Читать книгу - ""Я - кто?! Сенсей?" 2: Изменяющий судьбыю Том II. Часть 1. - Kerr Riggert"

прямо мне в ухо произнес Наруто, — ты сказал, что у нас бытовая техника отстала от твоего времени… и что ты помнишь мир до Рикудо? Ты такой старый? Ты старше Лиса что ли? Как оно было-то, а?

Ну я взял и вывалил свои догадки по поводу апокалипсиса, который уничтожил более развитую технически цивилизацию, но породил наш нынешний мир и что чакры в прошлом могло и не быть, но потом она появилась и застопорила восстановление былого уровня жизни. Я говорил и не мог наговориться. Я просто млел от счастья, что наконец-то смог выговорить всё о чём думал, без оглядки на "а не спалят ли меня?"!

Остановили меня когда голос снова начал садиться, но я бы ещё рассказал! Я бы шипел, но все равно бы не заткнулся!

— Но семь тысяч языков и миллионы человек на них говорящих? Больше всего это похоже на твои сказки из черновиков, — теснее прижимаясь, вздохнула Анко, — но после того что ты сказал про «символы», которыми мы обозначаем ранги миссий, что они часть другого языка, я не могу не поверить. Существует теория, что эти символы — часть тайного языка Абураме. Именно их предок ввел их, для упрощения ранжирования.

Подлечив коротким импульсом медчакры связки, я сказал:

— Погоди… Так может они так странно разговаривают потому, что им привычнее общаться на этом «тайном» языке?! У меня до сих пор проблемы с переводом, я разучился думать на… общем, наверное, языке. Это так неудобно, когда у языка нет своего собственного названия!

— У нас нет других, кроме тайных. — выводя пальцем на моей груди замысловатые символы, сказала Анко, щекоча ключицу хвостиком. — Просто язык, просто речь.

— Японский. Если бы все было, как прежде, как я помню, этот язык назывался бы японским. И говорили бы на нем в Стране Восходящего солнца. Но я не могу утверждать, что это два одинаковых языка, потому что не знал оригинал в совершенстве. Мой максимум: китайские иероглифы - квадратные, японские - округлые. Ох, — вздохнул, — иногда довольно тяжело найти аналоги привычным словам. Особенно если их нет.

— Ты и вправду стал говорить медленнее, — сказал Наруто, искрясь весельем. — мне казалось, что ты как дедка Третий, весь такой мудрый стал… а ты просто тупил.

— Ты знаешь, как подбодрить своего сенсея, Узумаки! — рассмеялся я.

Что Анко, что Наруто принялись на перебой выяснять настоящие причины прежних странностей. Так выяснилось, что мелкий пытался заговорить на русском с моей родней. Но заметив, что его не понимают, отбрехался, что это шутка такая. Анко припомнила мне свинство в театре, по мелочи всяких проколов… Спалился я по полной, на привычках, странных словах. Чужой бы не понял, что со мной что-то серьезно не так, но Анко было с чем сравнивать. И все же ни Наруто, ни Анко не сдали меня. Почему? Этот вопрос я и озвучил.

Все как-то резко замолчали, наверное, глазки в пол опустили и носочками начали полы дырявить!

— Знаешь, — легонько нажала Анко мне на кончик носа, — а ведь самое главное ты так и не сказал. Имя.

— Да! Имя! — поспешно поддержал Мелкий, а потом тихо-тихо так: — А что с ним?

— Действительно «Что»? — я оценил, как ловко эти двое съехали с темы, чувствуя как уголки рта предательски подергивает вверх. Невозможно оставаться серьезным!

— Как раньше тебя называли? — промурлыкала нежно Анко вопрос и снова прилегла мне на грудь, как ласковая кошечка.

— Волков Игнат Олегович. Волков — это как название клана, но без этих заморочек с постными рожами, камонами, чистопородностью и прочим. Игнат — имя собственное. — Олегович — это отчество, имя отца в роли уважительного именного суффикса. Но если между друзей, то отчество, отдельно, без фамилии и имени, может быть и неформальным обращением. Панибратством.

— Так вот почему у Гато ты был Иго! — запрыгал по кровати Наруто. — И та история страшная…

— Я так себя чувствовал. Будто чужак в чужой шкуре, пока память не вернулась. Без знания о мотивах, без памяти о мыслях, которые меня привели к таким решениям, я сам от себя охеревал, — кхм, — обалдевал… Эм… Сильно себе удивлялся в плохом смысле. Вот.

Я второй раз в этой жизни так пересрался, как сегодня! Первый инфаркт мне чуть не обеспечил зашедший в гости Данзо, а потом это все. Фыркнув, помотал башкой, выбрасывая Шимуру из головы. Ловким движением сбил все ещё прыгавшего на кровати Наруто, притянув к себе и обнял обоих (Наруто и Анко). После этого признания мы словно окончательно стали семьёй.

Я не смог удержаться и рассказал про Виктора. Под соусом того, что он тоже реинкарнировался и вспомнил прошлую жизнь, что нас и спасло в той битве. Рассказал про то, как Какаши чуть в луже не утонул.

— Если бы мне раньше, — шмыгнула Анко носом, — сказали, что я буду плакать над историей Момочи… Я бы рассмеялась этому человеку в лицо. Ками-сама, смотреть как умирает твой ребенок и любимая женщина… Это так жестоко.

Тут меня Анко цапнула за запястья, оседлав мой живот:

— А у тебя был ребёнок?

— Нет. — насторожено-медленно проговорил я из-за странного маневра. — Даже женат не был ни разу. Я рано умер, в то время не было принято рано заводить семью, не имея стабильного источника дохода, а для этого надо было долго учиться.

— Хорошо. — в голосе Анко чувствовалось удовлетворение и даже какая-то гордость.

Женщины… Хрен поймёшь, что у них в голове…

— А где ты был сегодня утром? — снова влез Наруто, сбив меня с мысли. — В Госпитале тебя не было.

Я уже привычно сложил печати.

— Тайное искусство: покров Тайны

Вообще, надо было это ещё раньше сделать, ну да пофиг. Надеюсь никому не было интересно что у нас происходит. И лучше поздно, чем никогда.

— Ходил к Курама, узнавал, как их здоровье, договаривался о, так скажем, согласованной версии, с которой пойдем к Хокаге.

— И к чему пришли? — спросила Анко.

— Да все к тому же. Неформальный глава клана провел рискованную запретную технику, угробился сам и чуть не убил других. Клан Курама извиняется и больше так не будет, это его внутреннее дело и обсуждать здесь нечего.

— Хмм, — в её голосе послышалось недовольство, — а