Читать книгу - "Сорок лет с В. А. Гиляровским - Николай Иванович Морозов"

Меж ромашек васильки. С. Т. КОНЕНКОВУ При виде женского торса, изваянного из мрамора. Каким путем художник мог Такого счастия добиться: Ни головы, ни рук, ни ног, А хочется молиться Не воплощенной красоте, А недосказанной мечте. А. М. ГЕРАСИМОВУ Пятна яркие, отрадные. В них душа родной красы. Радость — степи неоглядные Черноземной полосы. П. А. РАДИМОВУ Художнику и поэту Пиши, рисуй и вдохновляй, Чернил и краски не жалея, В день молодого юбилея Привет тебе,               Старик Гиляй.

В. А. Гиляровский любил острить по поводу памятников. На памятнике в Воронеже царь Петр I был изображен смотрящим на здание интендантства, а правой рукой показывающим на острог. На памятнике надпись; «Петру Первому — русское дворянство в Воронеже». Гиляровским совместно с несколькими актерами написан экспромт:

Смотрите, русское дворянство, Петр Первый и по смерти строг: Он глядит на интендантство, А пальцем кажет на острог.

В годы, когда последний царь был наследником престола и путешествовал по свету, в Японии какой-то полицейский ударил его палкой по голове, покушаясь на его жизнь. Гиляровский отметил:

Цесаревич Николай, Если царствовать придется, Никогда не забывай, Что полиция дерется.

По поводу некоторых деятелей театров провинции он каламбурил:

Тяжело актерским коршунам По провинции служить, Хорошо попасть бы к Коршу нам, Поспокойнее пожить.

В альбом М. И. Г.

Не брани меня так строго, Что стихов пишу я много От того пишу стихи я, Что стихи моя стихия.

В СТОЛЕШНИКАХ

В Москве В. А. Гиляровский жил в разных местах: на Тверской, теперь улица Горького, в гостинице «Англия», в Брюсовском переулке, в доме Вельтищева — лакея князя В. А. Долгорукого (московского генерал-губернатора), на Мясницкой, теперь улица Кирова, в гостинице «Русь», на Второй Мещанской, Большой Никитской, теперь улица Герцена, в Хлыновском тупике и, наконец, в Столешниках.

Кого, кого, бывало, не увидишь у Владимира Алексеевича в Столешниках! Кто не сиживал за столом у хозяйки дома Марии Ивановны, на редкость приветливой и гостеприимной, умевшей искусно поддерживать оживленный застольный разговор, тонко подсказывать тему, давать соответствующий тон и уровень беседе.

Двери квартиры были открыты для всех. Вот появляется есаул казачьего полка Н. М. Денисов, приглашенный на обед. Худое, выразительное лицо его украшают огромные усищи и пышные баки. Денисов, как старый друг семьи, идет прямо в столовую. А там уже слышится неповторимый и неподражаемый по силе и красоте бас: «Я есть хочу-у-у-у». Это Ф. И. Шаляпин, тоже приглашенный на обед, торопил хозяйку с приготовлениями к столу.

Первые шаги в театре Ф. И. Шаляпин сделал в Петербурге, на казенной сцене, где его не особенно жаловали. С.