Читать книгу - "Муза должна быть медлительной - Венедикт Васильевич Ерофеев"

отлетающей жизни. Надо, чтобы умереть, вздохнуть раз 35–40, тяжело и с чувством.

Кто это сказал: «Всякий царь осужден на великолепие»?

Хорошо усвоенное чувство долга – первый признак одряхления души.

Истратить деньги наилучшим способом, т. е. как можно бездарнее.

Думай, не думай – сто рублей не деньги.

Ходи по одной – не ошибешься.

«Стилягой можешь ты не быть, но воротник поднять обязан».

Какое счастье – дышать обеими ноздрями!

1966

Беды летают стаями, говорил старина Шекспир, а радости порхают в одиночку.

ДЕНЬГИ для поездки на курорт можно накопить в сберегательной кассе.

Король Лир: «Нет виноватых».

У Лескова генерал Перлов добавляет: «Одни поляки виноваты».

Если хочешь расширить свой кругозор – иди в матросы.

Гипербореи и нибелунги не мерзнут.

Английская пословица: в доме повешенного не говорят о веревке.

А ходить надо так, чтобы ноги за колени не задевали.

Вокруг нас степь, и мы – бедуины.

Если ты, выпив, загрустил —

Ты не мужчина и не грузин.

(7/III Влад〈имир〉)

Таня Царева, Владимир, 7/III: «Живу, как картошка. Если зимой не съедят, весной посадят».

Кто-то сказал: в жизни каждого человека наступает время, когда сердце должно или окаменеть, или разбиться.

Идеальный человек, т. е. человек, имеющий одновременно и совесть, и вкус.

Походка и почерк – два определения души.

«От скуки не умирают».

«От любви умирают».

Perfectum всегда интереснее, чем futurum.

То, что «само собой разумеется», не нуждается в том, чтобы его осмысливали, т. е. делали разумным.

Хорошему человеку всегда хорошо.

Надо уметь подождать «до времени», чтобы избавиться от упреков разных сопляков вроде Гамлета; надо доносить свои башмаки, прежде чем решиться.

Ценные вещи создаются только в мире, где все покупается и продается.

Родственные чувства испытывать удобно, п〈отому〉 что они имеют очень четкий предел.

НИЧТО НЕ ВЕЧНО, КРОМЕ ПОЗОРА.

Научись скорбеть, а блаженствовать – это и дурак умеет.

«Dixi et animam levavi»[14] – никто лучше меня это не понимает.

Самая лучшая из латинских пословиц:

Beatus est qui procul negotiis.

«Блажен тот, кто вдали от дел».

Один индус сказал: чтобы быть чем-нибудь, надо любить, творить добро и страдать.

Шолом Алейхем: «Живи так, словно ты должен тотчас же распроститься с жизнью, так говорит Марк Аврелий. А я говорю: живи так, словно ты только что на свет родился».

1967

Говорят, что место, наиболее удаленное от природы, – тюрьма.

«Привычка не содержит в себе моральных достоинств» (кто-то).

Ни клянись вовсе, – сказано в Писании, – ни на Воробьевых горах, нигде.

А культуртрегерством пусть другие занимаются.

«Обдуманность поступков – признак мелкой души».

«Привычка к элегантности настораживает».

Мы не можем отвечать за чистоту своей памяти; многие вздорные вещи врезываются в нашу память, как некоторые мотивы популярных песенок.

«Если мы не люди, то свинья не красавица» (русская пословица).

1969–1970

Учеба и труд вместе идут.

Талейран: «Если вы сомневаетесь, нужно ли написать письмо, – не пишите». По поводу всех сомнений.

Писать надо по возможности плохо. Писать надо так, чтобы читать было противно.

Поэтизировать природу – самое недостойное занятие. Она ни в чем нам не сродни, т. е. слепа, нема, глуха, и самое главное – не чувствует боли. У нее есть аппетит, пожалуй, и все.

Алексей Маресьев сказал: «У каждого в душе должен быть свой комиссар».

Если тебя не пускают – ударить слева в поддых, – т. е. эмоционально-освободительное движение.

Президентом следует назначать человека, у которого харю в три дня с похмелья не уделаешь.

«Не тот хорош, кто лицом пригож, а тот хорош, кто для дела гож».

«Кому работа в тягость, тот не знает радость».

«Солнце украшает землю, а человека – труд».

1972

Надо быть искушенным во всех грехах, чтобы отвратиться от них от всех. Маленькая ложь и привычка к ней необходима как средство против той, гигантской лжи… (см. прививка оспы, etc.).

Мы с каждым днем все хуже. И каждый, и все человечество с каждым днем все хуже. И поэтому, если говорить о качестве людей, то лучше всего тот, кто это чувствует, то есть тот, кому с каждым днем все хуже и хуже.

Мы все так опаскудились мозгами и опаршивели душой, что нам 13-летняя привязанность кажется феноменом. Мы, правда, живем в мире техники и скоростей, ну что ж, пропусти технику, иначе действительность собьет, протиснись сквозь все эти такси и иди, куда тебе надо.

Ведь, кроме того, что мы знаем, мы не знаем ровно ничего.

Шофер СМУ Россвязьстрой рассказывает при всеобщих восторгах коллег: «Мой лозунг – пей все, что горит, и еби все, что дышит».

Будь здоров, то есть, как Кастор и Полидевк, займись гимнастикою и мореплаванием.

Честертон о разницах в пессимисте и оптимисте: Оптимист – это тот, кому все хорошо, кроме пессимиста. Пессимист – тот, для кого все плохо, кроме него самого.

Человек не самолюбив и суеверен. Он уважает все болезни, кроме тех, которые он сознательно в себя внес.

Человек, идущий за малой нуждой, все-таки ценнее машины, летящей для доклада в СЭВ.

С Пентагона до Кремля, с небес до земли, с головы до ног – все изменено.

По Шопенгауэру: бессмысленна всякая деятельность (кроме деятельности мыслителя, кот. философски доказал эту бессмысленность).

1973

«Всяк пляшет, да не как скоморох» (русская народная пословица).

Важно еще, чтобы преступление считалось преступлением в момент его совершения, а не в период судоговорения и приговора.

Человек должен быть как вода, говорили древние китаезы: в круглом сосуде – круглым и так далее. Попалась преграда – остановись. И теки все вниз, вниз, никуда больше.

Какой-то британец: «Рыцарство – удел бедняков».

«Мне скушно обыкновенное, а по сравнению с Христом все обыкновенно» (Василий Розанов).

«Все мерзостно, что вижу я вокруг», как сказал Самуил Маршак.

1974

Мир совсем не плох, если в него глядит человек, умеющий очищать свои структуры.

Любить в этом мире следует лишь три вещи: Бога – душу – мать.

1975

Поэзия должна ходить пешком под стол.

Когда тебя с похмелья лихорадит, помни – от лихорадки умер Александр Македонский.

Они (то есть идеи) находятся в занебесной области, как говорил Платон.

Одна голова хорошо, а два рубля лучше.

Она, эта вечная мысль о родине, она не покидает,