Читать книгу - "История возникновения и защита польского населения в Пшебраже силами самообороны от украинских националистов - Мечислав Старчевский"

под командованием бывшего учителя Сачковского совершила массовое убийство около 50 польских жителей села за сотрудничество с советскими партизанами (поставку продовольствия и медикаментов). Женщин, детей и пожилых мужчин согнали в один сарай, где их убили, а затем сожгли; 17 мужчин вывезли в Думань и там расстреляли. Погибли также трое советских партизан. В свою очередь, немцы вместе с украинской полицией убили около 200 жителей деревни Ёзерце 16 декабря 1942 года за якобы совершённое днём ранее нападение на повозку с немцами, ехавшую из Костополя в Людвиполь (на самом деле украинцы бросили гранату 15 декабря 1942 года, в результате чего несколько из тех были ранены). Имели место также единичные убийства, например, 5 января 1943 года в селе Садов в Луцком уезде банда УПА убила лесничего и двух лесников.

В следующем году украинское националистическое движение на Волыни приступило к реализации своей цели — попытке создания самостоятельного украинского государства. Врагами этого государства было признано польское население, проживающее на этой территории. Началась экстерминация, а фактически — резня поляков. Такую резню совершил 9 февраля 1943 года отряд УПА Петра Нетовича в польской колонии Паросле в Сарненском уезде, насчитывающей 43 дома, в которых проживало 143 человека. Антоний Пшибыш вспоминает «…Около 5 часов утра 9 февраля 1943 года жителей колонии Паросли разбудил лай собак… Перед каждым домом остановились сани, и из них вышло по несколько мужчин… В каждый дом вошло от четырёх до шести „гостей“, которые представились советскими партизанами. Вся колония была ими окружена.[…]. Жителям колонии сообщили, что до вечера никто не имеет права покидать свою усадьбу. Их обязали в течение всего дня обеспечивать питанием прибывших партизан и их лошадей.[…]. Находившиеся в домах сотники в 16 часов отдали приказ, чтобы все домочадцы легли на пол, так как они будут стрелять по якобы приближающимся немцам, чтобы никто не был случайно ранен или убит. Когда люди лежали лицом к полу, «партизаны» топорами рассекали головы всем людям. Маленьких детей били по головам топорищами или рукоятками топоров. Тем, кто сопротивлялся после того, как их обездвижили, отрезали носы, уши, ногти, кисти рук, стопы — по кусочку, выжигали глаза, вскрывали животы…». После массового убийства населения они ограбили все дома. Немецкая полиция, уведомленная об этом преступлении, не провела никакого расследования.III

Аналогичным образом поступил Вермахт, дислоцированный в Яновой Долине 23 апреля 1943 года. В 01:00 ночи банда украинских националистов напала на этот населённый пункт, население которого на тот момент составляло около 22 000 человек. Такое количество жителей было результатом массового бегства польского населения из окрестных населённых пунктов, находившихся под угрозой со стороны украинцев. Поляки полагали, что украинцы не нападут на них, поскольку здесь дислоцировался немецкий гарнизон Вермахта численностью около 1 000 солдат. Из-за страха репрессий за хранение оружия самооборону не организовали, а люди были убеждены, что УПА не осмелится напасть на этот населённый пункт. Вероятно, украинцы действовали по сговору с немцами и в ночь с Великого четверга на Великую пятницу нанесли удар по этому населённому пункту. Об этой ночи вспоминает Люция Тарчинская, которая вместе с семьёй бежала в лес, откуда видела, «…как украинцы, которых приехало на телегах очень много, грабили подожженные дома, грузя добычу на телеги, а также жестоким образом издевались над нашими многолетними соседями. Поскольку этот пожар и жестокое убийство невинных людей, а также сожжение отца, чье тело нам пришлось оставить, не позволяли оставаться в бездействии, в каком-то оцепенении, пока палачи были заняты, мы начали убегать, а точнее осторожно петлять по лесу, так как вся Янова Долина была окружена украинцами, пока не добрались до реки Горынь. Потом мы отправились к бабушке в Житынь […]. До сих пор я не знаю, кто тогда спасся и что стало с убитыми. Где они обрели место вечного упокоения. Спасение из этого пожарища и места бесчеловечного убийства я считаю чудом…».IV

В сложившейся ситуации польское население приступило к организации самообороны, чтобы спасти жизни и имущество, поскольку УПА проводила свои акции с полной безжалостностью, стремясь к физической ликвидации поляков. Командиры этих отрядов устраивали погромы, безжалостно убивали всех жителей, включая детей, сжигали постройки, а имущество и скот грабили. Поэтому жители Пшебраже начали подготовку к отражению нападения УПА.

Пшебраже было крупной польской колонией в гмине Тростянец Луцкого уезда на Волыни. До Второй мировой войны она насчитывала 200 хозяйств с 1150 жителями. Преступления, совершаемые украинскими националистами не только в окрестных населённых пунктах, ускорили принятие поляками решения о необходимости организовать собственную оборону, чтобы вооружённым путём противостоять их нападениям. Сначала спонтанно, а затем по указанию Польского подпольного государства начали организовываться Общественные организации самообороны, называемые «самообороной». В марте 1943 года к её созданию приступили в Пшебраже, к которой также были присоединены окрестные населённые пункты из гмины Тростянец, такие как: Холопины, Язвины, Мосты, Выдранка, Загайник.

Пшебраже было нелегко защитить, поскольку оно простирался на значительное расстояние и вместе с местными деревнями охватывало территорию длиной около 6 километров и шириной 5 километров. Поэтому система обороны была развёрнута, а затем совершенствовалась на протяжении всего периода оккупации. Члены самообороны несли вахту днём и ночью, объявляли тревогу в случае угрозы со стороны украинцев и принимали меры по обороне, которую усиливали подразделениями. Таким образом удавалось избежать внезапного нападения. Первоначально часовые, насчитывавшие по несколько десятков человек, были вооружены косами, вилами и тому подобным, а затем — огнестрельным оружием, которое добывалось различными способами. Его легализация могла бы стать реальностью, если бы местные немецкие власти выделили оружие для Пшебраже. Просьба делегации жителей была удовлетворена, поскольку крайсландвирт округа Киверцы Йеске передал 15 старых винтовок.

Самообороной командовал унтер-офицер Войска Польского Генрик Цыбульский «Харт» (с 20 апреля 1943 года), его заместителем стал Францишек Житкевич, а гражданским командиром — Людвик Малиновский «Лев», который также возглавлял совет старейшин. Сначала были организованы четыре взвода под командованием: Владислава Цыбульского, Францишека Малиновского, Тадеуша Мельника, Марцелия Житкевича, которые летом 1943 года были преобразованы в четыре роты, поддерживаемые, в частности, пешей и конной разведкой, а также местными ячейками Армии Крайовой. Роты находились в постоянной боевой готовности как днём, так и ночью. Самооборона в Пшебраже насчитывала около 500 вооружённых человек.

Весной 1943 года командование самообороны приступило к созданию кольцевой обороны, основанной на стрелковых рвах и заграждениях из колючей проволоки. Первоначальная линия обороны проходила через центр деревни, который был окружён полосой заграждений шириной в несколько метров. Со временем эта линия сдвигалась с целью расширения территории для населения, прибывающего из соседних населённых