Читать книгу - "Курс 1. Сентябрь - Гарри Фокс"

лицом алым от ярости и бега, неслась Жанна.

— Аларик! Роберт! Что это, в самом деле, такое⁈ Вы с ума сошли оба⁈

Аларик, не останавливаясь, лишь обернулся и широко ухмыльнулся:

— Всё в порядке, дорогая! Я просто знакомлюсь с нашим новым вассалом! Иди на занятия, не опоздай!

— Какой ещё вассал⁈ — её голос сорвался на визг. — Роберт, скажи ему! Объясни!

Но я мог только беспомощно пожать плечами, болтаясь в воздухе, как котёнок, которого несёт за шкирку большая собака. Эта ситуация вышла из-под контроля настолько быстро и нелепо, что у меня просто не осталось слов.

Аларик, словно не замечая ни её, ни моего замешательства, продолжил свой путь, насвистывая какую-то бравурную мелодию. Казалось, для него всё это было просто забавным утренним приключением.

3 сентября 09:00

Мы с остальными первокурсниками стояли в огромном, похожем на собор, зале с высокими сводами, по которым плыли призрачные световые узоры. Воздух гудел от сдержанного волнения и страха. Сегодня был тот самый день — определение нашей магии. Той самой силы, что определит наше место в этом мире.

— Он не пошёл на свои занятия, — прошептал Зигги, тыча локтем мне в бок и кивая в сторону угла зала.

— Я знаю, — сквозь зубы процедил я, стараясь не смотреть в ту сторону. Но периферией зрения я видел его. Аларик фон Хельсинг, граф и маг десятого круга, прислонился к колонне и сиял во всю свою белозубую улыбку, словно на дне рождения у любимого племянника. Он помахал мне рукой, когда поймал мой взгляд. Я поспешно отвернулся.

— Я так и не понял. А что произошло? — глухим шёпотом поинтересовался Громир, пугливо косясь на Аларика.

— Лучше не знать, — вздохнул я.

Рядом высилась, словно грозовая туча, Катя Волкова. Она стояла по стойке смирно, идеально прямая, но от неё исходило такое напряжение, что, казалось, воздух вокруг трещит. Она шипела и тяжело вздыхала, её ледяной взгляд был прикован ко мне. Она терпеть не могла нестандартные ситуации. А я, по её мнению, был великим демиургом всего нестандартного и хаотичного, ходячей катастрофой, которая вот-вот устроит очередной скандал.

Тишину в зале нарушил гулкий, размеренный шаг. К нам вышел преподаватель. Это был высокий, худощавый мужчина лет пятидесяти с седыми висками и пронзительным, умным взглядом. Его лицо было испещрено тонкими шрамами — немыми свидетельствами прошлых битв. На нём была не просто мантия, а строгий, тёмно-синий камзол с нашивками, обозначавшими его ранг — Магистр Стихийного Анализа, Седьмой Круг Силы, Степень Искусности. Он представился глухим, бархатным голосом, который без усилий заполнил весь зал:

— Меня зовут Магистр Торрен. Для вас, первокурсников, сегодня наступает один из важнейших дней в жизни. День, когда иллюзии и детские мечты уступают место знанию. Вы подойдёте к Определителю, — он махнул рукой в сторону массивного кристаллического монолита, установленного в центре зала, который начал мерцать мягким внутренним светом, — и он раскроет полную природу вашего дара.

Его взгляд обвёл всех нас, заставляя замолчать даже самых неусидчивых.

— Многие из вас уже проявляли какие-то способности. Искру огня, струйку воды, намёк на иллюзию. Но это — лишь верхушка айсберга. Первоначальная, глубинная форма вашей магии может быть иной. Сильнее. Сложнее. Или, — его голос стал суше, — слабее и примитивнее, чем вы надеялись. Определитель покажет истину. Ту самую, с которой вам предстоит жить и сражаться до конца своих дней. Не бойтесь её. Примите. Ибо только приняв свою природу, вы сможете обрести над ней власть.

Зал замер. Даже Аларик в углу перестал ухмыляться и смотрел на монолит с деловым, оценивающим интересом. Моё сердце заколотилось где-то в горле. Сейчас всё решится. И я панически боялся, что монолит останется абсолютно пустым и безмолвным.

Началось долгое, мучительное ожидание своей очереди. Первой, как и полагалось старосте, вышла Катя Волкова. Она подошла к кристаллическому монолиту с идеально прямой спиной, подбородок гордо поднят. Её ладонь легла на прохладную поверхность без тени сомнения.

Определитель отозвался мгновенно. Изнутри по нему пробежала волна тепла, и кристалл вспыхнул ярким, чистым оранжевым огнём. Пламя внутри камня затанцевало и переливалось, отбрасывая на её строгое лицо тёплые, живые блики.

— Стихийная магия. Огонь. Четвёртый круг потенциала. Очень сильно, — прокомментировал Магистр Торрен, и в его голосе прозвучало редкое одобрение. — Исключительный контроль для Вашего возраста, Волкова.

Катя кивнула, стараясь скрыть довольную улыбку, и отошла, бросив на меня взгляд, полный торжествующего превосходства.

Один за другим подходили другие ученики. Зал наполнялся вспышками самых разных цветов: синие и бирюзовые волны воды, зелёные всполохи земли, серебристые вихри ветра. Определитель гудел и сиял, раскрывая потенциал каждого.

Я стоял и чувствовал, как подкашиваются ноги. Я представлял, как буду выглядеть полным идиотом, когда подойду, а кристалл останется мёртвым и тёмным. Насмешки, позор, немедленное изгнание…

Подошла очередь моих товарищей. Зигги, бледный как полотно, приложил дрожащую ладонь. Кристалл вспыхнул глубоким фиолетовым сиянием, и внутри него закрутились странные, геометрические узоры, напоминающие порталы.

— Пространственная магия! — объявил Магистр Торрен, и в его голосе прозвучало неподдельное уважение. — Редкий и ценный дар. Пятый круг потенциала. Поздравляю, юноша. Вас ждёт великое будущее.

Зигги отшатнулся, словно его ударили, и побрёл к нам с глазами, полными невероятного изумления.

Следом пошёл Громир. Он ткнул в кристалл лапой так, что тот, казалось, задрожал. Монолит ответил густым, тёплым коричневым свечением, и по его поверхности поползли трещинки, напоминающие корни деревьев.

— Стихийная магия. Земля. Третий круг. Солидная сила, — кивнул маг.

Рыжий довольно хмыкнул и вернулся на место, похлопав себя по животу.

И вот настал мой черёд. В зале повисла звенящая тишина, стало слышно, как кто-то сзади нервно вздыхает. Я сделал шаг вперёд, потом другой. Ноги были ватными. Я почувствовал на себе десятки взглядов: любопытных, насмешливых, сочувствующих. В углу Аларик перестал ухмыляться и смотрел на меня с внезапной серьёзностью.

Я приложил ладонь к гладкой поверхности. Камень был холодным и безжизненным.

Ничего.

Тишина тянулась секунду, другую. Я буквально чувствовал, как по спине ползут капли пота. Кто-то сдержанно хихикнул.

— Ну что, пустышка? — прошептал кто-то сзади.

Аларик в углу нахмурился и громко, на весь зал прошипел:

— Да что же это такое…

И в этот момент кристалл вспыхнул.

Но это был не огонь, не вода и не земля. Это был яркий, ядовито-розовый цвет. Он не просто светился — он пульсировал, как живой, наполняя пространство