Читать книгу - "Двойняшки от миллиардера - Тая Наварская"

даже не откликался. Поначалу это было просто смешно, а потом мы как-то незаметно привыкли. Так наш Леша стал Алексом.

— Хм... Забавно.

Не могу не заметить, что настроение Максима сегодня значительно лучше. На губах все чаще проступает улыбка‚ а взгляд уже не кажется таким тяжелым.

Когда мы заходим в группу, двойняшки, заметив меня, со всех ног бросаются в объятия. За день они успевают соскучиться, и поэтому вечером после детского сада это милейшие дети на земле. Багирову достаются смущенные улыбки и робкое «привет, дядя Максим». Новости, которые я обрушила на детей вчера, еще не до конца уложились в их головках, и

они испытывают заметное стеснение. Боятся лишний раз посмотреть на новоиспеченного отца и ведут себя непривычно тихо.

— Добрый вечер! - нам навстречу выплывает воспитательница.

Обращаю внимание, как ее глаза останавливаются на Максиме и восхищенно расширяются. Ну еще бы! Такие мужчины здесь редкость. Не знаю, с чем это связано, но красивых отцов у нас в саду вообще мало.

— Здравствуйте, Анна Степановна! Как Алекс с Алисой? Слушались?

— Да, все в порядке. Под вечер игрушки не хотели убирать, но в итоге мы договорились.

Удовлетворенно киваю и перевожу взгляд на двойняшек, которые натягивают уличные шорты.

— А вы у нас..? — шагая в сторону Багирова, интересуется Анна Степановна.

Зачем-то поправляет чёлку и приосанивается.

— Максим Леонидович, — представляется тот. — Отец Алекса и Алисы.

Челюсть воспитательницы комично отъезжает вниз. Она не в силах скрыть шока.

— Вот оно как, — шарит по нему любопытным взглядом. — Очень интересно. Не думала, что вы... М-м... Существуете.

— Разумеется, существую. А как же иначе? — усмехается Максим. — Непорочное зачатие — это миф.

Анна Степановна кокетливо хихикает, а я не удерживаюсь от того, чтобы закатить глаза. Я уж и забыла, какое влияние Багиров оказывает на женщин.

— Алекс, Алиса, вы готовы? — смотрю на детей.

— Да, мама.

— Тогда пойдемте, — подталкиваю их к выходу, а сама кидаю многозначительный взгляд на воспитательницу. — До свидания, Анна Степановна.

Надеюсь, она сейчас не думает над тем, как бы охмурить Багирова? Я, конечно, все понимаю, он человек свободный... Но не при мне же!

Двойняшки обувают кроссовки и поднимают на нас вопросительно вытянувшиеся лица:

— Куда мы сейчас пойдем?

— Как насчет боулинга? — с улыбкой предлагает Максим. — А потом перекусим в кафе-мороженое?

— Ур-р-ра!

Дети со счастливыми визгами бегут на улицу, а я чуть слышно хмыкаю. Багиров знает, как расположить к себе шестилеток, охочих до развлечений и сладкого. Сразу зашел с козырей. Что ж, похвально.

Когда мы подходим к машине Максима, он распахивает багажник и извлекает оттуда (вот это да!) два детских автокресла.

— Прикупил на досуге, — поясняет он, поймав мой изумленный взгляд.

— Впечатляет. Не ожидала от тебя столь основательного подхода.

Если честно, подобная щепетильность даже немного пугает. Раз Багиров приобрел кресла, значит, он планирует прокатить двойняшек не один и не два раза. Я думала, события будут развиваться более плавно, однако Максим, судя по всему, решил на полной скорости ворваться в нашу жизнь.

— Создается впечатление, что ты вообще плохо меня знаешь, Софи, — подмигнув мне, он принимается устанавливать автокресла на заднее сидение своего автомобиля.

Да, пожалуй, он прав. Слишком много сюрпризов в последнее время.

Дорога до боулинга занимает минут двадцать и сопровождается непринужденным разговором, в котором, как ни странно, участвуют дети. Багиров на удивление ловко вытаскивает их из скорлупы и располагает к себе. Сейчас они рассуждают о рейнджерах с таким видом, будто тяжелого разговора об отцовстве не было вовсе. Смеются, активно жестикулируют, перебивают друг друга.

Сама игра тоже проходит на ура. Максим методично и доступно объясняет двойняшкам, как правильно метать шары, и через пару-тройку раз у них начинает что-то получаться. До страйков там, конечно, далеко, но, по крайней мере, шары уже все реже уходят «в молоко».

— Софи, ну а ты чего сидишь? — оглядывается на меня Багиров. — Шар в руки — и вперед. Сейчас устроим соревнование.

— Ой, нет, я не играю, — спешу отказаться.

— Это еще почему? — хмурится он.

— Ногти боюсь сломать, — выношу вперед ладонь со свежим маникюром.

— Пф... Какие глупости, — закатывает глаза.

— Ничего не глупости! Мой ногтевой мастер...

Не дав мне договорить, Максим хватает меня за руку и дергает на себя. В ноздри тотчас ударяет хвойный аромат его парфюма, а рецепторы улавливают внезапное тепло его кожи. Меж ребер что-то сладко екает, и я закусываю щеку с внутренней стороны. В присутствии Багирова держать инстинкты в узде невероятно сложно.

— Отставить отмазки, София! — командует он, подталкивая меня к полке, на которой лежат выкатившиеся из шаровозвратника шары.

— Но мои ногти...

— Да не пострадают твои ногти! Выбери шар по себе. Примерь разные. Чтобы пальцы легко входили, и вес был оптимальным. Ну же, это правда весело.

Мне не остается ничего, кроме как сдаться. Со вздохом начинаю ощупывать яркие шары и поочередно засовываю в них пальцы.

— Вот этот вроде ничего, — выбираю розовый.

Он мне показался наиболее удобным.

— Отлично, теперь попытайся сбить кегли, — инструктирует Макс. — Только не пересекай линию заступа. А то бросок не будет засчитан.

— Удачи, мамочка! Только вперед! — слышу, как подбадривают меня двойняшки.

На самом деле раньше я неплохо играла в боулинг. Даже пару раз выигрывала какие-то студенческие турниры. Но это было так давно, что кажется, будто в прошлой жизни.

Нормализовав дыхание, разбегаюсь и отправляю шар к кеглям. Мышцы с поразительной легкостью вспоминают забытое движение, и оно получается довольно четким.

— Стра-а-айк! — кричат двойняшки, шокированные моим неожиданно удачным броском. — Мамочка, да ты у нас супер!

Смущённо пожимаю плечами и поправляю волосы. Что сказать? Талант, оказывается, не пропьешь.

— А прикидывалась неумехой, — усмехаясь, комментирует Макс. — Ногти, ногти...

— За ногти я и правда переживала, — улыбаюсь.

— В который раз убеждаюсь, что ты женщина с секретом. И чего еще я о тебе не знаю, Софи?

— Я умею отбивать чечетку, — отвечаю, поразмыслив.

— Да ну? — карие глаза недоверчиво округляются.

— Вот тебе и «да ну», Багиров, — смеюсь. — Не веришь?

— Нет. Покажи, — взгляд загорается хищным блеском.

Морально настраиваюсь и исполняю простенькую комбинацию для начинающих. Ту, что до сих пор