Читать книгу - "Чёртово наследство - Марина Север"

Через месяц Мишу окрестили. Крестными стали Максим и Марина. Они были не против, хоть и обсуждалась поездка в другой город.

Марина хихикала, когда в дом зашли Максим и Сергей.

— О чем говорим? — спросил участковый и, приобняв жену, поцеловал в губы.

— Да вот, Вика еще за одним собралась.

Марина улыбалась, а плечи ее подергивались в нервном смехе. Вика одарила ее убийственным взглядом и украдкой показала кулак.

— Конечно, собралась. Кто обещал еще двоих? А то весь прошлый год гонялись за монстрами, да искали приключения на одно место.

Марина вздохнула. Сергей был прав. Прошлый год был самым трудным для них всех. Они узнали правду, о которой даже говорить страшно. Родная сестра Максима вместе со своими детьми затеяла весь этот спектакль, который стоил жизни большому количеству людей не только в деревне, но и в городе. Ею двигала алчность. Она хотела завладеть серьгами, в которых заключалась сила семи ведьм. Это украшение вместе с даром передавалось только по наследству. Но дар выбрал Марину, разжигая в ней тьму, которая проникла в нее при рождении. Почему свекровь не отдала серьги своей дочери, когда той исполнилось восемнадцать лет, они узнали во время ритуала, который хотели совершить Галя и ее дети, Настасья и Павел. Они оба устроились в школу, где работала Марина.

Девушка была уверена, что баба Глаша помогла ей избавиться от темной силы. Серьги тогда забрала баба Матрена и отдала Настасье, дочке Гали. Тогда обе старухи погибли. Одна — из-за жадности, а вторая — спасая им жизнь.

Марина еще сама не поняла, как она разорвала железные оковы, которые держали ее на ритуальном камне. Что-то темное вновь проснулось в ней. Она спасла всех на поляне, отправив главных злодеев в саму преисподнюю, но не смогла вылечить Максима. Сила семи ведьм исчезла вместе с сережками, которые были на Настасье. Но, слава богу, тогда все обошлось, современная медицина справилась. Максим выжил, а это главное.

Марине было жаль Марию Степановну, которую убила Галя, чтобы занять ее место. Библиотекарша была милой старушкой. Вся школа тогда скорбела. Они похоронили ее неподалеку от свекрови Марины. Бабу Глашу и бабу Матрену предали земле там же, хотя народ был против. Марина навещала старуху на кладбище. Баба Глаша весь год помогала девушке справиться с ее силой и монстрами, многому научила и постепенно стала ей родным человеком. Но девушке почему-то казалось, что баба Глаша даже рада тому, что ушла в мир иной. Она устала тащить это бремя. Заключив по ошибке сделку с дьяволом, она сдерживала искушение заниматься колдовством. И только из-за Марины старуха несколько раз применяла магию.

Неожиданностью не только для Марины, но и для всех стало письмо, которое принесли в канун нового года. Наследство в виде пансионата где-то в других краях досталось девушке от человека, пожелавшего остаться неизвестным. Марина должна была приехать в другой город, чтобы вступить в права наследования.

Они долго решали, думали, созванивались с нотариальной конторой, но получали один и тот же ответ: «Марине необходимо в течение шести месяцев явиться к нотариусу».

Но девушка до последнего игнорировала письмо. Сначала роды Вики, затем крещение малыша. Максим со своей работой, Марина с отчетами. Она уже сроднилась с жителями деревни и школьным коллективом. Что ей делать с пансионатом, она не знала.

Одним прекрасным утром, когда Марина сидела на работе, занимаясь очередным отчетом, зазвонил телефон. Номер был незнакомым.

— Слушаю.

— Марина Константиновна? Здравствуйте! Это вас беспокоят из нотариальной конторы. Вы планируете к нам приехать?

И тут девушку осенило: она совсем забыла о том чертовом наследстве, о письме и о нотариусе, который ее ждет.

— Да. Постараюсь приехать после майских праздников.

Марина сбросила вызов, почувствовав, как пальцы рук начали леденеть. Что-то нехорошее кольнуло в груди.

***

Майский дождь не шел: он просто висел в воздухе плотной сизой взвесью, превращая асфальт в черное зеркало. Марина закрыла зонтик и бросила короткий взгляд на мужа. Максим стоял рядом с машиной, прислонившись плечом к влажному металлу, а его профиль казался высеченным из серого камня. Почти десять лет в отделе полиции научили его тело сохранять абсолютную неподвижность даже среди городского хаоса. Он сканировал улицу цепким, тяжелым взглядом, сутулую спину курьера под прозрачным дождевиком, нервный тик таксиста у обочины, слишком широкую улыбку банковского клерка за стеклянной дверью напротив. Для него этот город никогда не был просто скоплением зданий: это была бесконечная шахматная доска, где каждый встречный мог оказаться фигурой противника.

Для Марины же город в последнее время оставался чужим зверем. Воздух здесь пах озоном, мокрой пылью, остывающим асфальтом и едва уловимым приторно-сладким запахом машинного масла. Гудки клаксонов сливались в сплошной вибрирующий вой, а толпа текла по тротуарам темной безликой рекой.

Здание нотариальной конторы пряталось во дворах старого фонда. Тяжелая дубовая дверь, потемневшая от времени до цвета запекшейся крови, закрылась за ними, отрезав от шумной улицы. Внутри время словно остановилось. Пахло пылью, сухим деревом и слабым ароматом валерианы. На массивных стеллажах спали вечным сном пухлые папки-скоросшиватели, саркофаги чужих судеб, завещаний и долговых обязательств. Бронзовые маятники высоких напольных часов отсекали секунды с какой-то неумолимой торжественностью.

Их ждали. Нотариус Илья Борисович оказался человеком-птерозавром: сухой, сутулый, со складками пергаментной кожи на шее и глазами, лишенными всякого блеска. Его пальцы, похожие на пожелтевшие куриные лапы, перебирали листы гербовой бумаги.

— Марина Константиновна, — затем мужчина перевел взгляд на Максима. — А это, как я понимаю, ваш супруг Максим Николаевич.

Нотариус уставился своими бесцветными глазами на парня и, получив утвердительный ответ, продолжил:

— Присаживайтесь. То, что я обязан вам сообщить, выходит за рамки стандартной юридической практики.

Он придвинул к ним единственный документ. Марина взяла его непослушными пальцами. Плотная бумага холодила кожу. Текст, выведенный идеальным каллиграфическим почерком, гласил, что гражданке Марине Константиновне Д., безвозмездно передается право собственности на пансионат «Тихая гавань», расположенный в двадцати километрах от города, в лесной глуши на берегу древнего озера.

— Все же пансионат? — переспросила она, поднимая глаза на нотариуса. — Но я… я ничего не смыслю в гостиничном бизнесе. Я бухгалтер по образованию. Работаю в сельской школе, а мой супруг — сотрудник полиции. Зачем мне целый пансионат? И что это такое вообще?

Илья Борисович снял очки в тонкой золотой оправе, и устало потер переносицу.

— Фактически сейчас это не пансионат, а пятизвездочный спа-отель. Стоимость объекта оценивается