Читать книгу - "Антиваксер - Кристина Агатова"

–Выйди.

–Что?

–Выйди отсюда.

В глазах Оскара мелькнуло осознание, и он нахмурился и заиграл желваками:

–Это – не выход.

–Это – единственный выход.

Руссо не сдвинулся с места. Фостер схватил его за халат и потащил из кабинета. Оскар попытался сопротивляться, но Август был выше и крупнее, а его мышцы сохранили прежнюю силу за тридцать лет тренировок в аппаратуре.

Фостер вытолкал Руссо за дверь и захлопнул ее, придавив спиной:

–Я должен это сделать, – прохрипел он, тяжело дыша. – Нет других вариантов. Вакцину она не отдаст, да и черт с ней! Она – единственный человек, который имеет доступ к этому дерьму.

–Я не могу позволить тебе убить человека, даже такого, – покачал головой Оскар. – Я – врач, я спасаю жизни, а не отнимаю их.

–Тебе и не надо ничего отнимать. Я сам все сделаю. Сколько там сейчас дают за убийство? Двадцать? Тридцать лет? Я – бессмертный. Отсижу и выйду, а у тебя семья и ребенок. И нет вечности впереди. Давай, вали уже отсюда!

–Ну нет, мы в это вместе ввязались! Вместе и…

Его фразу прервал грохот за дверью. Август резко обернулся и вгляделся сквозь полупрозрачное стекло. Он ничего не увидел.

Руссо резко рванулся вперед и оттолкнул Фостера, одновременно дернув дверь.

Амалия Левановна лежала на полу лицом вверх, неловко подвернув ногу и раскинув руки в стороны, как будто собиралась полететь. Ее глаза были закрыты, а кожа светилась неестественной бледностью. Сквозь приоткрытые губы медленно стекала розовая пена.

Оскар подбежал к ней и быстро положил пальцы на шею.

–Жива, – констатировал он. – Но еле-еле.

Август поднял инъектор, валяющийся рядом. Он вытряхнул пустую ампулу с остатками зеленоватой жидкости.

–Похоже, она ввела себе вакцину.

–Твою мать! – выругался Руссо и схватился за голову. – Вот же дура-дурой!

Он хлопнул себя за ухом:

–Компенсаторная. Срочно реанимацию для Аматуни Амалии Левановны. Код четыре. Состояние тяжелое, сознание отсутствует.

Август присел возле тела женщины и похлопал ее по плечу:

–Добро пожаловать в компенсаторную камеру, дорогая Амалия Левановна. Встретимся через тридцать лет. Обещаю, что дождусь вас.