Читать книгу - "Столетняя война. Том IV. Проклятые короли - Джонатан Сампшен"

но вопрос был достаточно прост. Готовы ли они вести переговоры на основе его предложений, да или нет? Ответ на этот вопрос не должен занять у них много времени. Детали можно будет согласовать позже. Если герцог Бургундский решит сам претендовать на трон, добавил он, он будет сражаться с ним "до смерти" и если он, Генрих V, когда-либо откажется от своих притязаний, он предпочтет сделать это в пользу герцога Орлеанского. Что касается перемирия, Генрих V был готов расширить его рамки, чтобы охватить территорию в шесть лье (пятнадцать миль) вокруг Парижа, но он не хотел продлевать его ни на один день после 11 ноября. К этому времени у послов должен быть ответ. Когда послы уезжали, кольцо вокруг Парижа сжималось. Герцог Глостер в конце октября 1419 года с большой частью английской армии перешел Сену через мост в Мёлане и продвинулся вверх по левому берегу. Пуасси, последний город с мостом перед Сен-Клу, открыл ворота после недельной осады. Укрепленное поместье французского короля в Сен-Жермен-ан-Ле сдалось через три дня, когда англичане взяли штурмом одну из башен. На второй неделе ноября английские войска остановились ровно в шести лье от столицы[821].

Новости о новом наступлении англичан достигли Филиппа Бургундского вместе с мрачным сообщением графа Сен-Поль из Парижа примерно в то же время, что и доклад Мартина Порре о провале его миссии. Герцогу, находившемуся в Аррасе, предстояло принять самое судьбоносное решение за все время его долгого правления. Должен ли он подчиниться ультиматуму Генриха V и принять принцип смены династии? Филипп созвал срочное заседание своего Совета. Его численность была увеличена за счет церковников, сторонников, союзников и друзей, которые прибыли в город на собрание. Чиновники Филиппа подготовили для них замечательный меморандум, в котором были приведены аргументы за и против союза на условиях Генриха V. Его отправной точкой было то, что английский король сейчас находился в положении подавляющей военной силы. Он заявил о своем намерении получить французскую корону либо с согласия и по доброй воле французов, либо силой. Франция не располагала значительными войсками, которые могли бы ему противостоять. Париж был под угрозой захвата, когда Генрих V возобновит свое наступление менее чем через две недели. Решение больше нельзя было откладывать.

Аргументы против принятия условий Генриха V были как юридическими, так и политическими. Договор, которого требовал Генрих V, был бы по сути изменой и юридически недействительным без личного согласия Карла VI, которое он был не в состоянии дать. Даже если бы король был в здравом уме, сомнительно, чтобы он мог санкционировать решение такой огромной важности, как смена династии. Ему потребовалось бы одобрение двенадцати пэров Франции и Генеральных Штатов. С политической точки зрения соглашение с англичанами было опасным. Оно могло спровоцировать покушение лично на Филиппа, а его земли подвергнуть нападению дофинистов. В интересах английской монархии не было смысла в предоставлении бургиньонам какой-либо власти во Франции, а возможности Филиппа по извлечению ресурсов из казны французской короны были бы значительно ограничены. Договор встретил бы сильную оппозицию не только со стороны дофинистов, но и со стороны королевы, королевского Совета в Труа и герцога Бретонского. Их мнение нельзя было игнорировать. В ответ они могли бы передать короля Дофину, что значительно усилило бы его сторонников и оставило бы Филиппа в изоляции.

В противовес этим соображениям, аргументы "за" были знакомы по дебатам в бургундском лагере в Понтуазе в июне. Нынешняя ситуация была нетерпимой, и Филиппу пришлось выбирать между меньшим и большим злом. Английское военное завоевание нанесло бы неисчислимый ущерб государству и его подданным. Это был бы гораздо худший исход для Карла VI, чем договор, оставляющий его на троне до конца жизни. По сравнению с этим мирная передача престола английскому королю имела бы ряд существенных преимуществ. Прежде всего, двуединая монархия, предложенная Генрихом V, была привлекательной перспективой. Если бы Генрих V был готов, как ему казалось, править Францией как король французов, а не как господин завоеванного и подчиненного королевства, он был бы в состоянии объединить страну, чего не могли сделать ни герцог Бургундский, ни Дофин. Во-вторых, существовал важный момент, о котором говорил граф Сен-Поль. Если Филипп не примет условия Генриха V, английский король возобновит свое наступление, и обнесенные стенами города северной Франции, вероятно, откроют перед ним ворота. Ничто не побуждало их к сопротивлению. Они устали от войны и были сыты по горло союзом с бургиньонами, который не принес им ничего, кроме нового насилия. Они с радостью будут жить под властью "любого правителя, который будет править ими в мире". Это стало бы концом партии бургиньонов во Франции. В-третьих, альтернативы были безрадостными. Генрих V мог заключить союз с Дофином. И даже если он этого не сделает, если корона не будет передана английскому королю, ее унаследует Дофин. Можно было ожидать, что оказавшись на троне, он мобилизует все ресурсы Франции против Бургундского дома. Или же, если Дофин будет отстранен от наследования трона из-за своего преступления, корона может перейти к Карлу Орлеанскому, что было бы еще хуже. Советники герцога считали, что королеву можно склонить на свою сторону. В условиях договора для нее, несомненно, будет предусмотрено надлежащее финансовое обеспечение, тогда как в случае силового захвата трона Генрихом V она останется ни с чем. На первый взгляд, это были сильные аргументы. Но советники предполагали, что если личные интересы Карла VI будут защищены, то договор в конечном итоге будет принят всей Францией. Они не учли вероятного сопротивления со стороны дофинистских провинций в центре и на юге. Они также переоценили ресурсы англичан и их способность выдержать длительную войну. Но, как отмечали сами советники, каждый вариант был по-своему непривлекательным. Филиппу так или иначе пришлось бы выбрать меньшее из зол[822].

Мы ничего не знаем о дебатах в герцогском Совете, кроме их результатов. Герцог Бургундский решил принять условия Генриха V. С англичанами было заключено короткое перемирие в районе Парижа, чтобы дать возможность окончательно согласовать условия. Тем временем английское посольство во главе с графом Уориком и епископа Кемпом отправилось в Мант, чтобы письменно зафиксировать согласие герцога. 30 ноября Уорик и его коллеги прибыли в Аррас. Английские дипломаты привезли с собой проект договора, в котором подробно излагались условия Генриха V. Эти условия были уже хорошо известны и были уже превентивно приняты. 2 декабря герцог Бургундский поставил свою печать на договоре, в котором английские условия были изложены дословно, и объявил их "разумными, обоснованными и конструктивными". Филипп обязался сделать все возможное, чтобы они