Читать книгу - "История ересей - Генри Чарльз Ли"

числа первых естествен; неясно только, превращали ли выбор и ординация «недавно обращенного» в «перфекта» или нет. И тот же вопрос может быть поставлен по отношению к amici, которые вызывают и еще одно недоумение. Они названы in rebus permanentes: de amicis, in rebus permanentibus, т. e. остающиеся в миру. Остаются ли они в миру и после поставления или прибавленное к ним определение объясняется только многословием памятника? Прежде чем разбираться в этих недоумениях, остановимся еще на одном. Французы допускают (и ломбардцы с ними об этом не спорят) возможность ordinаre etemaliter vel ad tempus{106}, предоставляя окончательное решение собранию обоих братств. Что может означать эта ordinatio ad tempus? Естественно прежде всего понять ее в том смысле, что поставляющий назначается исполняющим функции министра на время, на срок. Но можно eligere ad tempus; ordinаre ad tempus нельзя: это противоречило бы всей традиции, не имея аналогии ни в католической, ни в еретической среде. Поставление дает человеку право принимать участие в совершении таинств, которое он может потерять только по собственной вине. Дарование Духа Святого на срок совершенная бессмыслица. Остается другое объяснение: можно понять ordinatio ad tempus как поставление с допущением возможности дальнейшей ординации в высший сан, ordinatio etemalis как поставление только в министры низшей степени без этого. Другого возможного объяснения я не вижу. Если же наше толкование ordinаre ad tempus правильно, следует допустить, что у вальденсов был не только один ordo пресвитеров, а два или три, как позднее. В таком случае раскрывается и значение термина minister. Minister — служитель алтаря, и для вальденсов, как и для католиков, — всякий ординированный для этого служения, все равно епископ, пресвитер или диакон. Но можно ли найти в вальденстве эти три ordo. Думаю, что да. Министрами являются: 1) перфекты, 2)nuperconversi, 3) amici. Amici-ministri ближе всего стоят к простым amici или credentes. Если они остаются в миру — in rebus permanent, они могут нести на себе все заботы, связанные с материальною жизнью societas и в узком, и в широком смысле этого слова, заботы несовместимые с апостольскою жизнью. Это как раз то, что в Священном Писании отмечено как отличительная черта диаконов. Но если даже они и разрывают с миром, из этого не следует, что они берут на себя тяжелый крест перфекта и отказываются от материальных забот, от прикосновения к деньгам, как Дуранд и его товарищи. Чем строже была апостольская жизнь перфектов, тем необходимее была для них помощь друзей, и чем многочисленнее становилась секта, тем нужнее была организация этой помощи. Создавалось положение, напоминающее положение ранней церкви, вызванной из забвения учениками Арнольда. Вот почему соблазнительно видеть в ministri-amici вальденских диаконов. Но вероятно существование и вальденсов-епископов. Вальденсы не только избирали» но ординировали своих министров, а ordinаre термин совершенно понятный. Ordinatio это ритуальное поставление, сообщающее благодать священства. Нет оснований думать, что теория поставления у вальденсов резко отличалась от католической: ведь в учении о таинстве евхаристии ломбардцы и французы держатся в общем в рамках правоверия; в учении о крещении и браке ломбардцы ортодоксальнее французов; везде чувствуется близость к догме Рима и нежелание расходиться с ней. Поэтому если вальденсы поставляли своих министров, значит, у них были епископы; и очевидно, что епископы — перфекты, a nuper conversi — пресвитеры. «Рескрипт» не упоминает о поставлении министров из перфектов потому, что перфекты поставляли других как в епископы, а сами в поставлении не нуждались. И о министрах поднялся вопрос не потому, чтобы вальденсам не хватало их количественно, а потому, что им нужно было три ordo и круг лиц, могущих быть избираемыми в пресвитеры и диаконы, по новизне дела не был определен или определялся различно еще не создавшими твердого обычая братствами. Как поставлять в епископы, иначе говоря, как принимать в среду перфектов, было ясно и споров не вызывало.

Nuper conversi выше отожествлены с позднейшими новел ланами и поняты как недавно обращенные перфекты. Они, надо думать, вели жизнь перфектов, но приняты в их число еще не были, не были они и ministri. Поставляемые в пресвитеры, они этим путем в число перфектов еще не переходили: иначе они были бы епископами. Еще дальше стоят от перфектов диаконы-amici. Оставались ли диаконы в миру или удалялись от него, сказать трудно ввиду того, что мы знаем о требованиях, предъявляемых вальденсами к священнику, но каков был вальденский идеал диакона, нам неизвестно.

Организация вальденства представляется после всего этого в следующих чертах. Данная (ломбардская или французская) группа состоит из двух слоев: собственно societas и остающихся в миру оседлых «друзей», или верующих. Societas в узком смысле отличается от верующих, находящихся под ее духовным и мирским руководством, своим апостольским образом жизни, свойственным одинаково и перфектам, и ниже их стоящим nuper conversi. Отречение от мира является необходимым условием перехода верующего сначала в разряд nuper conversi, в котором при известных условиях открыта возможность превращения его в перфекта. Перфекты признаются обладающими правами епископов, и потому, надо думать, поставление в перфекты есть вместе с тем поставление в епископы или этим поставлением сопровождается. В качестве епископа перфект обладает и функциями пресвитера, но желание иметь и второй «орден» приводит к поставлению пресвитеров из nuper conversi; желание иметь третий и необходимость материальных забот, несовместимых с жизнью апостола, к поставлению диаконов из amici in rebus permanentes. Так получается духовная иерархия секты, захватывающая и слой credentes и тем теснее его связывающая с самой societas. Но потребность в объединении организации, не духовной а материальной, выдвигает и среди коллегии епископов-перфектов предстоятеля или ректора, избираемого французами на срок, итальянцами пожизненно. Он первый между равными — confrater pauperum spiritu и отличается от остальных перфектов не саном своим (все они такие же епископы), а честью председания и верховным положением в управлении делами всей группы. Поэтому-то он только избирается, а не ординируется как ministri.

Вернемся еще к ordinatio ad tempus. Выше мы постарались понять это как поставление в сан министра двух низших степеней, т. е. в пресвитеры или диаконы, с допущением возможности дальнейшей ординации в следующий высший сан. Такова кажется точка зрения французов. Ломбардцы стоят за ordinatio etemalis. Но если ординированный диаконом никогда не может сделаться пресвитером, а поставленный в пресвитеры епископом или перфектом, получается странное положение дел, несправедливо закрывающее доступ в ряды перфектов целому ряду лиц. Очевидно, что надо удовлетворительным образом истолковать «возможность (или невозможность) дальнейшей ординации». Думаю, что это можно сделать следующим образом. Допустим, что в секте существует