Читать книгу - "Пифагореец - Александр Морфей"

Мой дорогой друг, Лао-Цзы, говорил: «Враги человека не демоны, а такие же люди, как он сам». Понимаешь, дорогой мой Теодор, с начала времен выяснилось, что человек может уничтожать себе подобных намного эффективней, чем дикие звери, болезни и природные катаклизмы. И он постоянно совершенствует свои навыки. Но человек в твоем времени начал делать нечто более чудовищное. То, чего никогда ранее в истории не было, – люди стали массово уничтожать себе подобных не только снаружи (физически), но и внутри (душевно), максимально блокируя любые возможности для душевного и духовного восстановления. На протяжении веков, чтобы держать людей и всю цивилизацию в рамках, были созданы законы нравственности и морали. Все эти банальные для тебя понятия – на самом деле, чрезвычайно важный социальный договор между всеми людьми для их благополучного сосуществования: «Я уважаю тебя и не нарушаю твои интересы, а ты уважаешь меня и не нарушаешь мои интересы». Взаимное соблюдение этого договора обеспечивало выживание и относительно спокойное развитие нашей цивилизации, хоть и не без проблем. Основными источниками правил этого социального договора – морали, этики и нравственности – всегда выступали религиозные учения. Их главной частью являлись правила, как человеку надлежит жить.

Но всегда есть люди, которые не верят ни в какие верования. Тогда, получается, что их эти законы нравственности не касаются? И вот отчасти из-за этого, а также из-за того, что в религиозных учениях описано только как нужно поступать, но не написано, что делать здесь и сейчас, если эти правила кем-то нарушаются, не без моей помощи был создан свод законов, который описывал обратную сторону – чего делать нельзя и какие наказания в нашем человеческом мире последуют в случае нарушения того, чего делать нельзя – и верующим, и неверующим. Законы эти уже не «небесные», а земные, и, соответственно, наказания за их нарушение предусматривались также земные. Религиозные предписания и земное законодательство являлись двумя основными столпами, на которых держалась и развивалась наша цивилизация.

Да, не всегда и не все шло гладко. Но, по большому счету, это работало, и человечество существовало и развивалось. А основным маяком и эталоном, что хорошо, а что плохо, всегда выступали нравственные законы религиозных верований, а не уголовный кодекс.

В твою эпоху, Теодор, произошло фундаментальное разрушение этой основы. В твое время, всеми силами разрушаются любые общечеловеческие ценности, а все, что касается нравственности, этики и морали, считается ретроградством. Людям массово навязываются разнообразные мерзости, которые у вас называются «прогрессом» и «образованностью». Новая парадигма современной жизни: «Все, что не запрещено законом - разрешено», – и никакие общепринятые этические и моральные ориентиры больше не действуют. На самом же деле, все это имеет лишь одно последствие – уничтожение нашей цивилизации. Как я тебе уже сказал, сейчас, в твоем времени создалась среда, в которой дальнейший прогресс человеческой души в тех условиях больше невозможен. Такая цивилизация, с точки зрения Высшего Разума, больше не имеет смысла. Это, как если бы учебный кабинет был заполнен удушающим газом – дальнейшее обучение в этом классе лишено всякого смысла. Что произойдет затем? Этот класс в ближайшее время будет разрушен. И снова скажу: сейчас уже не важно, кто это сделает раньше – Высший Разум или сами люди.

Тео, казалось, переварил первый шок и был снова способен к осознанной беседе.

– Учитель, если вы хоть немного знаете атмосферу жизни моего времени, то должны знать, что в наше время спасать мир можно только в обтягивающих трико с трусами поверх них. И обязательно маска на половину лица. Потому что без маски все люди увидели бы на этом лице уродство крайнего тщеславия, самолюбия и высокомерия «героя» по отношению к обычным людям. Я не готов надеть трусы поверх трико и надеюсь, что я еще не такой самовлюбленный, чтобы скрывать это под маской, так что никак не могу спасать наш мир!

– Я смотрю, ты начинаешь понимать суть вопроса, – одобрительно ответил Пифагор, уловив смысл сарказма Тео.

– В наших модных фильмах, – продолжал Тео, – люди пытаются спасти человечество тем, что убивают негодяев, кто сделает критически опасные вещи в будущем. Вы, видимо, от меня ожидаете чего-то подобного? Отыскать тех главных мерзких злодеев и убить? Но для этого я, абсолютно точно, не самый подходящий человек! Для этого нужен кто-то со специальной подготовкой и опытом! Ну какой из меня суперубийца?

– У меня для тебя важная новость, – серьезным тоном ответил ему Учитель. – Убийствами людей не спасают, а уничтожают. Это очевидно. В этом как раз и проблема вашего времени. Вам из каждого угла льют в голову самые разные картины и иллюзии убийств – в фильмах, компьютерных играх и так далее. Идея убить всех плохих во имя всех хороших уже не раз доказывала, что истина – именно в обратном. Одним из последних больших апологетов этой идеи в твоем времени, который особенно отличился, – был молодой австрийский художник по имени Адольф, а по фамилии Гитлер. Мы все знаем, что из этого вышло. Убийствами – убивают. А чтобы их спасти, нужно сделать ровно обратное: убедить людей в том, что для того, чтобы всем вам выжить, вам нужно перестать убивать. Всем следует снова договориться и снова вернуть обратно и строго соблюдать тот изначальный социальный договор: «Я уважаю тебя и твои интересы, а ты уважаешь меня и мои интересы». Многим часто кажется, что они сильнее кого-то другого и могут безнаказанно ущемить интересы этого другого в свою пользу, без ущерба для себя. А кому-то другому покажется, что он сильнее первого, и так далее – это прямая дорога к хаосу и аду.

Как известно, зло пожирает само себя. А только соблюдение и уважение этого взаимного социального договора – то, что называется нравственностью, – это единственный путь к вашему выживанию. Звучит старо, банально и наивно, но это так. Да, Тео, ты не можешь восстать против системы, да это и не нужно. В процессе нашего общения у тебя еще будет возможность убедиться, что слом любой системы власти несет только большее ухудшение ситуации. Систему нельзя ломать. Ее