христа крестистеся, во Христа облекостеся (Гал. 3, 27). Как же вы, облекшись во Христа, служите диаволу? Не знаете разве, что мы – образ Божий и слава Божия? Как же, нося в себе образ Божий, не чтите, но бесчестите его делами языческими? О, скольких благ лишаем мы себя этими делами! Тебе, брат, предписано апостолом: вся во славу Божию творите (1 Кор. 10, 31), – а ты языческими делами тешишь диавола и бесчествуешь Человеколюбца Бога. Тебе дан совет непрестанно молитеся (1 Фес. 5, 17), – а ты непрестанно рассеиваешься. Тебе велено отвергнуться мирских похотей (Тит. 2, 12), ты приял от Владыки заповедь: не возноситеся, – а ты не смотришь на это, но отвращаешь слух. Впоследствии же найдешь все горьким, паче желчи и изощренным, паче обоюдуострого меча. Ибо таково свойство греха – увеселяет мало, а наказывает жестоко, услаждает временно, а наказывает вечно. Хотите ли[75], – удостоверю вас, что заниматься играми есть идолослужение. Слушай, что говорит апостол: Ни идолослужители бывайте… якоже есть писано: седоша людие ясти и пити, и восташа играти (1 Кор. 10, 7). Итак, смотри, чтобы тебе, любя игры, не оказаться там с идолослужителями, потому что каждый понесет свое бремя, каждый пожнет, что посеял. Смотри же, чтобы не посеять тебе