Читать книгу - "Серый генерал - Аллен Герэн"

«При анализе тактики и политической линии Бандеры и его окружения нельзя пройти мимо действий, предпринятых руководством ОУН и УПА зимой 1946/47 года с целью, как бандеровцы называли, «демократизации» их рядов… Западные политические круги, заинтересованные в сохранении беспокойного положения в Польше, СССР и Чехословакии, потребовали от своих агентов, чтобы они приобрели более демократичное «прикрытие». Вот почему оуновский «Верховный совет освобождения Украины» (ГРВУ) решил «демократизировать» свои банды. У нас имелись в ту пору первые листовки и другие пропагандистские материалы, в которых восхвалялся «прогрессивный» характер ОУН и УПА… Но эта «демократизация» не могла быть лишь на словах. Украинские фашистские руководители прекрасно это понимали. В УПА было много бывших немецких эсэсовцев, бывших словацких фашистов из гвардии Глинки, бывших сторонников Салаши из венгерского союза «Скрещенные стрелы», бывших румынских «железногвардейцев» Хориа Сима и членов западноевропейских фашистских организаций, примкнувших к бандеровцам в период разгрома гитлеровских войск. Уже в зиму 1946/47 года оставалось не так уж много словаков, венгров и румын. Многие не выдержали болезней и очень тяжелых для них условий жизни. Только немцы держались стойко. УПА таким образом, должна была избавиться от них. Но если их просто отчислить, то эти гитлеровцы могли раскрыть действительное лицо УПА. Руководство ОУН и УПА не поколебалось. Во имя «демократизации» все немцы были отосланы в мир иной. Эта операция проводилась весьма скрытно, без какой-либо письменной инструкции. Она была осуществлена исключительно наиболее надежными людьми службы безопасности (СБ) и жандармами УПА, уничтоживших немцев под всевозможными предлогами, например за невыполнение боевого приказа, намерение дезертировать, потерю оружия и т. д. К концу января 1947 года все немцы в УПА были таким образом ликвидированы. Только врачи избежали смерти, так как учитывалась потребность в этих кадрах. Эта операция по «демократизации» была проведена быстро, скрытно и довольно ловко. Мы об этом узнали лишь благодаря заявлениям пленных из УПА, так как иначе это осталось бы навсегда тайной. По правде говоря, эта операция является дополнительным фактом для тех, кто желает дать оценку движению Бандеры в его истинном значении»[159].

Для нас, разумеется, после ознакомления с этими утверждениями полковника Яна Герхарда, возникает такой вопрос: была ли «демократизация» предпринята без ведома Гелена и если да, то как он на это реагировал? Нам удалось узнать, что «серый генерал» был в курсе о решении приступить к «демократизации». Можно подумать даже о том, что он был согласен с другими западными наставниками украинских националистов, чтобы таким образом придать еще больше «порядочности» бандеровцам. Но сделать это ценой жизни немцев? Принеся ради этого в жертву даже людей из своей собственной агентуры? Да! И это не удивит тех, кто знает Рейнгарда Гелена, знает, что он без всяких колебаний может пожертвовать своими агентами, если это ему покажется необходимым. Тем не менее в интересующем нас случае заметно, что Бандера, пользуясь поддержкой англичан, зашел довольно далеко. Некоторые даже думают, что, если Гелен тогда все это «проглотил», не проявляя никакой иной реакции, «демократизация» по-бандеровски была одной из причин выстрела цианистой пулей в Бандеру 15 октября 1959 года в Мюнхене. Но несомненно то, что, будучи уязвлен «низким поступком» лидера ОУН, «серый генерал» тем не менее не подал никакого вида и продолжал его опекать и использовать, как прежде.

Мы охарактеризовали уже руководство, организацию и состав УПА. Но нужно сказать и о методах, ею используемых, среди которых сразу же можно выделить два главных: хитрость и жестокость.

Люди из СБ были проводниками террора и официальными палачами ОУН и УПА. Но этим кровавым делом занимались имевшиеся во всех отделах СБ и подчинявшиеся им специальные вооруженные «группы СБ», состоявшие из десяти — пятнадцати человек, которые выполняли роль карающей руки, а также осуществляли различные задачи внутренней полиции и внешние подрывные действия. Но при всем этом главное в СБ — это прежде всего разведка, специальные службы Бандеры. На каждом организационном уровне УПА СБ подразделялась на три группы, или «звена», соответственно занимавшихся сбором информации (или можно еще сказать, «открытой разведкой»), шпионажем и контршпионажем.

В своем исследовании об УПА Шот отмечает, что тогда среди украинских националистов «члены СБ занимали особое положение даже по отношению к чиновникам ОУН. Принадлежность к СБ является заветным отличием». Следует выделить эту деталь, поскольку указанное привилегированное положение и в конечном итоге тенденция подчинения шпионским аппаратом политической и военной организации не были случайны. Тень абвера, а затем и тень Гелена выступают на фоне деятельности СБ и обусловливают частично ту силу этого органа, которая не может быть просто объяснена одним лишь фанатизмом его начальника Николая Лебеды, жестокостью его людей или же весьма подробный картотекой, имевшейся в его распоряжении.

Чтобы закончить характеристику УПА как с точки зрения ее шпионской деятельности, так и террористических методов, нам остается сделать два дополнительных замечания. Поскольку шпионаж входит главным образом в компетенцию СБ, то надо указать на то, что эта служба безопасности оперативно действовала непосредственно на месте, в зонах боевых действий. Что касается засылки тайных агентов в города, проникновения в государственный аппарат и вооруженные силы Советского Союза, Польши и Чехословакии и вербовки там информаторов, то все это скорее обеспечивалось вторым отделом генштаба. В этой связи относительно Польши Шот указывает: «Агенты секретных служб УПА стараются устроить своих людей в польские государственные учреждения, в демократические организации и политические партии, а также в армию и органы безопасности. Пользуясь отсутствием опыта у молодой народной власти, информаторам удается передать много сведений в центр по шпионажу УПА и в другие инстанции». Среди последних, добавим мы от себя, находилась и «организация генерала Гелена», которая в этот период бурно развивалась. Важность информации в отдельных случаях, которая поступала при посредстве бандеровцев, позволяла «серому генералу» показать своим американским заказчикам, чего он стоит.

Но СБ наряду со шпионажем занималась и террором. В этот период среди всех прочих бандитов оуновцы выделялись своими массовыми жестокостями. Традиции Петлюры и «Украинского легиона» полностью сохранены. Свидетельств об этом имеется очень много. В уже упоминавшейся работе полковника Герхарда приводятся с этой точки зрения весьма обстоятельные факты: «Само лишь убийство не удовлетворяет людей Бандеры. Их приемы совершения преступлений в высшей степени бесчеловечны. Они непревзойденные мастера в исскусстве медленной и жестокой смерти, виртуозы в применении пыток. Я не хочу никого расстроить, описывая их гнусные поступки. Мне просто необходимо привести некоторые примеры террористических актов, совершенных агентами УПА… Зимой 1945/46 года курень «Рен» вывел из строя одну