Читать книгу - "Тревожная жизнь. Дефицит и потери в революционной России - Уильям Розенберг"

Эткинд А. Кривое горе: память о непогребенных / Пер. В. Макаров. 3-е изд. М.: Новое литературное обозрение, 2024.

Юрчак А. Это было навсегда, пока не кончилось: Последнее советское поколение. 8-е изд. М.: Новое литературное обозрение, 2024.

Яров С. В. Горожанин как политик: Революция, военный коммунизм и НЭП глазами петроградцев / Отв. ред. В. А. Шишкин. СПб.: Дмитрий Буланин, 1999.

Яров С. Человек перед лицом власти, 1917–1920-е гг. М.: РОССПЭН, 2014.

Ясный Н. Советские экономисты 1920-х годов: Долг памяти / Пер. А. В. Белых. М.: Издательский дом «Дело», 2012.

Иллюстрации

Такие примитивные «каретки», передвигавшиеся на конной или людской тяге, использовались в 1919 году для перевозки раненых красноармейцев. Неизвестно, насколько они повышали уровень смертности.

Персонал больницы нарезает хлеб для раненых красноармейцев, заботу о которых взяли на себя их семьи (1919 год).

Питание оставалось хронической проблемой для всех участников Гражданской войны, в качестве основного метода снабжения прибегавших к захватам или «реквизициям». На этом снимке, сделанном в 1919 году, красноармейцы готовят обед в полевой кухне на глазах у деревенских детей.

«Политотделы» наподобие этого, первоначально служившие главным механизмом мобилизации в Красную армию, вскоре были приданы армейским частям с целью организации политического образования и среди военных, и среди гражданских лиц. В этом политотделе, судя по его виду, были представлены как бойцы, так и различные слои гражданского населения.

Многочисленные изможденные и голодные беженцы из районов активных военных действий осложняли логистику и обычно не вызывали сочувствия у военных. Тем, кто попал на этот переполненный поезд, снятый в 1915 или 1916 году, еще повезло с погодой, по крайней мере в данный момент.

Окопная война на Русском фронте представляла собой новаторский ответ на смертоносное воздействие новой немецкой дальнобойной артиллерии. Первоначально окопы были весьма примитивными и лишь впоследствии стали сооружаться блиндажи и прочие сооружения, обеспечивавшие более серьезную защиту. Опыт пребывания в узких и тесных окопах под артиллерийскими обстрелами был ужасающим, особенно для новобранцев.

Как и в остальных странах Европы, жители России с самого начала войны с нетерпением ждали известий с фронта. В первую очередь это касалось тех, кто имел какое-то представление о том, где именно могли сражаться их родные. С самого июля 1914 года, когда началась война, в Петрограде у редакции популярной газеты «Новое время», ведущей консервативной газеты, выходившей дважды в день, ежедневно скапливалась толпа.

Наказания за реальные или мнимые проступки были на Русском фронте скорыми и суровыми. Повешенных, наподобие этого, попавшего на снимок 1915 года, обычно оставляли на виселице в качестве назидания для прочих.

Встревоженные вкладчики по всей стране пытались забрать свои деньги из банков и до, и после того, как контроль над ними оказался в руках у большевиков. На этом снимке клиенты осенью 1917 года осаждают банк, недавно переименованный в «Народный», на Невском проспекте, 46.

Длинная очередь в начале 1917 года в Петрограде в ожидании открытия продовольственной лавки рядом с неубранными грудами земли. Проблемы со снабжением вызывали беспокойство у граждан.

Стирка — особенно в теплое время года — была самой незначительной из повседневных солдатских проблем на фронте. Солдаты регулярно просили родных прислать новое белье. В темные зимние дни грязная одежда лишь усиливала смрад, царивший в окопах и землянках.

Обеспечить уход за ранеными во многих местах было сложнее, чем подбирать мертвых на поле боя, особенно в начале войны. Сражаясь на нейтральной территории, бойцы зачастую спотыкались о тела убитых товарищей, так же как и о тела убитых врагов. На этом снимке, сделанном в конце 1914 или начале 1915 года, видно, что убитые населяли блиндажи наряду с живыми.

1915 год. Тела погибших русских солдат, среди которых много неопознанных, перед вывозом в тыл. Как и в случае с дезертирами, родные, уставшие дожидаться писем и открыток с фронта, утомляли должностных лиц бесчисленными запросами — как правило, без всякого толка.

На этом снимке, сделанном в 1915 или 1916 году, показана дезинфекция поношенной одежды, в том числе и снятой с умерших: таким способом боролись с нехваткой чистого белья.

Отношение солдат к продолжению войны в 1917 году было крайне неоднозначным. Некоторое представление о чувствах, испытываемых ими, дает фото, запечатлевшее празднование 1 мая на Западном фронте.

1916 год. Гражданские лица, мобилизованные в рабочие дружины, возводят усиленные укрепления. Впрочем, для тех, кто подвергался атакам, находясь в больших открытых лагерях, тонкая линия между жизнью и смертью в лучшем случае лишь незначительно сдвигалась в сторону жизни.

Несмотря на наличие противогазов, в которых было трудно дышать и еще труднее бегать, войска были плохо подготовлены к газовым атакам, начавшимся в 1915 году. На первых порах газовые атаки вносили опустошение в ряды армии. Этот снимок (возможно, постановочный) сделан в конце 1915 или в 1916 году.

После февраля 1917 года фронтовые солдатские митинги стали важным инструментом не только политической мобилизации, но и поддержания хоть какой-то дисциплины. Этот как будто бы вполне спокойный митинг предшествовал наступлению Керенского — Брусилова весной 1917 года.

Петроградский совет, созданный в качестве параллельной, хотя и неформальной власти рядом с новым правительством, сразу же пополнился множеством делегатов от городских заводов и гарнизона. Этот орган сразу стал местом сплочения сил, превративших мятеж в полноценную революцию.

Осенью 1917 года в ходе массовой и стихийной демобилизации солдаты меняли свои шинели, сапоги, и прочую одежду на промышленные товары и другие предметы первой необходимости. На этом снимке такой обмен производится в магазине, отобранном Комитетом городского хозяйства у прежних владельцев — братьев Мори.

В годы Гражданской войны деревня понесла никем не подсчитанные, но огромные потери. На этом снимке крестьянские дети, осиротевшие из-за войны, явно специально собраны перед объективом фотоаппарата в Воронеже