Читать книгу - "Рожденный в Сейретей (1-92 главы) - Алексей Мойса"

Я не стал говорить. Просто поднял меч в ответ. Моя реацу, в противовес хаосу противника, течет плавно и остро, полностью под контролем. Бледный блеск духовной силы мелькнул на лезвии меча, выражая опасность.

Якурай закрыл рот и насилу утихомирил духовную силу. Каким бы истеричным не было его настроение, как бы не хотелось орать на меня, требовать ответа и выплескивать эмоции… Он все же все еще оставался воином, а не просто брелком на поясе Еримии Кенджи.

Всего лишь пара поднятых друг на друга мечей и взгляд, но это было как молчаливое соглашение решить наши вопросы боем. Было бы слишком позорно, если бы он слился, зайдя на арену.

Вдруг обреченный взгляд Якурая изменился, он воспрянул духом и выпрямил согнутую спину. Какая-то мысль вдохнула в парня новую надежду.

- Если я принесу твою голову… - пробормотал он. – Эта заслуга спасет мою жизнь?

Глаза жестокости Ичиро Окикибы вспыхнули в моем сознании. Хотелось сказать, что это только убьет его быстрее. Но я же не папенькин сынок, надо отвечать подобающе.

- Сначала тебе надо ее взять, - с улыбкой сказал, подначивая, словно не врага, а одноклассника на спарринге. – Но ведь я могу забрать твою первой.

Легкий тон, улыбка, добродушные манеры, все это неосознанно ослабляет бдительность… На доли секунды, но большего и не нужно.

Мой меч мелькнул серебристой полосой, сбивая меч врага в сторону и стремясь к сердцу!

Якурай быстро отступил спиной, яростно взмахнул мечом в ответ, но я тоже отступил. Стоим в одинаковых позах. Прошла всего секунда и один звяк столкновения мечей. Разница… Острие моего меча испачкано кровью.

Прореха в форме напротив сердца Якурая, белая ткань медленно краснеет. Я цыкнул языком. Всего лишь попробовал плоти, не более того. Хорошая реакция.

Уголок рта Якурая кривится от пришедшей боли, но он не сводит с меня глаз, повысив бдительность в разы.

Я уже не улыбаюсь, не любезничаю, холодно смотрю на него, подмечая все. Ритм дыхания, положение ног, направление лезвия меча, колебания реацу, куда смотрит взгляд…

Каждая мелочь – это часть общей карты, без которой не видишь всего врага и его действий. А если ты чего-то не видишь – значит, ты скоро умрешь.

И как-то получается… Что карта Якурая удивительно проста. Он показывает обычную, основную стойку, которой всех тут учат. Основы, не более того.

К его сожалению, именно основы, фундамент будущего, это то, что я оттачиваю без устали и то, в чем я хорош. Если у него нет своих приемов или иного стиля боя, то Якурай для меня – мясо на разделочной доске.

- Ублюдок, - морщась, ругнулся парень. – Я верну тебе это!

И кинулся на меня с рубящим ударом сверху!

Я действовал еще раньше. Когда его ноги напряглись, я уже наполнил свое тело реацу и рывком сократил расстояние. А когда его меч поднялся для удара, мой уже прошел половину взмаха.

Итог – я перерезал ему трицепс на левой руке и шагнул в сторону от падающего на голову клинка.

Мы снова разошлись. Опять прошла лишь секунда, но мой меч снова в крови, а его чист, а левая рука повисла плетью.

Я дал противнику лишь пару вдохов на осознание того, насколько его превосходят. А потом пошел в наступление сам.

Бью сверху вниз, но по диагонали, целясь то левую, то в правую ключицу. Поймав мечом не особо крепкий блок Якурая, сделал шаг назад, оставаясь в стойке с занесенным над головой клинком.

Моя катана плавно, как маятник, качается вправо-влево, приковывая взгляд противника. Угроза правому плечу или левому, справа или слева, откуда?!

Если бы Фумио сейчас был на Арене, то проклинал бы мое имя до забвения. Это прием из его семейного стиля. Бывший друг или враг, пока это полезно, я научусь или перейму уловку.

Просто, очень просто. Но простые вещи часто эффективны. Будущий Третий Офицер из 11 Отряда мог бы многое сказать об этом. Его простой стиль перемены меча и ножен в руках во время боя, сколько голов он снял? Только Мадараме Иккаку знает ответ. Но счет наверняка идет за сотни.

Не важно, простой ли трюк или прием, важно кто им владеет и как.

Я ударил! Блок.

Следующий удар не случился, я просто дернул мечом, Якурай повелся и поставил пустой блок справа. Ха, вот ты и попался!

Удар слева! Клинок пробует плоть ключицы, рвет кожу и царапает кость. Рана тянется от плеча, через грудную мышцу вплоть до живота.

Враг шипит от боли и наотмашь бьет, как дубиной. Я отступил и снова гипнотически качаю клинок.

Темные глаза Якурая уже не обращают внимания на мое тело, следят только за мечом. Ошибка, недостойная второкурсника.

Я вздохнул. Слишком большие ожидания приносят разочарование. Он вообще не достоин того, чтобы я выкладывался на полную. Пора заканчивать.

Удар и вялый блок. Но на этот раз я не расцепляю катаны, а слегка давлю.

Я вдруг отпустил рукоять меча одной рукой, протянул два пальца, наставив точно на новую рану. Этот трюк тоже перенят, от бывшего врага.

- Щё!

Сила слабая, как удар кулаком. Но прямо в свежую рану.

Якурай закричал от боли, кровь плеснула так сильно, что я почувствовал на лице пару капель, форма тоже испачкалась. Но я даже в лице не изменился, глядя ровно в расширенные до предела зрачки противника. Да он в шоке.

И меч крепко не держит.

- Эх, - вздохнул я, сильным ударом вышибая клинок из рук Якурая. – Да ты и правда мусор.

Катана, звякая, катится по арене. Якурай зажимает грудь руками, в уголках глаз собираются слезы боли и унижения.

- Знаешь, первый удар мог быть в шею, - спокойно и холодно информирую придурка. – Но я бы ни за что не убил собрата студента. Как бы я посмел?

Мои глаза говорили ему иное. Якурай вздрогнул, резко повернул голову в сторону сотрудника и крикнул:

- Я сдаюсь!

Сотрудник внимательно наблюдал, скрестив руки на груди. У него из лица миру открыты только глаза и брови. Шапочка и маска все прикрывает. И правая бровь очень красноречиво изогнулась. Даже если он понял, протокол тут иной.

Я издал смешок.

- Он нас не слышит, забыл?

Якурай тяжело дышит от боли, смущения и унижения. Последняя искра неповиновения потухла, когда я снова начал поднимать катану.

Он рухнул на колени, склонил голову.

Спустя пару секунд барьер посинел и открылся