Читать книгу - "Бот - Виталий Штольман"

бы обстоятельствах я бы ударил тебя по твоей наглой роже.

– И что ж тебя останавливает?

– Ты тогда точно слушать не будешь.

– Что-то часто ты стал повторяться… Сбой в системе?

– Не понимаю, о чем ты…

– Я зато понимаю… Ты ведешь себя, как истинный бот… Бот с ролью барда… Плохой бард… Плохие стихи… Плохой бот, который троит…

– Не понимаю, о чем ты…

– Все ты понимаешь, я и сейчас не буду слушать. Зачем ты вообще мне их читать собрался, коль у нас один разум на двоих. Давай сделаем вид, что мне не все равно, и я уже ознакомился. Договор?

– Стихотворению нужно выбраться из клетки, чтоб воспарить над толщами вселенной.

– О-о-о-о, вон оно чего? Метафоры подъехали… Рифма, как птица, заточенная злыднями? – я закурил, – Ты долго тянуть будешь лямки? Тебе же уже прописали команду к действию, так выполняй!

– Приму твое негодование за согласие, – Шурик встал в позу, вытащив свою грязную майку-алкоголичку из штанов, поправил шоферскую кепку и начал…

– Да-да, так стало лучше! Прям Пушкин на балу… Эталон франта!

– Не важно, какова оболочка, главное – суть!

– Это вообще-то моя цитата!

– Ага, твоя… Сам ее у кого-то украл!

– Так не поймали же! – я расхохотался и сбросил пепел в пепельницу, ее, к слову, переместили вместе со мной.

– В древности ворам рубили руки по локоть!

– В древности за слова рубили головы! Ну, будет чего-то?

Поэт слегка откинул голову назад, изображая маститого и начал:

Не дави на висок.

С вихрем витым в унисон

Дерзкому в маске,

Что раз за разом выходит в эфир.

Мозговые спазмы.

Разгон.

Разгиб.

Разгар.

Тьма в глазах.

Миазмы

По указке мастера

Команда «Фас!» басом.

Темные краски.

– Браво! – веселился я, – Какой едкий бред.

– Не перебивай творца, что потоком льет, – и он продолжил:

Зверские звуки

В испуге.

Мучения мужа под музой –

Музейный абьюз и трикстер.

В таксе на фиксе.

Рифма в микс.

Высер пресный.

Фарс.

Факт.

Фальши фанат

В фаворе фантазий

Страдалец с рядов поэзии

Резкой.

Дерзкой.

Месиво строчное.

Ферзь в мечтах.

По делу пешка.

Шагая из камеры в камеру, мешкаясь.

Школа орла и решки

В вершинах крышек усушливых.

Не пошло.

Не почетно

Порно.

По ртам в портах упертых.

До пиратов. До кораблей.

Стоит.

Меч оголил?

Бей!

Но ты в камере автор,

Все мечты, все якорь!

Не кори себя!

Не люби себя!

Употребя,

знобя и погубя.

С герба гульба, гурьба и закипя.

Раба скупа.

Груба мольба.

Модна могила.

Монопольна.

Морока в мороси. Молва.

Скупы слова.

Слепы. Сластивы.

И честь по чести к страху,

И стопка ко столу.

К утру.

К похмелью.

Хмурно

И под сомненья.

Гармонь!

Играй душевно песнь.

Не до чудес.

Забыты

Верность, правда и резон.

Писать творец не перестал,

Он – фармазон.

– Ну не Есенин, не Есенин! – я расхохотался вновь и затушил сигарету о пепельницу, – Ты это завязывай!

– Так бывает!

– Это все лирика, давай-ка по делу поболтаем. Я тут поразмышлял немного. Ты должен знать, кто человек в маске?

– Ты уже спрашивал…, – Шурик в миг стал осторожным, отошел на безопасное расстояние и прислонился к стенке, глаза его прищурились.

– Я? Напрямую или у себя в голове?

– Вспоминай сам!

– Ты знаешь, о чем я хочу спросить…

– Может и знаю, а может и не знаю. Ты озвучь.

– Кто скрывается за маской? – я встал с кровати и указал пальцем на моргающий гличами экран с синим свечением.

– Не знаю. С чего бы мне знать?

– А что это ты юлить вдруг стал? А? Боишься, что я залезу в твой разум? Я ведь тоже это могу, да?

– Вероятно, можешь!

– Но я все же озвучу, чтоб не было недосказанности. – Я начал повышать голос. – Почему, когда он здесь, тебя нет, а когда ты здесь, его нет?

– Тебе кажется!

– Нет мне не кажется! – я заорал и начал приближаться к Шурику, – Человек в маске – это ты?

– Ты не с той ноги что ль встал? – он начал отходить от меня.

– Damnatus est!15 Понимаешь о чем я?

– У тебя чего глаза кровью налились? У тебя бешенство? Отойди от меня, псих! – Шурик оттолкнул меня в сторону.

– Признавайся! Ты – это он? – Я напирал, а он отступал.

Дверь в красную комнату за ним щелкнула, он юркнул в нее и захлопнул за собой. Мой кулак ударил по толстому металлу. Было больно, но это мелочь по сравнению с тем, что происходило внутри.

Так-так-так… Латынь он не понимает… Дверь ему кто-то открыл… Значит они с иллюминатом просто союзники. Или все он понимает, но сделал вид, что не понимает? Стоп! Шурик как-то говорил мне что-то на латыни… Или не говорил? Я запутался! А с дверью ему помог сообщник? Не мог же он все это один организовать? Кто-то же построил эти катакомбы… Кто-то придумал весь этот план… Не сам же он у плиты стоит, чтоб накормить меня… Кстати, а где еда? Желудок уже волнуется…

Я открыл лифт. Оказалось, что меня ожидал синий экзотический картофель и синие не менее экзотические грибы, похожие на сыроежки, и синий чай. Все холодное. Похоже, долго я был в отключке. Есть хотелось страшно, но есть невнятные харчи под звуки базара и запахи разлагающихся овощей – такое себе. А вдруг они галлюциногенные? А если вся еда содержит вещества, что вызывают разлом реальности? Может, я в обычной камере, а меня подкармливают чем-то эдаким? Кто знает, кто знает? Опыта подобного у меня нет, лишь теория, а на ней, как говорится, далеко не уедешь. Закрыл лифт. Лег на кровать. Похлопал себя по карманам, выудил пачку сигарет, она пуста.