Читать книгу - "Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников"

в детстве, она до сих пор думает «словами, достойными разве что голоногого». Когда Куэс во время кланового обучения добралась до истории зарождения двенадцатого клана, то с удивлением узнала, что в роду-основателе ни одного хоть-на-столечко благородного даже рядом не стояло, и немедленно полезла тормошить родительницу — пусть объяснит. Тогда она еще не понимала, что обращение к матери зачем-либо — всегда не лучшая идея. Впрочем, в тот раз Мерухи снизошла, и растолковала «не желающей думать самостоятельно» дочери, что именно из-за такого происхождения им особенно тщательно нужно следить за поведением и внешним видом. И назначила удвоение ненавистных уроков этикета на неделю вперед. Любящая мать, как же… Нет, то, что Мерухи ее любит и желает только добра, наследница клана не сомневалась: просто любит она не ту Куэс, что скрывается под оболочкой маленькой светской львицы, выдающегося молодого мага и наследницы «родовой международной магократической корпорации восточного толка» (цитата с лекции по международной экономике в БМА), а саму эту оболочку. Наверно. Потому что рассмотреть, что находится под этой самой оболочкой она уже давно не могла — слишком та была… совершенной. Один прекрасный бриллиант растит себе на смену другой, не менее прекрасный драгоценный камень… неужели и она такой будет? Нет, нет и нет! У нее есть Юто — есть, ради кого «раскрывать» оковы «официального статуса»! А мать, наверно, даже в постели не забывает о своем величии!

Тут девочка невольно представила сцену «величавая мать в постели», и постаралась немедленно «развидеть это» — мало того, что щеки мгновенно покраснели, так еще и на совершенно недостойное наследницы «хи-хи» стало пробирать! Нафиг, нафиг! Лучше думать про встречу с Юто — она же будет где-то тут, в Токио, и всего через месяц. Луна припомнила адрес, мысленно наложила карту города на свое местонахождение и посмотрела в подходящее окно. Ну да, увидишь тут даже сорокаэтажку, если весь берег застроен настоящей стеной из стекла и бетона! Впрочем, ладно. Туда сначала надо будет попасть.

«Коробочка» охраны с подзащитной внутри тем временем спустилась на уровень летного поля (на эскалаторе!) и презренным пешим образом отправилась к «представительскому» самолету семьи — двухмоторной скоростной реактивной птичке, в салоне которой нельзя было разве что в бильярд играть — а вот душевая с гидромассажем была. Охрана, стоило ей подняться на борт, споро закрыла люк и рассосалась, как конфета за щекой: были — и рраз, уже нет. Куэс опять восхитилась — что за прекрасный профессионализм! И ведь никакой магии — она бы засекла. Привычно вежливо поздоровавшись со знакомыми (в лицо) пилотами и личной стюардессой (хотя правильнее сказать — горничной, даже платье подчеркнуто-соответствует). «Всегда показывай личной прислуге — особенно тем, от которых может зависеть твоя жизнь, свою „вежливость госпожи“ — тебе ничего не стоит, а они оценят». У Джингуджи-младшей никаких проблем с памятью не было — и полезные советы, от кого бы они не исходили, она запоминала всегда.

«Принцесса» по указанию прислуги пристегнулась и терпеливо дождалась, пока «борт» проведет длинную нудную рулежку и дождется разрешения на старт — все-таки взлет со столичного международного аэродрома та еще головная боль. Только достала ноутбук и проверила статус работы работы TrueCrypt — Юто в своем последнем письме рекомендовал перед приездом в родной дом по возможности защитить свои данные от… ну, будем прямо говорить — досмотра. Это на другом конце мира она могла оставить свою технику в комнате — и быть уверенна, что кроме владелицы туда никто не сунется: БМА — это твердые правила, одни на всех. Право на личное пространство для мага — нерушимо! А то — всякое бывает. Сделает один болван «дружескую шутку» над одеждой товарища по группе — а потом его на следующий день ловит одержимый зомби, выковыривает глаз и съедает с громким чавканьем. Тоже дружеская шутка, знаете ли! Случай, кстати, реальный — после чего, триста лет назад, на личные помещения наложили сеть заклятий не хуже, чем на хранилища артефактов… и поставили двери с нормальными механическими замками, регулярно заменяемыми на более современные каждый раз, как только они появлялись…

TrueCrypt еще работал, лезть через сеть (и терминал) самолета к сохраненным и онлайн письмам было еще более глупо, и девушка просто уставилась в иллюминатор, погрузившись в собственные воспоминания и мысли. Самолет, тем временем, наконец выпустили на взлетную полосу — и тот, оторвавшись от земли, взял курс на юг. Куэс оторвалась от созерцания неба за окном всего один раз — она заранее рассчитала время, и теперь попыталась разглядеть далеко внизу под крылом вытянутое озеро в кольце гор. Где-то там, на берегу (как на зло, с их стороны, и потому город закрывают сопки) — Такамия, а в ней — Юто Амакава. Сейчас середина дня — а, значит, он скорее всего уже проснулся и наслаждается блаженной свободой — учеба закончилась и у него. Может целый день проспать — и никто не будет указывать ему на распорядок дня. Может гулять с друзьями и подругами… тц! Последняя мысль Луне как-то не понравилась, хотя, надо признать — сама она гуляла с тем же Малькольмом, и… и Юто об этом знать совершенно не нужно! Тем более, соблюдая договор, после получения первого ответа от Амакава, Джингуджи принялась аккуратно и твердо сводить Алекса и эту стерву Риану: то в столовой оставляла одних, то «задерживалась» (совершенно случайно, конечно), пока эти двое ждали ее в лаборатории, старалась, чтобы когда они шли куда-то втроем, между ней и наследником «шотландского барона» всегда была змеюка-Тернер. Впрочем, успехи у ведьмочки пока были весьма посредственные — несмотря на превосходство в фигуре (целый год разницы! У нее будут еще шикарнее!), несмотря на то, что внимание Рианы Алексу явно льстило… он все равно увивался вокруг Джингуджи. Так-то! Впрочем, с того момента, как обмен письмами с Юто стал регулярным, сама «принцесса» стала пропадать с территории академии так же регулярно. В последнее время — на оба выходных, потому что Амакава обычно успевал набросать ответ на субботнее письмо к утру воскресенья, и каждое его письмо девочка ждала как благословения неба!

Юто, когда они разговорились… расписались? В общем, когда обмен письмами стал постоянным, открыл себя для Джингуджи с совершенно неожиданной стороны. Почти не разбираясь в магии, отрезанный от своей истинной среды общения ничуть не меньшей стеной, чем от собственной магии, он, тем не менее, не сидел сложа руки, ожидая, пока сокрывающие чары спадут — он работал. Как может человек, лишенный всех сил