Читать книгу - "Лестница Каина - Александр Н. Александров"

стали дохнуть просто пачками. И тогда я решил сам отправиться в лабораторию и выяснить, что за чушь там творится.

Кейн уже не мог сидеть; он вскочил и принялся описывать вокруг кресла широкие эллипсы, бесстыдно топча огромными серыми ботинками (довольно грязными) пушистый ворс дорогущего индийского ковра. Найс даже ухом не повел; его внимание было целиком приковано к доктору.

А доктор уже вещал, периодически дергая себя за кончик облезлой бородки:

- Выяснились удивительные вещи. Крысы умирали не от препарата. Но после инъекций «двести второго» они специально ломились в «неправильные» коридоры, подлогу застывая на шоковых пластинах, так что большинство из них погибало от длительного воздействия электрического тока. Но не все. Были и такие, которые отгрызали себе хвосты и даже лапы. Некоторые морили себя голодом...

- Погодите-ка минутку! - Найс резко выпрямился в кресле и хлопнул ладонью по столу. - Так вы открыли психогенное вещество военного значения? Химическое оружие?

- Хм... - Кейн замер, широко открыв глаза. - Знаете, о таком применении препарата я как-то не задумывался. Но не думаю, что он будет очень эффективен в качестве ОВ; разве что вы станете гоняться за солдатами противника с ваткой и шприцем. Вещество должно попасть непосредственно в кровь. К тому же «двести второй» не лишает способности логически мыслить. Он... э-э-э... модифицирует аналитические шаблоны первой сигнальной системы...

- Доктор Кейн, - вздохнул Найс, - Вы опять увлекаетесь. Остановитесь, отдышитесь и присядьте... да, спасибо. А теперь сделайте мне одолжение: коротко и ясно опишите суть действия этого вашего «коктейля двести два». Сможете? - директор с такой доверительной откровенностью посмотрел на Кейна, что у того едва не сработал рвотный рефлекс. «Ненавижу, ненавижу, ненавижу мудака», - подумал Кейн, кивая и широко улыбаясь.

- Хорошо. Конечно. Суть такова: «двести второй» перекодирует обработку нервных импульсов в мозгу, в результате чего боль начинает восприниматься как наслаждение.

Веко директора «Геофарма» дернулось.

- Что?

- Наблюдаются реакции, отдаленно напоминающие те, что возникают при стимуляции опиатных рецепторов. Вырабатываются катехоламины, в частности, картина с допамином удивительно напоминает... А, да, простите. В общем, болевые реакции запускают в мозгу продукцию стимуляторов вызывающих кайф и, как следствие, сильнейшее привыкание. Но этот механизм еще не изучен во всех деталях. Препарат нужно испытывать на людях, а нам не дают даже обезьян. С крысами мы далеко не уедем.

Кейн поднял взгляд на Найса, но директор даже не посмотрелл на него. Его туманный взгляд рассеяно блуждал по экрану выключенного ноутбука, а указательный палец бессмысленно щелкал по клавише «пробела». Он думал.

- Перспективы открываются самые грандиозные. Но нам нужна... скажем так, несколько необычная категория подопытных. Раковые больные подошли бы идеально. Или люди проходящие адаптацию после потери конечностей. Еще неплохо было бы поработать с фантомными болями и мигренями, но начинать, конечно, лучше с рака. Препарат крайне стоек, а его действие весьма продолжительно, поэтому, я думаю, в первую очередь, необходимо изучить долгосрочные...

- Сколько денег Вам нужно?

- Я... Хм... - задохнулся Кейн.

- Сколько? - Найс нетерпеливо щелкнул пальцами.

- Два миллиона. И хорошая лаборатория.

- Получите три миллиона. И с этого дня я забираю Ваш проект вместе с Вами к себе. Работать будете в главном лабораторном комплексе «Геофарма», прямо здесь в городе. Отчитываться - непосредственно передо мной.

Найс прищурился и еще раз внимательно осмотрел Кейна с головы до ног.

- Сможете начать со следующей недели?

***

- ...и за последние два года корпорация «Геофарм» получила миллиардные прибыли на продажах одного только препарата «Дофамен Плюс», производство которого на сегодняшний день составляет почти восемьдесят процентов от всех выпускаемых «Геофарм» лекарств. Ваш патент на «Дофамен», мистер Найс, озолотил не только корпорацию, но и Вас лично, - Ллойд на секунду оторвался от своей папки и неодобрительно посмотрел на директора. - Я читал отчет комиссии за прошлый год и...

- ...И наверняка были потрясены цифрами. - Найс прожег Ллойда злобным взглядом из-под тяжелого бруствера бровей. - Десятки тысяч спасенных людей. Тысячи документально подтвержденных случаев полных ремиссий при тяжелейших формах рака. А наши центры реабилитации? Вы знаете, сколько инвалидов вернулось к нормальной жизни только благодаря «Дофамену»?

- Знаю, - процедил Ллойд. - И еще знаю, сколько они за это заплатили. Ваш «Дофамен» стоит как чертов авиалайнер, хотя у нас есть самые серьезные основания полагать, что его производство обходится вам в несколько долларов за ампулу!

- Комиссия хочет получить доступ к корпоративным секретам? - елейно улыбнулся Найс, дергая себя за кончик галстука. - Это попахивает легализацией промышленного шпионажа.

Он еще раз брезгливо посмотрел на Ллойда. Угольно-черный костюм, ввалившиеся щеки, бледное лицо вампира и накрахмаленный воротничок снежно-белой рубашки, выглаженный так, что об его края, казалось, можно было порезаться. Мерзкий тип. Настырная сволочь.

Ллойд, тем временем, опять уткнулся в свою папочку и монотонно забубнил:

- ...однако, комиссию, в первую очередь, беспокоит явление так называемой «наркомании мазохистов». Только в прошлом месяце зарегистрировано сорок два смертельных случая среди лиц, использующих «Дофамен» в качестве стимулятора и, примерно, тысяча случаев тяжелого членовредительства. Как правило, эти увечья «дофаменщики» причиняют себе сами, стремясь получить как можно более интенсивные болевые ощущения. Существуют даже так называемые «пыточные», где специально обученные люди растягивают «дофаменщиков» на дыбе и бьют током - после подписания ими отказов от претензий, разумеется. Таким образом, комиссия серьезно рассматривает перспективы занесения «Дофамена Плюс» в список запрещенных психотропных веществ или, как минимум, наложение жестких ограничений на его применение.

На несколько секунд в кабинете директора воцарилась гробовая тишина. Было даже слышно, как потрескивает в вентиляционных колодцах горячий воздух и хлопают двери в коридорах этажом ниже. Затем Найс, словно очнувшись от короткого обморока, тихо сказал:

- Вы шутите?

- Ничуть. Я просто выражаю мнение комиссии. Работаю, так сказать, глашатаем неизбежного, хе-хе...

Найс помолчал. Почесал подбородок. Постучал по клавиатуре. И с крокодильей улыбкой на устах коротко кивнул Ллойду.

- Сколько?

- Вы предлагаете мне взятку? - на лице Ллойда не дрогнул ни один мускул.

- Угу. А вы против?

- Да нет, я не против. Я только за. Но - не деньгами. Вы слышали о проекте «Иона»?

- Реабилитация маньяков, насильников и рецидивистов? А при чем тут... - Найс внезапно замолчал. На лице директора «Геофарма» мелькнула тень какой-то догадки.

- Мы предпочитаем называть это «ресоциализацией лиц с аберрациями поведения»... Короче говоря, нам нужны права на производство и использование вашего нового препарата.

- А,