Читать книгу - "Хроника - Салимбене де Адам"

же году назад, он узнал, что одиннадцать из них, то есть половина вышеназванного числа, умерли. Я слышал это в Реджо из его собственных уст. И в других краях в том же году умерло множество людей. И скоро это стало обычным явлением: всякий раз как происходил падеж скота, сразу же, на следующий год, начинался мор среди людей[2433].

О подеста̀ мягком и о подеста̀ строгом

Также в вышеназванном 1283 году господин Бернардо Ланфредо из города Лукки в июльские календы стал подеста в Реджо и оставался им до январских календ [с 1 июля до 1 января]. И так как он был чрезмерно мягким подеста, за это время в городе Реджо и в его предместьях произошло множество убийств и преступлений; проникали с помощью приставной лестницы в любой дом и убивали человека враги его в его собственной постели. Этот подестà, из-за своего нерадения плохо соблюдавший правосудие, был из числа тех, о ком говорит Бог устами Исаии, 3, 4: «И дам им отроков в начальники, и дети будут господствовать над ними». И еще, Еккл. 10, 16: «Горе тебе, земля, когда царь твой отрок». Этот же точно был отрок, не по возрасту, а по беспечности в соблюдении правосудия. Но на следующий год его сменил господин Барнабо Паластрелли из Пьяченцы, который никому не давал пощады и уничтожил за время своего правления множество преступников и воров. Многих он убил или приказал убить в свое правление /f. 424c/. И реджийцы называли его разрушителем их города[2434] за то, что он хорошо соблюдал правосудие. Но большим разрушителем был его предшественник, слишком нерадивый и слабый, так что началось в городе Реджо множество распрей, которые продолжаются до сих пор и которые явились бы причиной разрушения города Реджо, если бы Бог не распорядился иначе. Вот почему надо делать то, чему учит Августин[2435]: «И наказание и прощение хороши только тогда, когда они могут исправить жизнь людей». Тем не менее первого, из Лукки, мягкого, взяли себе жители Пармы, чтобы он стал их капитаном[2436]. Второго же, из Пьяченцы, сурового и строгого, взяли себе моденцы[2437], и при нем была разрушена Модена, о чем будет сказано ниже, в лето Господне 1284.

О том, как в этом году явилась ярчайшая планета, вступившая на орбиту первой фазы луны

Также в лето Господне 1283 золотое число и индикцион совпадали на числе 11, и во второй день апреля, когда луна находилась в первой фазе, видели, как ярчайшая планета, называемая Венерой, вступила на орбиту нарождающейся луны. И на исходе ночи, после заутрени, была видна другая ярчайшая планета, называемая Юпитером, и занимала она верхнюю клешню Скорпиона с южной стороны.

О том, как город Форли вернулся под власть Церкви

Также в этом же году город Форли, много лет сопротивлявшийся, вернулся под власть Церкви; и год за годом папа Мартин IV посылал против него большое войско из французов и разных других народов; и они уничтожали виноградники и посевы, и плодовые деревья, в том числе оливы, смоквы, миндаль, прекрасные гранаты, дома и животных, большие и малые бочки [с вином] – все, выросшее на полях. /f. 424d/

О том, что город Форли избавил бы всю Романью от болонцев, если бы этому не воспрепятствовала своим вмешательством Римская церковь

Этот город всю Романью избавил бы от болонцев, захвативших ее, если бы не вмешалась Римская церковь, поднявшаяся против него. А причиной вмешательства Церкви было то, что она стремилась получить Романью в дар себе от господина Рудольфа, избранного императором, и он отдал ее во владение Церкви[2438]; и та выплатила в разные годы много тысяч золотых флоринов; мало того, было и много ослов, навьюченных золотыми денариями[2439]. Ведь папа Мартин еще раньше твердо заявил, что он не успокоится, пока не получит ее; если не сможет по доброй воле, то силой[2440]; так и случилось, ибо недаром говорят: «Труд неустанный все побеждает»[2441]. И когда этот город пришел под власть Церкви, городские рвы были засыпаны, ворота снесены, дома и дворцы разграблены, лучшие здания уничтожены. А начальники и влиятельные люди этого города ушли из него и пошли в различные тайные места, чтобы дать «место гневу» (Рим. 12, 19).

О Гвидо, графе ди Монтефельтро, близком друге братьев-миноритов, смиренно покорившемся Церкви

А Гвидо, граф ди Монтефельтро, капитан и военачальник жителей Форли и сторонник Империи, примирился с Церковью и довольно долго находился в изгнании в Кьодже; впоследствии он был отправлен в Ломбардию и жил в городе Асти, пользуясь большим уважением[2442], ибо все его любили за исключительную честность и множество одержанных им побед, и за то, что недавно он мудро и смиренно покорился Церкви. Кроме того, он был человеком благородным и рассудительным, и скромным, и благонравным, вежливым, любезным и щедрым, отважным рыцарем, умело владеющим оружием и искусным в сражении. /f. 425a/Он любил орден братьев-миноритов не только потому, что в нем было несколько его родственников, но также потому, что блаженный Франциск избавил его от многих опасностей и от тюремных оков господина Малатесты[2443]. И однако некоторые глупцы из ордена братьев-миноритов не раз грубо его оскорбляли[2444]. У него в городе Асти была семья и подобающее общество, потому что многие не переставали протягивать ему руку помощи. А все это, о чем было сказано выше, происходило от того времени, «когда выходят цари в походы» (2 Цар. 11, 1), до Дня святого Иоанна Крестителя [24 июня]. И легатом господина нашего папы там был господин Бернард дане Провиза, кардинал римской курии[2445].

О том, как король Карл двинулся из Неаполя в Бордо, намереваясь сразиться с Педро, королем Арагона

Также в том же году король Карл двинулся из Неаполя в Бордо, намереваясь сразиться с Педро, королем Арагона, и с каждой стороны было по сотне рыцарей, как клятвенно утверждали оба короля. Но вышеназванное сражение не состоялось, потому что король Арагона уклонился от него. Ведь названное сражение должно было произойти из-за Сицилии, куда Педро, король Арагона, вторгся со своим войском и которую он захватил[2446], поскольку папа Николай III с согласия некоторых кардиналов, входивших тогда в курию, отдал ее ему из ненависти к королю Карлу, а с