Читать книгу - "Великий переход. Американо-советские отношения и конец Холодной войны - Raymond L. Garthoff"

Внутренние события в Советском Союзе не только ограничили советскую политику, но и начали влиять на гибкость американской политики и даже на ее цели. Начиная с провозглашения независимости Литвы 11 марта 1990 года и ограниченных советских экономических "санкций в ответ (прекращение поставок нефти), активные элементы американского общественного мнения начали призывать Соединенные Штаты ввести санкции того или иного рода против Советского Союза в качестве ответной меры. В частности, от нормализации экономических отношений и экономических стимулов, обещанных Бушем на Мальте, пришлось частично воздержаться, хотя Буш воздержался от того, чтобы открыто связать такие меры с ситуацией в странах Балтии. 24 апреля 1990 года, к удивлению многих, он отказался от экономических санкций США против Советского Союза в ответ на советские экологические меры против Литвы. Торговое соглашение и просьба о предоставлении статуса наибольшего благоприятствования (РНБ) были, однако, отложены до тех пор, пока советское законодательство не обеспечит продолжение эмиграции (хотя эмиграция из Советского Союза была настолько велика, что США ввели некоторые ограничения на иммиграцию).

В период с февраля по май в ходе переговоров о количестве КРМБ, стремясь пойти навстречу Соединенным Штатам, советская сторона предложила ограничение в 760 (заявленная цель американской программы составляла 758 единиц, хотя на практике планы были сокращены до 637 единиц, и только 399 были профинансированы). Вместо того, чтобы изящно принять щедрое советское предложение, американские переговорщики, с одобрения Вашингтона, в бюрократической традиции непримиримого торга, настояли на разделении разницы между новым советским предложением в 760 единиц и последним американским предложением в 1000 единиц (произвольное число, выдвинутое в то время, когда Союз призывал к нулевым ядерным КРМБ). Таким образом, был установлен бессмысленный предел в 880 единиц, и советские переговорщики, которым было поручено урегулировать этот вопрос, не могли сделать ничего, кроме как капитулировать.

Это стало одним из многих пунктов, на которые советские военные и консервативные политические оппоненты позже ожесточенно напирали как на пример односторонних советских уступок в Договоре СНВ. Так оно и было. В сентябре 1991 года президент Буш, стремясь к смелым инициативам, обнаружил, что Пентагон вполне готов согласиться даже на односторонний отказ от развертывания всех КРМБ с ядерным оружием - на этот шаг быстро отреагировал Горбачев. Почему же тогда та же администрация так упорно отказывалась до февраля 1990 года даже рассмотреть вопрос об ограничениях на КРМБ, а в мае 1990 года настаивала на введении абсурдно высокого потолка в 880 единиц?

Соединенные Штаты также настаивали на аналогичной односторонней уступке по крылатым ракетам воздушного базирования (КРВБ), чтобы исключить американские, что по другим внутренним советским причинам произошло только в середине следующего года.

Растущая тенденция к независимости в некоторых советских республиках создала проблему для американских политиков. С одной стороны, Соединенные Штаты всегда выступали за национальное самоопределение и народное демо-кратическое выражение свободы выбора. С другой стороны, последствия бессистемной политической дезинтеграции могут привести к насилию, нестабильности и экономическим кризисам. Более того, пылкий местный национализм не всегда демократичен или уважает права меньшинств. Поэтому в 1989-91 годах администрация Буша отказалась поощрять или поддерживать дезинтегрирующий национальный сепаратизм в многонациональных государствах, таких как Советский Союз и Югославия, призывая к мирному разрешению национальных этнических и других разногласий. Страны Балтии - Литва, Латвия и Эсония - были особым случаем по историческим причинам (подкрепленным влиятельными настроениями значительной части американского населения литовского происхождения). Соединенные Штаты так и не смирились с их насильственной интеграцией в Советский Союз в 1940 году. Тем не менее, администрация Буша заняла на удивление сдержанную позицию и призвала к мирным переговорам этих республик с Москвой, чтобы добиться их независимости. Она также активно выступала за кулисами, убеждая в необходимости такого курса советских и прибалтийских лидеров.

Вашингтонский саммит

Вашингтонский саммит (31 мая - 3 июня 1990 года) проходил в мире, сильно отличающемся от того, который существовал, когда о нем только было объявлено, примерно за восемь месяцев до этого. Было заключено около пятнадцати соглашений, охватывающих широкий круг вопросов. Наиболее важным для укрепления отношений было решение Буша, принятое во время саммита, вопреки его первоначальному намерению, присоединиться к просьбам Горбачева подписать торговое соглашение, даже если оно будет представлено на рассмотрение.

Утверждение конгресса будет отложено до тех пор, пока не будет принято советское законодательство, разрешающее эмиграцию. Соглашения включали некоторые скромные и давно назревшие договоренности по контролю над вооружениями о двусторонних испытаниях ядерного оружия (протоколы о проверке, позволяющие ратифицировать ограничения на испытания, согласованные и подписанные в 1974 и 1976 годах) и ранее анонсированное соглашение о двустороннем сокращении химического оружия (80 процентов арсеналов обеих сторон, не дожидаясь всеобъемлющего запрета, обсуждаемого на многостороннем форуме). Другие соглашения были более рутинными: расширение обмена студентами, создание культурных центров, сотрудничество таможенных служб в борьбе с наркотиками, совместные графические исследования океана, сотрудничество в области мирного использования ядерной энергии, соглашение о морской границе в Беринговом море и о парковой зоне в Беринговом проливе, расширение соглашений о гражданской авиации и новое долгосрочное соглашение по зерну. Привычные темы региональных конфликтов (смягченные никарагуанскими выборами) и прав человека (смягченные в то время до более поздних балтийских репрессий) сопровождали соглашения по контролю над вооружениями и эти соглашения по многим аспектам двусторонних отношений. Эти традиционные четыре области обсуждения на саммите, как отмечалось, были расширены и добавлена пятая: транснациональные мировые проблемы, включая экологию, терроризм, мировые экономические проблемы, наркотики, здравоохранение, а также растущее внимание к межнациональным организациям и поддержанию мира.

В целом, несмотря на разочаровывающие результаты по СНВ, Вашингтонский саммит 1990 года показал, что американо-советские отношения в основном нормализовались и развивают новые области сотрудничества, а также служат для регулирования или урегулирования областей разногласий. К 1990 году американо-советские отношения, можно сказать, вернулись, по крайней мере, к высшей точке разрядки 1972-73 годов, с перспективой - хотя и не уверенностью - стать более постоянными и более кооперативными.

Одним из самых впечатляющих аспектов саммита стал его вклад, не очевидный в то время, в решение главного оставшегося вопроса между Востоком и Западом: соглашение об условиях воссоединения Германии. Буш вновь выдвинул аргументы в поддержку позиции, согласно которой