Читать книгу - "Мои воспоминания. Под властью трех царей - Елизавета Алексеевна Нарышкина"

семена любви и доброты. Я чувствую себя слабой, а при мысли о страшной насильственной смерти от рук солдат кровь приливает к голове и сердцу. Я знаю, что это солдаты по ночам носятся по нашим коридорам и с грохотом ломятся в наши двери, которые мы тщательно закрываем изнутри. Ужасное ощущение![1197]

17 марта. Впервые вышла, чтобы глотнуть свежего воздуха. Воспользовавшись прекрасной солнечной погодой, я прогуливалась с Мэри Бенкендорф на террасе. Юные великие княжны были в заснеженном саду с офицером охраны. Анна Вырубова старается привлечь к себе Коцебу, желая использовать его в своих интересах, но я сомневаюсь, что он станет жертвой ее интриг, для этого он слишком умен и хитер.

19 марта. Все очень печально. Все телеграммы, которые Императрица посылала Государю последние недели, сделались достоянием общественности. Императрица возмущена и, думаю, испугана. Враждебное отношение к ней возрастает. Будет ужасно, если дело кончится обвинительным приговором! Я бы очень хотела, чтобы им позволили уехать.

20 марта. Мы потеряли Коцебу. Анна Вырубова послала за ним и подчинила его своему влиянию. Императрица также слушает ее советы. Думаю, что она продумала все с самого начала, и ее власть над Императором так же велика, как и над Императрицей. Ко всему этому ловко примешаны оккультизм, мистика и дьявольские советы! Компромисс с Вырубовой невозможен. Мы полностью ее игнорируем, но императорская чета проводит у нее все вечера и только иногда приходит к нам поболтать о пустяках. Я сожалею об убийстве Распутина, это ужасное и низкое преступление. Невозможно таким образом предотвратить революцию, и она может произойти просто вследствие правления Протопопова.

21 марта. Только что выглянула в окно и увидела Императора на прогулке. Он идет впереди, затем Валя, за ними вахтенный офицер. Жуткая боль овладевает мной: вот до чего дошел тот, который владел всеми благами земли и преданным ему народом! Как прекрасно могло бы быть его правление, если бы он только мог понять требования времени! Важные события! Новый министр юстиции Керенский с новым комендантом[1198] и многочисленной свитой прибыли к нам с инспекцией и чтобы забрать с собой Вырубову. Императрица в отчаянии.

24 марта. Была у Императрицы. Говорили о предстоящем отъезде Вырубовой и о том, кто будет ее сопровождать. Она сердита на молодых фрейлин, так как во время болезни они не были у Вырубовой. Я ответила: «Это потому, что они знают, как много зла она Вам принесла». Императрица рассердилась и закричала: «Анна всю жизнь посвятила мне, это нехорошо с вашей стороны — так говорить о ней, я никогда не смогу вам этого простить!»

25 марта. Трогательное, возвышенное и бесконечно печальное богослужение. Священник[1199] прибыл, чтобы исполнить лишь то, что положено по службе, не говоря лишнего слова. Только в конце службы, протягивая нам крест для целования, он прознес короткое напутствие, в которое вставил несколько добрых, утешающих слов. Комендант и его люди присутствуют на богослужении от начала до конца и не спускают со священника глаз. Я была у Императрицы и посоветовала ей, ввиду приближающихся святых дней, забыть свой гнев в отношении фрейлин, которые всегда выказывали ей свою преданность. Меня тронуло, когда она сказала: «Император должен был отречься от престола для блага страны. Если бы он отказался, разразилась бы гражданская война. Самое главное — это благо России. Если его можно достичь без нас, тем лучше!» Позже меня навестил комендант. Он мне понравился: человек, который желает добра, убежденный республиканец, верящий в то, что общественное движение приведет к лучшему будущему, воодушевленный идеей завоеванной свободы[1200].

27 марта. День волнующих событий. Мэри прибежала мне сообщить, что перед Александровским дворцом выкопали ямы для захоронения жертв революции. После богослужения появился комендант и сообщил, что министр юстиции просит меня пройти в приемную Государя. Керенский сказал мне, что совершенно необходимо отделить Царя от Императрицы, и добавил: «Так как дети больше привыкли к отцу, чем к матери, я полагаю, что их нужно оставить с Императором». Я заметила, что он попал под влияние клеветников, которые изображают Императрицу плохой матерью, и сказала ему: «Это будет для нее смертью. Нельзя себе представить более нежную мать, чем она. Если дети болеют, как, например, сейчас, Императрица не покидает их ни днем, ни ночью. Ее дети — это ее жизнь!» Затем Керенский задал несколько вопросов о частной жизни Императрицы и в конце разговора добавил: «Если все так, как вы говорите, мы конечно должны оставить детей с матерью. Но в любом случае, учитывая новые сведения, найденные нами в бумагах мадам Вырубовой, супругов необходимо разделить»[1201]. Очевидно, эта глупая особа под влиянием негодяев, которые руководили ею, допустила неосторожность[1202].

28 марта. Говорят, что бумаги, найденные у Анны Вырубовой, носят весьма компрометирующий характер и могут иметь отношение к шпионажу и сепаратному миру. Если будет доказано, что это правда, то это может означать государственную измену, за которую полагается самое суровое наказание! Теперь мы знаем, что такой заговор действительно готовился, и участие Императрицы в попытках заключить сепаратный мир, а тем самым ее измена России неопровержимо доказана. Вечером я была у Императрицы. Она была возмущена приказами Керенского и все время говорила что-то бессмысленное. Она ничего не может понять и целый час кричала, пока не охрипла. Очень утомительно.

29 марта. Боюсь, что речи Императрицы дойдут до ушей членов правительства, которые тем не менее делают все возможное, чтобы помочь семье Императора. Я хотела бы, чтобы они поняли то, что я знаю давно, что речь идет о патологическом состоянии Императрицы! Только в этом ее оправдание, и, возможно, оно станет ее единственным спасением.

30 марта. Боткин со мной полностью согласен относительно состояния Императрицы. Он — один из самых порядочных людей, которых я знаю, и всецело предан Государю. Императрица так несчастна, что ей нужно все простить. Она попросила меня помолиться за Анну Вырубову, что я ей пообещала. Перед исповедью она написала мне трогательную записку: «Мое сердце так переполнено, что не хватает слов». Во время богослужения она казалась прекрасной, печальной и очень спокойной.

2 апреля. Пасха! Большой, прекрасный радостный день, вопреки всем человеческим печалям! Ночное богослужение и утренний прием у их величеств. Император обменялся мирным поцелуем со своими тюремными сторожами, они были растроганы, сегодня в полдень поздравления и раздача пасхальных яиц. Император подал мне одно со своей монограммой и сказал: «Сохраните его, ведь оно последнее». Будущее неизвестно. Все зависит от того, удержится Временное правительство или же власть