Читать книгу - "Двойняшки от миллиардера - Тая Наварская"

совещаясь ни с кем из сотрудников, и я твердо намерена последовать его указанию. Уверена, Багиров заговорил об этом не просто так. Наверняка у него есть какая-то теория, которую таким способом он хочет проверить.

Кинув беглый взгляд на настенные часы, понимаю, что пора домой. Запланированную работу я сделала, да и Багиров только что написал, что привезет двойняшек примерно через час. Оказавшись в квартире, первым делом навожу в ней порядок. Не то чтобы я собираюсь зазывать Максима в гости... Просто кто знает, как дело обернется? Если он вдруг решит зайти, не хочется краснеть из-за разбросанной повсюду одежды и немытой посуды.

Едва я заканчиваю с поверхностной уборкой, как воздух прорезает визгливая трель дверного звонка. Припадаю к глазку, и губы сами растягиваются в улыбке: Багиров привел двойняшек.

— Привет, мамочка! — дети набрасываются на меня сразу, как только я распахиваю перед ними дверь. — Мы соскучились!

— И я соскучилась, мои хорошие, — с нежностью треплю рыжие макушки. — Как провели вечер?

— Супер! Классно! — наперебой кричат двойняшки. — Дядя Максим нам такое показал...

Захлебываясь от восторга, они рассказывают о развлечениях, которые не на шутку поразили их детское воображение. Активно жестикулируют, смеются и при этом то и дело поглядывают на Багирова.

— Рада за вас, — улыбаюсь. — А теперь бегом мыть руки!

Алекс с Алисой убегают в ванную, а я перевожу взор на их отца.

— Чаю хочешь? Или, может быть, ужин погреть?

— Мы только что перекусили в кафе. Но от чая не окажусь, — отвечает он, перешагивая порог квартиры.

Глава 35

 

Максим закрывает за собой дверь, и помещение прихожей тут же наполняется запахом его терпкого хвойного парфюма. Тяну носом воздух и невольно вдыхаю поглубже. Мне нравится, как он пахнет. Мужественно и очень приятно. Если бы существовали ароматические свечи с ароматом Багирова, я бы непременно их купила.

— Вижу, все прошло удачно, — бросаю через плечо, направляясь на кухню.

По раздающимся за спиной шагам понимаю, что Максим идет следом.

— Да, мы от души повеселились, и я даже не покалечил детей. Так что зря ты боялась, — в его голосе слышится насмешка.

— Я не боялась! Просто немного волновалась, — ставлю чайник кипятиться.

Максим хмыкает, но от комментария воздерживается. Видимо, осознает, что порой любовь к детям сильнее здравого смысла. Не зря же он мне каждый час фотографии скидывал. Не хочет, чтобы я лишний раз дергалась.

— Мама! Можно мы мультики посмотрим? — на кухню влетают двойняшки. — Там сейчас как раз «Тачки» начались!

— Можно, но недолго. Скоро уже будем готовиться ко сну.

Алекс с Алисой удовлетворенно кивают и исчезают из комнаты. В ближайшие полчаса они будут тише воды, ниже травы.

— Я так понимаю, мультики они тоже дозированно смотрят? — подает голос Багиров, пока я наспех накрываю на стол.

— Разумеется. Без ограничений никак. Если дать им волю, они про еду и воду забудут. Намертво прилипнут к экрану.

— Ну а как прошел твой день? Успела поработать? — Максим внимательно следит за моими движениями.

— Да, и даже вполне плодотворно. Спасибо тебе за такую возможность, — улыбаясь, ставлю перед ним чашку свежезаваренного чая.

— Обращайся, Софи. Я рад помочь.

Сажусь напротив, и наши взгляды пересекаются. Сердце отчего-то замирает, а затем, подобно цирковому артисту под куполом, принимается выполнять кульбит за кульбитом. Я снова волнуюсь. Только на этот раз не понимаю, почему.

Максим буравит меня пристальным взглядом. Смотрит так, будто хочет проникнуть мне в голову и прочитать там все мысли. И я не могу отделаться от ощущения, что у него это получается. Сидя перед ним в домашнем шелковом халате и волосами, собранными в хвост, я чувствую себя безоружной и крайне уязвимой.

— Что? — спрашиваю, не выдержав незримого напряжения. — Почему ты так смотришь?

— Как так?

— Пристально, — хихикаю.

— Изучаю твое лицо, — выдает спокойно.

— Эм... И что же с моим лицом не так? — рефлекторно касаюсь пальцами щек.

— Все так, — Багиров обнажает зубы в улыбке. — Ты очень красивая, Софи.

Да уж. Давненько я не ощущала себя, как школьница на первом свидании. Даже колени слегка подрагивают. Я знаю, что неумолимо наливаюсь краской, но контролировать себя не могу. Слишком много противоречивых эмоций теснит грудь. Казалось бы, что такого? Максим не сказал ничего сверхъестественного. Вполне стандартный комплимент. Будто мне до этого никто не говорил, что я красива... Говорили! И не раз. Так почему я тогда так бурно реагирую?

— Благодарю, — убираю за ухо выбившуюся прядь волос и, дабы сменить тему, пододвигаю к Багирову коробку конфет. — А теперь ешь.

Насколько я поняла, он не очень любит сладкое. Десерты в ресторанах никогда не заказывает, да и чай, вижу, без сахара пьет. Однако, несмотря на это, Максим послушно извлекает из коробки конфету, разворачивает ее и отправляет в рот.

Наблюдаю за движением его гибких сильных пальцев, и во рту выделяется слюна. Неужели я опять проголодалась? Ведь совсем недавно поужинала...

Недолго думая, следую примеру Багирова и тоже надкусываю конфету. Приторная сладость приятно раздражает вкусовые рецепторы, и я невольно причмокиваю. Сто лет шоколад не ела!

— М-м-м... Вкусно!

Максим не отрывает от меня глаз. И все так же лукаво улыбается.

— У тебя вот тут, — внезапно он протягивает руку и касается моего рта кончиком указательного пальца, — шоколад.

Я пораженно застываю, а Багиров медленно ведет вдоль по моей нижней губе, слегка оттягивая ее в сторону.

Превращаюсь в чувствительный музыкальный инструмент – тронь, и зазвенит. Напряжение зашкаливает. Сердце колотится так сильно, что, кажется, вот-вот прошибёт грудную клетку и выскочит наружу. Время замедляется, а пространство вокруг перестает существовать.Гос поди, как же остро! Будто меня лезвием заживо вспарывают! Никогда бы не подумала, что простое прикосновение может так сносить крышу! По спине — мурашки. В голове — туман.

Морок заканчивается так же внезапно, как начался. Багиров убирает руку от моего лица и слизывает шоколад с пальца. Так непринужденно и естественно, будто делал это уже сотню раз. Будто мы с ним в отношениях, подразумевающих столь тесные физические контакты...

— Спасибо, — лепечу я, едва помня себя от волнения.

Во мне что-то неуловимо меняется. Багиров пересек черту, после которой все уже не будет, как прежде. Возможно, кто-то скажет, что