Читать книгу - "Давайте помолимся! - Аяз Мирсаидович Гилязов"

Это желание забыть настолько сильно в тебе, что даже лучших товарищей по лагерю со временем вычёркиваешь из памяти. Порой не хочется не только вспоминать обо всём, что было в лагере, но даже с людьми, напоминающими пребывание там, не хочется встречаться. Когда я вышел на свободу, ещё многие мои друзья оставались там, в адовых подземельях. Недолгой была у меня переписка с моим лучшим другом – украинцем Иваном Семёновичем Велягурским. Из лагеря он ещё писал мне, а когда освободился – затих, пропал. Слышал, что родственники крымского татарина Эскандера Даирского живут в Кировском районе Казани. Сам он живёт в Липецке, и когда приезжал в Казань, оказывается, звонил, но не застал меня дома. Если очень хотел повидаться, неужели не нашёл бы возможности сделать это?.. С парнем из Германии Хайнцем Бемом, с которым более двух лет делили хлеб-соль в заключении, мы расстались летом 1955 года. Последние два письма он прислал мне из таёжного посёлка Решёты, где находился лагерь специально для иностранцев. Он писал о том, что туда были свезены все иностранцы из других лагерей, а вскоре освобождены и высланы в свои страны французы, чехи, поляки, болгары, финны, иранцы. Хайнц также писал, что и он ждёт освобождения. Видимо, уехал в Германию, но оттуда уже весточки не прислал…

Хотя и адресами вроде обменялись, и я не писал, и они мне не писали. Разбрелись по свету…

Когда я решил ехать, то из писателей только один человек задал мне прямой вопрос: что ты хочешь найти там? Это был Рафаэль Мустафин7. Я ответил, что хотел бы разузнать о судьбе своих товарищей. Первый – Абдулла Али-Казий: он жил в Японии, там закончил семь классов в татарской школе. Второй – Мерзленков Александр Васильевич. Это он в лагере открыл мне глаза на многие вещи. Третий – Ростислав Иванович Илечко из Мукачева. Я надеялся, что мне удастся хотя бы полистать их дела-формуляры… Хотелось знать, кем же они были на самом деле. Рафаэль, человек бывалый, дал следующий совет: «Прежде чем попасть в Карагандинский КГБ, ты поговори со здешними работниками органов госбезопасности. Может, они позвонят туда, походатайствуют. А если ты заявишься прямо с улицы, тебе никогда не видать лагерных документов!» Мой друг, товарищ по перу, Алексей Литвин8 уже много лет работал в архивах Чека. Он помог мне. В Караганду позвонили, сообщили о моём приезде…

С вокзала в центр города добрался на автобусе. Обратился в Комитет государственной безопасности. 19 августа – воскресение. Дежурный офицер, покопавшись, передал мне через маленькое окошко обратный билет, назвал гостиницу и один телефон. Сказал: «Если что-то понадобится, то позвони». Я заселился в гостиницу «Казахстан».

Кстати, если перевести слово «гостиница» с казахского дословно, то получается очень красиво «Дом для гостей». Свою жизнь в гостиничном номере я начал с истребления мух. Ну и дал я им жару! Двое суток промучился в поезде без сна, но даже здесь, в спокойной обстановке, заснуть не смог. Немного перекусив, отправился знакомиться с городом. Оглядываясь по сторонам, не спеша, прошёлся по проспекту Ленина. Глядя на скульптурные фигуры, установленные на крыше Дворца горняков, я задумался. Город находится на казахской земле, но какой-то серый, обезличенный, без всяких национальных признаков. Словом, Караганда оказалась довольно невзрачным городом, таким, как и множество других современных городов. Даже женщин не различишь по национальности, можно подумать, и казашек здесь нет, все чересчур напудрены и без меры накрашены, смуглого лица не увидишь. И всё же встречаются красавицы. Почти все жители хорошо одеты, внешне выглядят респектабельно. Я и не заметил, как вновь очутился на железнодорожном вокзале. Это наши из Актасского лагеря строили здание вокзала. Знают ли об этом вечно спешащие куда-то пассажиры? На вокзальной площади снуют шарлатаны, с помощью напёрстков и карт они обирают слишком доверчивых, а вокруг толпятся десятки зевак. В городе немало нищих. Многие из них сидят в подземных переходах. Один держит в грязных руках завёрнутого в тряпьё ребёнка и поёт на казахском языке. Деньги сыплются обильно, серебро журчит ручьём. Я тоже подал милостыню: пусть удачно завершится моя поездка, домашние будут живы-здоровы.

Почти напротив гостиницы в проулке установлен памятник Ленину9 на красном гранитном постаменте. Когда подошёл поближе, то увидел: на голову вождю с двух сторон сели голуби, в сумерках кажется, что Ленин рогатый. А напротив Дворца горняков установлен громадных размеров грубо вырубленный в камне монумент. Стоят два шахтёра в обнимку; правда, их можно принять и за людей другой профессии. Но это, видимо, не важно, главное, горняки не остались обойдёнными… А уж про памятник Ленину и говорить нечего. Он, как и везде, воспроизведён по стандарту. Во всяком случае, так кажется. В одной газете промелькнуло, что слова «Антикоммунизм – величайшая глупость ХХ века» принадлежат Бернарду Шоу10. Другие источники приписывают эту «умную» мысль Томасу Манну11. А я думаю, неужели такой глубокий и остроумный писатель, как Бернард Шоу, мог сказать эту глупость?! Что-то не верится, чтобы автор пьесы «Майор Барбара»12, где через оружейного короля Андершафта высказана горькая правда, человек, который столь прекрасно ориентировался в политических системах двадцатого века, мог совершить такую грубую ошибку. Говорят, такие диктаторы-кровопийцы, как Муаммар Каддафи13, Фидель Кастро14, Саддам Хусейн15, не выпускают из рук книгу Ленина «Государства и революции»16. Таким петушиным диктаторам, как Даниэль Ортега17, Ленин тоже оставил мощное оружие. Наверное, оттого, что силы теоретического оружия теперь стало недостаточно, СССР стала снабжать своих «друзей» настоящим, обкрадывая тем самым своих граждан. Очень много бед и кровопролитий происходило, к сожалению, не без помощи советского оружия. Ленинскую идеологию мы заучивали отрывками-кусками, не стараясь постичь её страшную суть, лишь настолько, сколько считали нужным преподаватели. Мы лишились нравственности, затоптали веру. Зло выплыло наружу. Махровым цветом расцвели воровство, казнокрадство, коррупция, взяточничество – и это всё во многом плоды ленинского учения. Кто в нашей стране не знает работу Ленина «Задачи союза молодёжи»? «Учиться, учиться, и ещё раз учиться!» – этот призыв, взятый на вооружение из данной книги, сопутствует нам повсюду. А прочитать дальше у нас не хватает терпения. А ведь дальше в книге следует опасный призыв: «Мы отвергаем нравственность и мораль, как понятия буржуазные, как инструмент, который был нужен ей для подавления рабочего класса». Мы ругаем и проклинаем только Сталина18, а он проводил в жизнь теоретические выкладки своего учителя.

В дороге марийка прожужжала мне все уши: «А вы слышали о том, что Ленин был отравлен». «Было