Читать книгу - "Жизнь Степана Бандеры: терроризм, фашизм, геноцид, культ - Гжегож Россолински-Либе"

об «опаснейшем действии». В перерывах между выступлениями мужской хор в национальных костюмах исполнял националистические песни2274.

Церемония открытия памятника прошла в атмосфере глубокой религиозности. Совершив молебен, священники трех конфессий выступили перед собравшимися. Греко-католик рассказал о религиозности Бандеры и его желании добиться свободы для своего народа, напомнив при этом, что братья Бандеры были убиты поляками, работавшими в Аушвице на гестапо, а сам Бандера многие годы провел в немецком заключении. Священнослужители двух других конфессий выступили в том же духе, ни разу не упомянув о каких-либо сомнительных моментах в биографии Провідника. Один из них заявил: «Украинское правительство станет демократическим только тогда, когда оно будет действовать как Бандера и его товарищи». Он назвал членов ОУН-УПА апостолами, служившими святой идее независимой Украины, и закончил свою речь словами «мы молимся, чтобы никто не вторгался на нашу священную украинскую землю». На возглас Слава Україні! собравшиеся хором ответили Героям слава!2215

После выступлений священников состоялось возложение цветов: от имени «Пласта», УПА, президента Ющенко и мэра Львова (от имени

последних двух желто-голубые букеты преподнесли к памятнику военнослужащие в белой форме). Спикер сказал присутствующим, что «бойцы УПА, погибшие за независимость Украины», и «бойцы УПА, сражавшиеся за независимость Украины, присутствуют здесь вместе с нами». Каждое свое обращение к собравшимся спикер завершал громким возгласом «Слава!». Ему отвечали: «Слава, Слава, Слава!»2276

Глава Львовской облгосадминистрации Петр Олейник назвал Бандеру Провідником и заявил, что тот был «примером того, как надо служить украинскому народу... [и как] быть патриотом». Он добавил, что «мы мечтаем о президенте, который признал бы УПА... и вчера президент Украины подписал распоряжение о праздновании 65-й годовщины УПА» (Аплодисменты). «Слава тем, чьими стараниями возведен этот памятник! Слава ветеранам [УПА]! Слава лучшим сыновьям Украины! Слава Украине!». Собравшиеся отвечали возгласами «Героям Слава!».

Председатель Львовского облсовета Мирослав Сеник, одетый в вышиванку, отметил украинский характер памятника и подчеркнул, что в его создание внесли финансовый вклад все села Львовской обл. и города украинского Юго-Востока (Харьков, Херсон и Донецк). Затем он заявил: «мы [украинцы] гордимся тем, что мы “бандеровцы”... [что] означает, что мы любим наш народ и сражаемся за его лучшее будущее»2277.

От имени ветеранов УПА на церемонии выступил самый воодушевленный ее оратор - Олесь Гуменюк (он был одет в «униформу УПА»): «Господь Вседержитель! Благодарю тебя за то, что мы, воины, бывшие повстанцы, защищавшие Украину с оружием в руках, дожили до этого [славного] дня». Дрожащим от волнения голосом он добавил: «мы очень рады, что в нашем средневековом Львове гений революции наконец-то встанет у ворот нашего города». Затем он заявил, что памятник Бандере -это «место, где молодое поколение юношей и девушек, достигших совершеннолетия, принесет свою присягу». Это место «укрепит в них национальную духовность, необходимую для продолжения развития нашей идеи о независимости, ...сюда также будут приезжать молодые пары после свадебных церемоний»2278.

Петр Франко, глава Всеукраїнського товариства політичних в’язнів і репресованих, начал свое выступление со слов «Слава Иисусу Христу!». Сравнив Бандеру с Джорджем Вашингтоном, он заявил, что семья Бандеры подвергалась серьезным гонениям, а сам Бандера был «уникальной личностью», «нашим вождем, нашим идеологом, Провідником украинского народа, который всем нам завещал строить Украину»2279.

Поэт Иван Губка, представленный как «участник национально-освободительной борьбы», назвал Бандеру «гениальным сыном Украины» и сообщил собравшимся, что в целях повышения статуса Провідника

КУК предлагает выпустить золотой орден Бандеры. Он также призвал переименовать в честь героев ОУН-УПА еще большее количество львовских улиц и заявил, что «бандеровцы не позволят никому другому быть хозяином в нашем доме»2280.

Поэт Игорь Калинец - глава фонда, собиравшего средства на этот памятник, - сообщил присутствующим, что Бандера создал украинскую нацию на практике, а не в теории, как поэт Тарас Шевченко, отметив также, что «спустя четырнадцать лет, пройдя через немалые трудности и жертвы, идея установки памятника наконец-то реализована», «двадцать процентов представителей украинского народа должно было погибнуть в империалистических войнах, чтобы сделать Украину самой великой нацией Восточной Европы», а сам Бандера был «не только уникальной личностью, но и символом борьбы за Украину». В конце своего выступления Калинец поблагодарил спонсоров, в том числе представителей украинской диаспоры, и заявил, что «украинская революция еще не закончена», и Бандера напоминает нам, что ее необходимо продолжать2281.

Праздник завершился чтением стихов и парадным шествием. Богдан Стельмах прочитал стихотворение «Бандеровцы», несколько раз громко и воодушевленно повторив, что все украинцы - бандеровцы, и они должны этим гордиться, а сегодня Украине нужен новый молодой и героический Бандера. После этого короткого, но громкого и глубоко патриотического выступления зазвучал военный оркестр: перед памятником Бандере парадным маршем прошли воинские подразделения и отряд «Пласта» им. Степана Бандеры. Церемония закончилась так же шумно, как и началась2282.

Коммеморации Бандеры после распада Советского Союза

Ритуализированные коммеморации Провідника были привнесены в Украину из диаспоры, но при этом в самой диаспоре эта практика не прекратилась. В отличие от диаспорян, местные украинские националисты предпочитают более пышно праздновать день рождения Бандеры, а не годовщину его гибели. Как и в диаспоре, самые крупные коммеморации, объединяя в себе политику, религию и мотивы противодействия «нашим врагам», проходят в круглые юбилейные даты. Как и в диаспоре, в постсоветских коммеморациях принимают участие ветераны, националистические интеллектуалы, а также представители различных крайне правых и неофашистских групп и партий, связанных с европейскими праворадикальными движениями (в том числе с немецкой NPD, итальянской Tricolor Flame и польской NOP). В целом, такая

структура напоминает систему союзных связей АБН, которые последняя поддерживала вплоть до 1990 г. Молчание или даже скрытое восхищение, с которым украинские «либеральные» и «прогрессивные» интеллектуалы относятся к этим националистическим коммеморациям, фактически их легитимизируют.

1 января 1999 г., в день 90-летия со дня его рождения, к памятнику Бандере в Ст. Угринове пришли ветераны УПА (в «униформе») и молодые националисты из парамилитарных формирований2283. 12 января 1999 г. газета За вільну Украшу проинформировала своих читателей о том, что во Львовском театре оперы и балета состоится памятное мероприятие в честь Бандеры (дата, однако, указана не была). Сцену театра украсил большой портрет Бандеры и цифра «90». Согласно фоторепортажу, на собрании выступили вокальные ансамбли (в народных и военных костюмах). Двумя основными докладчиками были Слава Стецько и Игорь Набитович, профессор философии Дрогобычского педуниверситета. Стецько зачитала агиографическую версию биографии Бандеры и поделилась с присутствующими своими идеями: «Бандера был олицетворением антимосковской национально-освободительной революции» и, значит, образцом для молодых украинцев. Она подчеркнула, что только «политика воли» может справиться с экономическим кризисом и