Читать книгу - "История римских императоров от Августа до Константина. Том 8. Кризис III века - Жан-Батист Кревье"

их, одержал полную победу. Исход этого сражения решил войну. Все земли, подчинявшиеся Тетрику, перешли к Аврелиану; и после тринадцатилетнего раскола, начавшегося с узурпации Постума, Галлия, Испания и Британия вновь вернулись под власть Рима и признанных им императоров.

Отвоеванные Аврелианом галльские земли он также защитил от германцев, или франков, отбросив их за Рейн. Жители Лиона подверглись с его стороны суровому обращению, хотя мы не можем точно назвать причину, по которой он был особенно раздражен против них.

Аврелиан весьма плодотворно использовал время своего правления, и трудно назвать другого государя, который за столь короткий срок совершил бы столь великие дела. В год своего восшествия на престол, 270-й от Р. Х., и в следующий он воевал с северными варварами и изгнал алеманнов и их союзников из Италии. В 272 году он отправился на Восток, одержал три победы над Зенобией и осадил ее в Пальмире. Год 273-й был настолько насыщен, что трудно представить, как он мог вместить все деяния, которые Аврелиан совершил один за другим: пленение Зенобии, пытавшейся бежать, взятие Пальмиры, разгром карпов во Фракии, жестокое подавление второго восстания в Пальмире, возвращение Египта, воссоединение Галлии с империей после битвы при Шалоне [12] и капитуляции Тетрика – все это Аврелиан совершил в течение одного года.

Эти успехи ослепили его и породили в нем гордыню – обычное следствие блистательного процветания.

В начале своего правления он был очень скромен во всем своем облике, и было видно, что он помнит о своем незнатном происхождении и скромном первоначальном достатке. Он не видел величия в роскоши убранства, и даже став императором, одевал своих рабов так же, как до возвышения. Он желал, чтобы его жена и дочь вели домашнее хозяйство и соблюдали бережливость, как в частном доме. Он не носил шелковых одежд; и когда императрица пожелала иметь шелковое платье, он отказал ей. «Боги да сохранят меня, – сказал он, – от траты денег на товар, который покупается на вес золота». Такова тогда была цена шелка. На его столе было мало изысканных блюд, никакой роскошной сервировки: обычно она была покрыта лишь жарким, как в героические времена.

Этот дух простоты, который он соблюдал в отношении себя и своей семьи, он распространял и на свое поведение с другими, и на общественные установления. Он помогал друзьям, но умеренно: стремился избавить их от бедности, но не осыпать богатствами, которые вызвали бы зависть. Он запретил мужчинам изысканные украшения, которые разрешал женщинам для их слабости к нарядам. Поскольку евнухи были в большой моде в знатных домах и из-за этого стали очень дороги, он установил, сколько их может иметь каждый в соответствии с его положением. Он намеревался запретить использование золота в галунах и позолоте, что губит столь ценный для общества металл.

Но блистательные победы изменили эту скромную манеру мыслить. Когда он увидел себя победителем Зенобии и всех народов, пришедших ей на помощь – персов, армян, сарацин, – он возгордился своей славой и, как говорит его историк, стал проявлять больше высокомерия и надменности. Он перенял роскошь и пышность побежденных им восточных народов. Он полюбил великолепие одежд и стал носить платья из золотой ткани, украшенные драгоценными камнями. Он принял как великий дар индийскую пурпурную ткань, присланную ему царем Персии, которая затмевала своим блеском все западные ткани.

Можно предположить, что именно тогда он впервые надел диадему, неизвестную до того римским императорам, если не считать, что Калигула и Гелиогабал помышляли украсить себя ею. Но первого отговорили, внушив, что он стоит намного выше царей; а второй осмеливался носить ее только во дворце. Аврелиан же появлялся с диадимой публично и велел изображать себя с нею на монетах. Я не могу поверить, что он использовал тиару, хотя Вописк, кажется, утверждает это. Но весьма вероятно, что именно этот государь ввел в римских армиях обычай использовать драконов в качестве знамен. Такие штандарты были в ходу у персов; и они могли понравиться Аврелиану не только как более устрашающие, но и как более величественные, чем римские. В последующие времена о них часто упоминается.

Аврелиан, ослабив свою первоначальную строгость к себе, поощрял также рост роскоши среди подданных. Он разрешил и сенаторам, и женщинам, и даже солдатам украшать себя и свои экипажи предметами, ранее им запрещенными. Детали не входят в мою тему.

Высокомерие было свойственно этому государю от природы, и неудивительно, что победы усилили его. После того как, возвращаясь в Европу, он разгромил несколько отрядов карпов во Фракии, сенат даровал ему прозвище Карпийский. Аврелиан с презрением отверг этот титул, заимствованный у малоизвестного народа, в то время как он уже носил имена Готский, Сарматский, Парфянский [13], Величайший Пальмирский, Армянский и Адиабенский. В письме к сенату он даже позволил себе оскорбительную шутку над этим собранием, которое хотело его почтить.

Добавим, что он пожелал, как видно по его монетам, именоваться Господином и Богом – святотатственное присвоение, пример которому до него подал только Домициан. Это, без сомнения, вершина надменности, соединенной с нечестием. Но язычники так привыкли обращаться со своими богами фамильярно, что, возможно, еще большее удивление вызывает то, что Аврелиан попрал все приличия, проведя в триумфе Тетрика – римлянина, сенатора, консуляра, который по всем этим званиям должен был быть избавлен от такого позора и который, к тому же, не был побежден силой оружия, а добровольно подчинился ему как другу и освободителю.

Триумф по праву принадлежал Аврелиану: и всё великолепие, которое он там явил, не заслуживало бы никакого порицания, если бы не было омрачено несправедливостью и дерзкой жестокостью, которые я уже отметил в отношении Тетрика. Вот описание этого триумфа, которое оставил нам Вописк.

Там можно было увидеть три царских колесницы: первая принадлежала Оденату, вся сверкающая золотом, серебром и драгоценными камнями. Другая, столь же богатая, была подарена царём Персии Аврелиану. Третья была той самой, которую Зенобия в дни своего наивысшего величия приказала изготовить для своего въезда в Рим. Она не предполагала, что пойдёт пленницей за этой колесницей, на которую надеялась взойти в роли триумфаторши. Вописк также упоминает о четвёртой колеснице, менее роскошной, чем предыдущие, но не менее примечательной. Это была колесница короля готов, запряжённая четырьмя оленями. Аврелиан, захвативший её в бою, пожелал, согласно авторам, цитируемым этим историком, въехать на ней во время триумфа; а достигнув Капитолия, принёс четырёх оленей в жертву, согласно данному им обету. По свидетельству Зонары, колесница Аврелиана была запряжена четырьмя слонами.

Множество животных, привезённых из дальних стран, составляли часть зрелища и торжественной процессии: слоны, львы, леопарды, тигры, лоси, верблюды, за которыми следовали восемьсот пар гладиаторов, предназначенных, по-видимому, для игр, которые должны были состояться в последующие дни. Что касается животных, историк замечает, что Аврелиан после триумфа раздал их частным лицам, чтобы не обременять казну расходами на их содержание.

Длинная вереница иностранцев со всех концов света предшествовала колеснице триумфатора. Но эти иностранцы, насколько можно понять смысл автора, выражавшегося весьма туманно, делились на две категории: послов и пленников. Послы – блеммии, аксумиты [14], жители Аравии Счастливой, индийцы, бактрийцы, сарацины, персы – несли дары, которые их государи преподносили императору. Пленники – готы, аланы, роксоланы, сарматы, франки, свевы, вандалы, германцы – шли печально, со связанными за спиной руками. В этой последней группе находились также несколько знатных пальмирцев, которым Аврелиан даровал жизнь, и некоторое число египетских мятежников. Там же насчитывалось десять женщин, взятых в плен в мужской одежде среди готов; их выдавали за амазонок. Чтобы можно было распознать и отличить столь разные народы, на табличках, которые несли в процессии, крупными буквами были написаны названия всех побеждённых народов.

Шествие пленников замыкали Тетрик и Зенобия, оба великолепно украшенные. Тетрик был облачён в пурпурную императорскую мантию, золотого цвета тунику и галльские штаны. Его сопровождал