Читать книгу - "Год 2000-й. Восход полной луны - Александр Борисович Михайловский"

собирался пойти спать, то, когда на российских каналах начался марафон подсчета голосов, сон как рукой сняло. Это же такой бесплатный спектакль, пропустить который было бы непростительной глупостью. Там, внизу, все кипит, шипит и пузырится, а я пойду спать? Да ни за что! Компанию мне составили бойцы моей изначальной группы спецназа ГРУ (конечно же, включая Кобру и отца Александра), капитан Зотов и все Самые Старшие Братья унд Сестры. Это был и их мир тоже. Остальные мои товарищи и соратники воспринимают трагедию верхних миров Основного Потока чисто теоретически, а вот мы, пережив все это в детстве и юности, ощущаем происходящее там, внизу, буквально собственной кожей. Единственная, кто отнекался от чести присутствовать в нашем обществе, это Птица: она сказала, что ничего не понимает в политике, а потому лучше побудет со своими гавриками.

В воздухе были подвешены три больших голографических экрана, куда выводились трансляции трех главных федеральных каналов: ОРТ, РТР, НТВ. На большой стол, за которым расселась вся наша честная компания, премиленькие сибхи поставили высокие стаканы с водой и тарелки с разными закусками. Мероприятие намечалось долгое, и совсем необязательно было при этом терпеть голод и жажду. А еще за общим столом объявлялось положение «без чинов» (как на танцульках), и рядовые контрактной службы были равны генералам, которых тут присутствовало достаточно. Вячеслав Николаевич (Бережной) — генерал-лейтенант. Виктор Сергеевич (Ларионов) — вице-адмирал. Николай Арсеньевич (Бесоев) — генерал-лейтенант. Нина Викторовна (Антонова) — генерал-лейтенант. Мехмед Ибрагимович (Османов) — генерал-лейтенант. Александр Александрович (Гордеев) — генерал-майор. Оберст Слон — он и есть оберст Слон. И только мы с Андреем Ивановичем (Зотовым) и Александром Васильевичем (Тамбовцевым) — простые капитаны, а Ирочка Андреева — гражданский специалист (хоть и первоклассный боец). За полгода с ее прибытия Лилия и мисс Зул довели ее физический возраст до двадцати пяти лет, а внешние данные — до того максимально возможного уровня, при котором девушка выглядит ослепительно, но еще не напоминает фарфоровую куклу.

— Сегодня, — сказал я, — мы имеем честь присутствовать при эпохальном и одновременно роковом событии, именующемся подсчетом голосов на президентских выборах двухтысячного года. Нам результат уже известен с приемлемой точностью, а вот местным людям еще предстоит по этому поводу изрядно поволноваться и съесть немалое количество валидола.

Товарищ Тамбовцев бросил взгляд на табло, отражавшее, так сказать, экзитполы орбитальной сканирующей сети, и рядом, для сравнения, результаты Основного Потока.

— Ого! — сказал он, — разница просто разительная. И что же, Сергей Сергеевич, всего этого удалось достичь одним только применением манифестации Мобилизации?

— В основном, — подтвердил я. — Других методов воздействия на настроения народных масс мы не применяли.

— Хм, — произнес Тамбовцев, — я думал, результат поднимется процентов на пять, а тут получился рывок через тернии к звездам. Я человек, в магии-шмагии разбирающийся слабо, поэтому хочу спросить, не было ли в вашей манифестации такого предложения, от которого обычный человек отказаться никак не может?

— Нет, — сухо ответил я, — ничего подобного не было. Манифестация Мобилизации никого ни к чему не принуждала, а лишь указала дорогим россиянам на уже сформировавшегося лидера нации, в силу чего к нему перетек весь неустойчивый электорат, в основном от гражданина Зюганова, а Аман Тулеев, став Верным, сам сдал позиции. Если бы в Манифестацию были встроены элементы принуждения, результат был бы совершенно иным, примерно как в советские времена. Тогда за блок коммунистов и беспартийных голосовало девяносто восемь процентов избирателей. Но нам такого и даром было не надо. Во-первых, это не соответствует моим этическим принципам. Во-вторых, подобный мухлеж был бы очевиден всем и каждому, потому что уже через несколько минут люди не могли бы внятно ответить, почему они проголосовали именно за нашего кандидата. В-третьих, такой финт ушами очень не понравился бы моему Патрону. А вот это было бы наиболее тяжким последствием такой непоправимой глупости. Все прочие побочные эффекты имеют причиной встроенные в нашу Мобилизацию элементы манифестации «Святой мир», обычно исполняемой священниками и монашествующими, только чистыми от греховных помыслов, а не фарисеями и не собирателями треб. Небесный Отец, услышав: «Россия — священная наша держава», всемерно одобрил этот постулат и как мог наполнил своим содержанием, то есть концентрированным Истинным Светом. Ну кто же злобный буратино тем деятелям, которые ради достижения сиюминутного успеха, власти и богатства впустили к себе внутрь на поселение различных бесов и даже демонов? Реакция аннигиляции получилась как по учебнику Колдуна, даже экзорцизма читать не потребовалось. Между прочим, влияние манифестации распространилось не только на Россию. Заокеанская цитадель демократии по той же причине в один момент лишилась и первой леди, и госсекретаря. Хилларюга скоропостижно померла с полной горлумизацией тела, как это было в прошлом мире, а вот Мадлен Олбрайт лежит в коме, и выйти из этого состояния ей уже не дано. Что там случилось с менее публичными персонажами, вроде мистера Сороса и Бжезинского, я еще не проверял, но наверняка ничего приятного.

— Так что же, получается, одним махом мы семерых побивахом? — с ехидцей спросил товарищ Тамбовцев, бросив взгляд на тот экран, где по своим местам рассаживались гости программы НТВ.

И в самом деле, ряды борцов за все хорошее против всего плохого зияли рваными прорехами, причем под аннигиляцию попал самый отстойный контингент. Однако свято место пусто не бывает, и, едва уляжется шум, на место прежних вылезут новые получатели демократических грантов.

— Не совсем так, — ответил я. — у нас еще осталось достаточное количество оппонентов, сознательно стремящихся ко злу, так сказать, по естественным причинам. Никто ничего им на ухо не нашептывает, они все делают сами, по своей воле, из побуждений высокомерия, алчности и властолюбия. На российских олигархов наша Манифестация не подействовала ни в малейшей степени, а либеральные чиновники пережили воздействие в сильно ослабленном виде. Те же Касьянов, Кудрин и ненавидимый всеми Чубайс, который по умолчанию виноват во всем, не утратили даже способности внятного мышления, потеряв только возможность втирать лапшу в мозги высокому начальству. Даже непонятно, что тут больше подействовало — то ли «Святой Мир» с божественной накачкой, разогнавший и истребивший шепчущих на ухо сущностей, то ли сама Мобилизация, которая показала, как глупо и мелочно смотрится их деятельность со стороны. А выглядеть глупо они не любят, так как считаются какими-никакими профессионалами в своем деле. Вот спросите вы того же Чубайса, за что он ненавидит российский народ, и получите правдивый ответ, что никого он не ненавидит,