Читать книгу - "Простите, ректор, но теперь вы тролль! - Лариса Петровичева"

вздохнул с облегчением там внутри. Экипаж рванул в сторону академии, а я так и осталась стоять у ворот своего дома, пытаясь осознать и принять: путешествие закончилось. Все закончилось.

И душа моя разорвана в клочья. Потому что я ждала…

Потому что я дура набитая, вот почему.

— Беатрис вернулась! — заорал десятилетний Шон и от восторга едва не сверзился с соседнего забора. — Беатрис вернулась! Дракона привезла!

Я попыталась было сказать себе, что все хорошо. Что я теперь богачка с золотом, ректорскими деньгами и ручным драконом — да в мужчинах-то рыться буду теперь, как в сору! Что мне тот ректор Латимер, тьфу на него, и не видеть бы никогда!

Но в носу вновь предательски защипало, и слезы все-таки подступили к глазам. Я отперла дверь, вошла в дом и наконец-то позволила себе расплакаться.

Глава 19

— Пряник!

Пряник влетел в аптеку, нырнул за прилавок и, с веселым видом сев на пол врастопырку, протянул мне что-то в пасти. Я взяла коробочку, открыла ее и увидела изящное обручальное кольцо с бриллиантом.

— Пряник, ты что! — воскликнула я. — Нельзя брать такие вещи, это чужое! Немедленно верни, где взял!

Пряник развалился на полу и подставил пузо: мол, давай, чеши, тут добытчик добычу принес! Я испуганно посмотрела на кольцо — оно было прекрасным и стоило баснословных денег — и захлопнула коробочку.

— У кого ты его стащил?

— Фыр! — ответил Пряник и выпустил пар из ноздрей. Я сняла с крючка ошейник и поводок и принялась надевать все это добро на дракона.

— Пойдем, покажешь, кого ограбил, пока Грег не пришел нас с тобой арестовывать за воровство.

Пряник вздохнул. Мол, где твоя благодарность, хозяйка, я для тебя стараюсь! Я вышла из аптеки, повесила табличку “Закрыто” и, запирая дверь, произнесла менторским тоном:

— Одно дело сердолики и аметистовые друзы. Мы их продаем Бонни под основы для артефактов. А другое дело чужие вещи, нас с тобой за такое могут в тюрьму посадить? Хочешь в тюрьму, Пряня?

— Фыр!

Наверно, это означало “Хочу куда угодно, но с тобой”. У Пряника оказались повадки и собаки и кошки, он был очень ласковым и пройдошливым, и рядом с ним невольно становилось спокойнее и теплее.

— Фыр!

Дракон мотнул головой, я посмотрела туда, куда он указывал, и замерла, увидев Латимера. Каменный ректор быстрым шагом двигался по улице, пристально глядя по сторонам. Мы не встречались несколько недель, и я заметила, что он выглядит намного спокойнее и мягче, чем в тот день, когда вошел в аптеку Бонни.

И костюм у него был роскошный. Светлый, дорогой, пошитый по последней моде — такой, словно Латимер собрался жениться.

Нет, он правда выглядел как чей-то жених, а Пряник украл у него обручальное кольцо для невесты. Я улыбнулась, надеясь, что улыбка не выглядит неестественной или натянутой, и помахала ему рукой.

Латимер заметил меня, засиял, как именинник, и помахал в ответ. Подошел — я протянула ему коробочку с кольцом и сказала:

— Привет! Кажется, Пряник стащил это у тебя.

— Привет, — произнес ректор, взяв коробочку. Щелкнул крышкой, убедился, что кольцо не пострадало и никуда не делось, кивнул. — Я отвлекся буквально на мгновение, а он уже улепетывал с кольцом.

— Прости, — я продолжала улыбаться, и от этой улыбки уже лицо сводило. — Я ему уже объяснила, что воровать нехорошо.

Латимер рассмеялся, провел ладонью по волосам и ответил:

— Ну вообще это было не совсем воровство. Он принес кольцо по назначению, правда, я хотел это сделать сам.

Вот тут я перестала улыбаться. Посмотрела на ректора очень серьезно: он выглядел растерянным и не шутил.

— В каком смысле? — уточнила я. Латимер вздохнул.

— Я о многом думал все это время и понял одну вещь, — сказал он. — Понял, что хочу, чтобы рядом со мной была смелая женщина. Которая полезет в любую заварушку и справится с ней со мной на пару. Единомышленница.

— Если ты так же читаешь лекции студентам, то неудивительно, что потом приходится на них орать, — сказала я. — Потому что о чем ты сейчас вообще?

Латимер издал раздраженный гудящий звук.

— О том, что разумные люди понимают сразу, а неразумным приходится разжевывать, — ответил он. — Я купил это кольцо для тебя, Беатрис. Потому что хочу, чтобы ты стала моей женой, что тут непонятно?

От волнения у меня даже живот заболел. Да уж, предложение было вполне в духе Ника Латимера.

Предложение. Ректор Латимер сделал мне предложение.

— Ну… да, я не сразу поняла, что это именно предложение, — ответила я. — Но… это неожиданно, да.

Латимер завел глаза к небу. Прохожие смотрели на нас с нескрываемым интересом. Да уж, тут есть, на что потаращиться, об этом сплетни пойдут на весь город.

— Я все обдумал, — продолжал Латимер. — Мы спокойно можем пожениться, потому что в академию ты теперь при всем желании не поступишь.

Я усмехнулась. Ну, Латимер в своем репертуаре.

— То есть, если бы могла поступить, ты бы предложения не сделал?

— Я хотел бы избежать даже намеков на непотизм, — ректор посмотрел на меня, оценил выражение лица. — Фаворитизм. Блат.

— Я знаю значение всех трех слов, — мне вдруг сделалось смешно, когда я представила, что мы будем вот в таком тоне разговаривать всю жизнь. Латимер устало вздохнул.

— У меня пара через полчаса, а еще надо добраться в академию. Короче: ты согласна или да?

Вот тут я уже расхохоталась в голос, уткнулась лбом в его рукав, пытаясь удержаться на ногах от смеха, и Латимер рассмеялся тоже. Так мы и стояли, как два дурацких дурака, заливаясь хохотом, а потом я ответила:

— Согласна. Да.

Эпилог

— Пряня! Да Пряня же! Немедленно положи на место!

Пряник проскакал через комнату Эвелин и ткнулся мордочкой мне в руку, передавая брошь. Я с улыбкой прошла к дочери, которая с серьезным видом стояла перед зеркалом и, пришпиливая брошь к ее плечу, подумала: как же она похожа на Ника! Такие же темные волосы, такое же упрямое выражение лица, такая же самоуверенность и стойкость.

— Ну вот почему он вечно все таскает? Пряник, почему ты такой вредитель у нас? — задумчиво спросила Эвелин, рассматривая свое отражение. Платье, которое она выбрала для защиты диплома, было по фасону таким же, как мое свадебное: аккуратный небольшой вырез, рукав до середины руки и тонкий поясок под грудью. Вот только цвет был насыщенно-синий, строгий.

— Такова его природа, — ответила я. — После защиты диплома можешь съездить с отцом на Меровинское нагорье, раздобудешь себе такого