Читать книгу - ""Я - кто?! Сенсей?" 2: Изменяющий судьбыю Том II. Часть 1. - Kerr Riggert"

Равным сложнее всего. Если твоя жена примерно твоего уровня, будь добр, проводи с ней много времени. Жену надо холить и лелеять, медитировать вместе с ней, выполнять совместные техники на тренировках, учиться подстраивать свою чакру под ее, становиться с ней, фактически, одним целым. Да, можно завести себе наложницу — местный менталитет это не возбраняет. Как говорится, любишь кого-то? Бери и люби. Кто же мешает? Вот только от слабой женщины у тебя будут слабые дети, что неприемлемо, особенно если ты глава клана. Не просто неприятно, типа ну слабые дети, им будет не так легко в жизни, а на уровне «эти слабаки не имеют права представлять правящую семью клана, так что давайте отдадим главенство другой семье, у них дети лучше подходят на роль будущего главы клана». А еще это снижение статуса клана. Ведь как вы можете на что-то претендовать, если вы слабы? Не хотите таких проблем? Ну тогда вам нужны сильные женщины в роли матерей ваших детей.

А сильные женщины в наложницы не пойдут — на кой биджу им это надо? Им почему-то тоже хочется уважительного отношения, приличного статуса в обществе, гарантированных прав и нормальной, обеспеченной жизни и достойного будущего для своих детей. Поэтому глава клана, сидящий дома с любимой женщиной и плодящий с ней сильных наследников, пока остальные, менее ценные члены клана гробятся на долгих и опасных миссиях, — это норма мира шиноби. Не, тот же Чоуза и Хиаши, если надо, вылезут с территории клана и сходят на особо ценную высокоранговую миссию, но только если она действительно будет того стоить. Вторая жена, кстати, здесь вполне допустима. Вот только обычно это создает столько проблем, что проще обходиться наложницами, случайными любовницами и проститутками.

Да и мне ли думать о второй жене, когда у меня первой-то формально еще нет? Мне с Митараши-то реально повезло. Если бы не история с Орочимару, хрен бы мне без масла, а не Анко. Она сильная куноичи, красивая к тому же, что тоже немаловажно. Просматривая аниме, можно сделать ошибочный вывод, что все куноичи — писаные красавицы. Увы, это не так. Хватает симпатичных спортивных, стройных и крепких женщин, но красавиц с обложки среди них не так и много. Да и жизнь шиноби не всегда способствует красоте и не всегда дает время на уход за собой. Шрамы и ожоги женщин совсем не украшают. Митараши, если бы не Проклятая печать — хорошая партия для кого-то уровня элиты. Это в хреново написанных фанфиках все просто: ты Альфач, и у тебя гарем из красоток, которые наперебой лезут тебе в кровать. В жизни все намного, намного сложнее.

Да, мне хотели навязать Хоноку. И, наверное, у нас бы даже могли получиться хорошие, сильные наследники. Проблема в том, что я не хочу связываться с этой больной на голову вивисекторшей, которая, к тому же, ко мне никаких теплых чувств не испытывает. Вон, даже проведать не пришла, хотя совсем рядом работает. Кстати, зря, у меня отличный концерт получился. Народу понравился. А из-за того, что она Узумаки, она автоматом будет главнее Анко и по статусу выше. Ну и оно мне надо, унижать любимую, чтобы сделать приятное родне в Каменистом? Нахер-нахер мне такое счастье. Пусть Хонока идет и любит своих орлов призывных или там крокодилов каких-нибудь, их не жалко.

За раздумьями я сам не заметил, как оказался у ворот клана Курама. Со смерти Ункая настроение внутри клана изменилось, я это чувствовал и слышал в голосах. Но рядом со мной это воодушевление испарялось, как туман в яркий солнечный день. Стоило только кому-то заметить меня, как затихали голоса и повисало напряжение. На мое приветствие встречные отвечали глубоким поклоном, а не кивком головы, что меня несколько смутило, но было вполне объяснимо.

Проводили в главный зал, а пока я ждал Оборо, притащили чай, поднос с вкусняшками, и долго и обстоятельно извинялись, что придется подождать временно исполняющую обязанности главы клана.

Чтоб разрядить обстановку, я пошутил, что Оборо-сан может выйти хоть в домашнем кимоно. Я временно ослеп и не замечу разницы. Никто не смеялся.

Ладно, видимо шутка была неудачная. Или просто несмешная.

Девушка, которая мне подливала чай смылась, прощебетав, что за новой порцией чая, хотя я прекрасно слышал, что в чайничке плескалась вода.

Нервные все какие-то. Неужели их Идо так напугал, что до сих пор отойти не могут? Эх, бедолаги суеверные, боятся всякой несуществующей фигни.

Не успел я допить чай, как явилась бабушка Якумо. И я ее, поначалу, даже не узнал по голосу: Оборо была приторно вежлива, извинялась и кланялась, будто я высокий гость, а не ее бывший растяпа-ученик. Видимо, так выглядит у клановых благодарность за спасение. Но вот нервозность объяснить пока не получалось. Ну ничего, я уверен, что быстро разберусь, где тут собака зарыта.

Когда мы, наконец, дошли до интересующей меня темы, я успел трижды проклясть распроклятый этикет!

— Оборо-сан, простите за прямоту, мне нужно знать что вы успели рассказать Пятой о произошедшем, чтобы я не выдал что-то лишнее, что вы бы хотели скрыть.

Видимо я сказал что-то не то, так как от моего сенсея, как от кухни в Ичираку горячим воздухом, шибануло удивлением.

— Видите ли Умино-сан, — будто подбирая слова замялась Оборо, а потом осознав, что сказала, начала извиняться.

— Все хорошо, сенсей. — улыбнулся я Оборо. — Зрение мне вернут. Да я и без глаз неплохо ориентируюсь, — постучал пальцами по палочке, — мне она особо не нужна, так, взял, чтобы не приставали, почему я не бегу на доклад к Цунаде. Болею я.

Не скажу, что Оборо стало легче, но она наконец начала говорить о деле, хоть и зашла с другой стороны. Она говорила о том, что у нас, как у представителей малых кланов, общие интересы, что хотела бы отдать мне голос ее клана на Совете, потому что сама она в первых рядах лезть в политику не хочет да и не может, ведь ей надо все силы приложить для восстановления клана и воспитания Якумо как его достойной будущей главы. А вот если бы такой талантливый оратор, как я, взялся за защиту наших общих интересов, то два голоса на Совете кланов уже могут принести пользу обоим нашим кланам. Ведь их можно выгодно вложить как пай для вступления в сильный союз, а