Читать книгу - "Столетняя война. Том III. Разделенные дома - Джонатан Сампшен"

человека столкнулись друг с другом в Ле-Пюи. Должно быть, это была очень неприятная встреча. Арманьяк не хотел, чтобы его проект перешел в руки короны, но у него закончились деньги, и он не мог выплатить рутьерам причитающееся. Поэтому граф согласился назначить Жана де Блези своим агентом для обеспечения выполнения соглашений с капитанами рутьеров а также согласился добавить в список шесть главных гарнизонов в Оверни, которые не были включены в конвенцию в Родезе. Взамен он получил обещание финансовой поддержки для восполнения дефицита средств. Арманьяк, вероятно, получил не более половины из 250.000 франков, обещанных в Родезе. Когда его счета были проверены, выяснилось, что ему не хватало 50.000 франков до суммы, необходимой для выкупа крепостей у компаний, и ничего не оставалось на другие расходы. Этот вопрос обсуждался с советниками короля и они распорядились о дополнительном обложении южных провинций налогами. Папу удалось убедить санкционировать единовременный налог на духовенство. Остальные деньги, очевидно, предлагалось получить при продаже конфискованного имущества сожженного Жана де Бетизака. В течение зимы Жан де Блези с небольшим кавалерийским эскортом проехал через Овернь, Руэрг и Керси, ведя переговоры с одним гарнизоном рутьеров за другим. Заложники были взяты у тех, кто получил частичную оплату. Деньги для выплаты причитающихся рутьерам сумм собирались с мучительной медлительностью у многострадальных налогоплательщиков юга[991].

Самой неудобной проблемой было найти альтернативное занятие для выкупленных гарнизонов. План Арманьяка вывести их в Арагон был уже общеизвестен. В октябре 1389 года Бернар Арманьяк наконец собрал отряды, ожидавшие в Руссильоне, и отправился к Коль-дю-Пертус и прибрежной дороге в Каталонию. Карл VI не мог открыто одобрить вторжение в Арагон, как не мог и отречься от него, не подорвав стратегию избавления от компаний. Честного выхода из сложившейся ситуации не было. Поэтому король прибегнул к циничному уклонению. В феврале 1390 года, когда отряды Бернара Арманьяка начали опустошать северную Каталонию, Хуан I Арагонский отправил своих послов через Пиренеи, чтобы выразить протест. Послы столкнулись с французским королем в Безье, когда тот направлялся в долину Роны на обратном пути в Париж. Они потребовали, чтобы король отозвал своих подданных из Арагона, и призвали его к вооруженной поддержке против захватчиков в соответствии с их договорами. Карл VI заявил, что ничего не знает об этих договорах, по его словам, они были заключены герцогами Беррийским и Бургундским во время его несовершеннолетия и он пообещал навести о них справки после своего возвращения на север. На самом деле он ничего не сделал. В марте 1390 года сообщалось, что еще 4.000 рутьеров направляются на юг, чтобы присоединиться к своим товарищам в Каталонии. По слухам, сам граф Арманьяк планировал присоединиться к ним после Пасхи. В отчаянии арагонский король обратился к другому союзнику, Гастону Фебу, графу Фуа. У Гастона Феба было много причин желать унижения графа Арманьяка и он пообещал направить в Каталонию 3.000 человек из своих войск. Однако в итоге кампания Бернара Арманьяка развалилась еще до того, как Арманьяк или Фуа прибыли на место. В середине зимы, когда на полях не осталось урожая, а амбары и склады опустели после вторжения захватчиков, у компаний в Арагоне вскоре закончилось продовольствие. Они стали сильно страдать от голода. Весной 1390 года арагонцы постепенно вытеснили основную часть армии рутьеров назад через пиренейские перевалы. Братья Арманьяки были вынуждены отказаться от похода и вся затея обернулась для них обоих катастрофой. Бернар Арманьяк был вынужден продать свое самое ценное имущество, графство Шароле в Бургундии, чтобы возместить свои убытки[992].

Сделка Арманьяка с овернскими компаниями уже была на грани краха, когда гасконские компании начали возвращаться через Пиренеи во Францию. Первый серьезный вызов был брошен Рамоне де Сортом. Он дал заложников за сдачу Рокенату, но когда пришло время, он отказался сдать крепость. В Керси он отказался сдать любой из своих замков на том основании, что граф Арманьяк пожаловал их ему. Жан де Блези, со своей стороны, отказался признать это пожалование, которое в любом случае должно было быть подтверждено королем. В ответ Рамоне отказался присоединиться к Бернару Арманьяку в Арагоне и пригрозил войной Жану де Блези и его коллегам-комиссарам во Франции. Некоторые из компаний Рамоне отказались участвовать в этой размолвке. Два его главных лейтенанта, Ноли Барбе и Бернар Дуа, в любом случае согласились сдать свои крепости. Но сам Рамоне был непреклонен. В декабре Блези вызвал его на поединок. Оба были настроены очень серьезно. Для поединка было выбрано место в Ле-Пюи и была назначена дата — конец декабря 1389 года. Были составлены списки судей. В город привели "большого коня" герцога Бурбонского, чтобы Блези мог им воспользоваться. Доспехи французского рыцаря для поединка были отремонтированы, а его герб вышит на попоне его коня. Но в последний момент соперников убедили прийти к соглашению на условиях, что спор будет передан на рассмотрение Папы. Рамоне вряд ли мог надеяться на многое, но он выиграл драгоценное время, пока Климент VII проводил официальные слушания по этому вопросу. Тем временем Рамоне возобновил грабежи, а в марте 1390 года два замка в Керси были захвачены его сообщниками: Казильяк, близ Мартеля на севере провинции, и Монбрен, впечатляющая крепость, возвышающаяся над долиной реки Ло к югу от Фижака, принадлежавшая главному стороннику короны в этом регионе, маркизу Кардаяку. Пример Рамоне де Сорта быстро переняли другие. Капитан Тюрланда в Оверни, который, как и Рамоне, принял частичную оплату и предоставил заложников, начал совершать набеги на тех, кто не выплатил patis. Сеньор Мюсидана возобновил свои нападения на город Периге и его округу в долине реки Везер[993].

Что касается компаний, которые последовали за Бернаром Арманьяком в Арагон, то после провала кампании они были просто брошены на границе в Руссильоне, надежды на добычу не оправдались, а жалованье не было выплачено. Задумав отомстить дому Арманьяк, эти люди отправились на север под предводительством Мериго Марше. Примерно в мае 1390 года Мериго занял Ла-Рош-Венде, замок, принадлежавший дофину Оверни, расположенный на одной из самых высоких гор Монт-Доре. Другая группа захватила небольшой городок Перюс на границе Керси и Руэрга и обосновалась в его замке. Банды из обоих крепостей в течение лета распространяли ужас и разрушения на большей части Руэрга, нанеся огромный ущерб владениям графа Арманьяка. Фруассар представил себе Мериго, радующегося тому, что он вновь занялся привычным делом:

Какой радостью было скакать по полям за богатым аббатом или приором здесь или богатым купцом там, или наткнуться на обоз мулов… нагруженный шелковыми тканями из Брюсселя или шкурками с ярмарок в Лендит, пряностями из Брюгге и предметами роскоши из Дамаска или Александрии. Крестьяне Оверни и Лимузена приходили к нашим воротам, нагруженные пшеницей, хлебом, соломой