Читать книгу - "Золотой тролль - Ярослав Маратович Васильев"

штука, полезная, особенно когда запись есть и отчёт делаешь, но чтобы настолько…

Гийом осторожно кивнул. Фонографы в полиции Флорана действительно появились как его инициатива. Совсем новое изобретение из нескольких мембран с сильфами воздуха, которые умели ловить и фильтровать звуки. Хочешь – только голос без фона, или даже голос конкретного человека, хочешь – лишь общий фон. Дальше колебания мембраны передавались на тканевую ленту, пропитанную воском с добавками, по которой стальная игла чертила запись звуковых волн. Нужно воспроизвести – включаешь машину в обратном режиме. Лента выдерживала пять-шесть воспроизведений, после чего её нагревали, и дорожка стиралась. Или, если нужно запись сохранить, ленту пропускали через специальную печь со встроенными стихийными амулетами огня и земли, после чего она запекалась навсегда.

Идею рассказывали как полезную новинку во время учёбы в Академии, но даже в столице устройства едва начали появляться в полиции. Здесь Гийом убедил коллег, поначалу фонограф в складчину купили следователи. Удобно как записывать показания, так и, настроив мембрану на свой голос, диктовать отчёт даже в шумном кабинете. Комиссар оценил, когда вместо стопки бумаг с еженедельным отчётом ему начали заносить звуковые ленты – их можно было слушать параллельно с другими делами, а при необходимости вызывать к себе подчинённых уже с комплектом документов по тому или иному делу. Следом новинку оценили оперативники, можно не останавливаясь «колоть» подозреваемых, не отвлекаясь на подробное заполнение протокола и не опасаясь чего-то упустить. В итоге старший комиссар даже пообещал со следующего года включить фонографы как штатное оборудование. Но с чего такое веселье месье Пулена? А тот уже продолжал:

– У нас последнее время сплошная шушера пошла, а они хорошего отношения не понимают. Это же не блатные, которым ссориться не с руки. А тут взяли моду орать про права личности, начитались газет.

Гийом осторожно кивнул. Их ещё в Академии предупреждали, что орать или бить уголовника почти всегда бесполезно. Материться сильнее, чем принято в их среде, ты не сумеешь, к мордобитию они сами привычные. Так что тут надо или быть месье Тома, который со своими габаритами умеет страху нагнать – одной рукой за грудки поднимет, пару раз встряхнёт, так без единого синяка можно штаны отстирывать. Ну или как делает месье Пулен: вежливо так общается, равнодушно и высокомерно давит преступника, мол, пыль ты и грязь, в порошок сотру, и все забудут – если умеючи, когда тебя не бьют, а относятся дешевле чем к листку бумаги, ломаются быстрее чем от зуботычин. Но при чём тут фонограф?

– Короче, взяли сегодня одного мелкого карманника, на вокзале промышляет. И начал этот дурак мне угрожать, что жаловаться каким-то общественным адвокатам будет, как его били, на суде журналистам расскажет, и уже меня засадят. И раз так, аккуратно головой об угол стола, чтобы кровь пошла. Орёт: вот, теперь у меня и доказательство есть, ведите в лазарет, пока я кровью не истёк. Обычно на таких придурков потом кучу бумаг писать объяснительных, вот уж точно наказание. А тут я так гаденько усмехаюсь и включаю ему запись. Вот, говорю, и угрозы твои. И слышно, как об стол бьёшься, и как я в это время около двери хожу. А теперь, давай-ка, мы эту запись оформим как документ, приложим. Было у тебя три месяца за кражу, ещё полгода за клевету в адрес полиции добавим. Так он от страха, не знаю уж, чего больше – свой голос услышал или обещание про суд – чуть не обосрался. Не только от испуга в краже признался, хотя чего там, и так с поличным взяли. Ещё две кражи признал – там почерк точно его, но кошелёк оба раза успел выкинуть, вдобавок проболтался про улицу, где скупщик живёт. Так что спасибо от нас всех. Очень полезный аппарат.

– Рад, что у вас дела идут хорошо…

– Зато вы чего-то, коллега, грустный. А ну, давайте, рассказывайте. Чем сможем – хорошему человеку поможем.

– Даже и не знаю. Вы же про сегодняшнее ограбление слышали?

– Да про него уже полгорода слышало. Шутка-ли, первое ограбление со взломом за два с половиной года.

– В общем, на месте обнаружились волосы постороннего человека, девица, почти наверняка не клиент, а месье Тома уже опросил соседей, никого похожего они не видели. Вот и думаю, как нам этого человека найти. Как минимум свидетель, волосы появились близко по времени к ограблению. А возможно и соучастник, точнее – наводчица, если она тайно сошлась с кем-то в доме заранее. Очень уж меня царапает совпадение с Дюраном-младшим и то, как точно ограбили. Обычно в кассе на выходные только мелочь на сдачу остаётся, а тут весьма крупная сумма, включая аванс за несколько дорогих заказов. Как девицу искать в городе – пока не представляю.

– Ничего, коллега, поможем. Мужикам скажу, весь город перетрясём. И хорошему человеку помочь, и я понял вашу логику. Если и впрямь сопляки с окраин оборзели, что уже такие вещи стали крутить – безнаказанно такое спускать нельзя.

Глава 8

Оперативный отдел и в самом деле расстарался, так что уже к концу недели Гийом знал про гостью всё. Звали её Виолетта Бланшар, она была на полгода старше Мишеля, и парень за ней вовсю ухлёстывал. По отзывам девица и впрямь была собой хороша, но Мишелю и близко не пара.

Это во Флоране семья Дюран владела лишь одним ателье, которое открыл ещё дед Мишеля и Жюльетт. Неплохо заработал бригадиром землекопов во время строительства плотин каскада Лилий, плюс, по слухам, его бригада отыскала во время работ один из спрятанных во время войны кладов. А дальше, видимо, деловая жилка и руководящая хватка оказалась чертой врождённой и наследственной. Дюраны выкупили участок рядом с домом и одни из первых начали шить на заказ, оборудовав мастерскую сразу на несколько швей. Два сына удачно вложили прибыль в развитие дела в Бастони.

Вроде бы как можно конкурировать в огромном городе? Дюраны придумали магазин готового платья. Подмастерья в цеху-мануфактуре потоком шили заготовки. Причём как хвалился Грегуар Дюран во время одного из ужинов, когда Гийом был у них в гостях, они даже внедрили швейные машинки на магии. Это когда один человек делает стежок, а ещё пять аппаратов-дублёров его повторяют. Только успевай нарезать выкройки и засовывать в аппараты. Дальше эти заготовки поступали в магазин. С клиента снимали мерку, портные в магазине как дом из кирпичей собирали набор заготовок, сшивали – и всего за полдня клиент получал костюм, два костюма, десять. Сколько захочет.

Ну а старший брат Мишеля и Жюльетт вместе с кузеном,