Читать книгу - "Стервочка Лиса - Лана Муар"

ночью». Где-то давно услышанная фраза тогда очень ярко и, главное, вовремя всплыла в памяти под хохот секретаря.

– Мальчики, большое спасибо.

Миронова вышла из дома следом за двумя перепуганными до усрачки курьерами, чиркнула в их планшете, протянула деньги и помахала на прощание ладошкой. А мальчики даже пересчитывать наличку не стали. Дверями хлопнули и рванули на своем фургончике на форсаже, что не могло не улыбнуть. Меня и Вику да, а их что-то не очень. Ещё и Гуль, стоящий рядом с Мироновой недремлющим часовым, зевнул во всю свою пасть, словно все происходящее ему настолько фиолетово, что в сон клонит. Рисуется. Коротко свистнув, я присел на корточки и похлопал подбежавшего пса по бочине. Тот лишь ткнулся мордой мне в колени и замотал кочерыжкой хвоста, негромко проворчав что-то недовольное. Соскучился засранец.

– Ну пойдем, посмотрим где твой братишка? – произнес я, поднимаясь, и пошел к крыльцу.

– Продукты в холодильнике, бар обновлен, Аллочка в каминной, – отчиталась Миронова, пропуская меня в дом.

Золото, а не секретарь. Все помнит, ничего не забыла. Тоже премию выпишу. Но в отпуск не отпущу. Да и сама она никуда не рвется. Как и Аллочка, прилипшая к дивану. Только если у первой причину такого нежелания отдыхать можно смело объяснить трудоголизмом, то у второй… Сидящий напротив ротвейлер вообще не особо располагает к каким-то поползновениям, а когда к нему присоединяется второй… Тут икнуть лишний раз побоишься. Что Аллочка и делала. Очень качественно. Как и минет. Ярко-красные пухлые губы сразу напомнили мне их обладательницу и то, что она ими вытворяет.

– Галл, Гуль, гость, – коротко скомандовал я, и оба пса моментально утратили интерес к девушке.

Синхронно повели носами, запоминая запах, и переместились поближе к камину на излюбленные кресла. Галл, перед тем как устроиться на своем, аналогично Гулю ткнулся в мои колени, здороваясь и бурча, а потом потрусил составить компанию братику.

– Привет, Зайка. Испугалась?

Аллочка испуганно покосилась на развалившихся ротвейлеров, потом посмотрела на Вику и кивнула:

– Очень. Елисей Гордеевич.

– Ну что ты, Зайка. Они же такие милашки.

– Милашки, Елисей Гордеевич, – кивнула она. – Только страшные.

– Как на работе? Никто не обижает?

– Нет, Елисей Гордеевич. Все хорошо.

Вот заладила хуже попугая. «Елисей Гордеевич, Елисей Гордеевич». Как будто я не знаю как меня зовут. Или думаешь, что Вика не в курсе зачем тебя сюда привезли? Шифруешься до победного? Угу. Как же. Приехала по зову шефа обсуждать бухгалтерские проблемы. С сумкой. И в платье, через декольте которого мне без особого труда видно полное отсутствие лифчика. Что-то не припомню, когда я вводил подобный дресс-код. Но такая «подготовка» не может не радовать.

– Виктория Александровна, вы можете быть свободны.

– Как скажете, Елисей Гордеевич. Из охраны останутся Твиксы, – отчеканила Миронова и оставила нас с Аллочкой наедине.

Ну как наедине? Галл с Гулем никуда не ушли.

– Ты голодная? – спросил я, подходя ближе к девушке.

– Нет.

– А вот я бы чего-нибудь съел. Чтобы потом… – недоговорив что именно будет потом, я довольно заулыбался.

В ответ на такую невинную шалость щеки Аллочки вспыхнули, а язычок предупредительно прошёлся по губам, оставляя на них влажный след. Ох ты ж, стесняшка-нимфоманка. Сразу с козырей решила зайти? И хотя определенный орган сразу же изъявил вполне адекватное желание отдаться на заклание этой губастенькой Зайке прямо здесь и сейчас, я повел ее на кухню. Нормально поесть у мартышки у меня не получилось. Так, больше закусывал, чем утолял голод. А заниматься акробатикой под урчание желудка я не люблю. Показал холодильник, опустился на стул и стал наблюдать. М-да… Из всего обилия продуктов Аллочка выбрала то, что по ее мнению подходило под понятие быстрого перекуса. И, черт побери, это могло быть что угодно, но не салат же! Меня аж передернуло от вида помидоров и огурцов. Ау, там ветчина лежит! Отрежь кусок потолще, хлебушек им накрой, а потом уже сверху свои помидоры лепи. Хрена лысого. Лучше бы Вика вообще про тебя промолчала. И если я докапывался до мелочей, то мой член плевать на них хотел. Он уже спал и видел, как Аллочкины пухлые губы обхватывают его и начинают посасывать. Ещё и она обернулась в этот момент. По глазам прочитала ход моих мыслей и без лишних разговоров потянула край спортивок вниз. Что там говорила Вика про пару дней и диету? О, да, Зайка! К черту этот салат. Я без него точно проживу.

Уже глубокой ночью мой телефон тренькнул пришедшим сообщением, и я сперва посмотрел на имя отправителя, а потом бесшумно выбрался из постели, оценив со стороны спящую в ней девушку. Вроде бы все при ней: красивая, фигурка шикарная, секс тоже на уровне. Только на постоянку не подойдёт. Пару раз в месяц перепихнуться – да. Но чтобы видеть ее лицо каждое утро… Не-е-е-ет. Не хочу. Сам не знаю почему, но не хочу и все. Сказать, что я удивился такому странному желанию завязать с разгульной жизнью, не скажу. Просто в какой-то момент времени поймал себя на мысли, что начинаю присматриваться к каждой, оказавшейся в моей постели, и примеряю их на роль, если не жены, то спутницы на более продолжительный, чем пара ночей, срок. И Аллочка на эту должность не тянула. Ещё и салат… Финальный штришок, разбудивший так и не насытившийся желудок. Я пошел на кухню и с каким-то диким восторгом откромсал от ветчины кусман в два пальца толщиной. Сварганил себе бутерброд и только после этого запустил пришедшее видео. Короткий, буквально в пятнадцать секунд, ролик, а на моих губах появился довольный оскал. Склады Палина полыхали так, словно их щедро облили бензином. Яркие языки огня поднимались практически до неба, освещая собой суетящихся вокруг пожарных. Я насчитал двенадцать машин, но сколько их там на самом деле меня особо не волновало. Затушить бушующее пламя они не могли, даже если и пытались. Большая часть видимых мне расчетов проливала соседние склады, чтобы огонь не перекинулся на них, а здания, принадлежащие Палину, никто толком не отстаивал. И с каждой секундой нанесенный им ущерб становился все больше, а стоимость акций «Сибила» меньше. Утром их, почти обесценившиеся, начнут скупать, и лев, то есть я, поставит очень жирную и эффектную точку.

9. Забава

Что сделает любой адекватный человек, когда на его голову свалится нехилая такая сумма денюжек? Наверное, понесет в банк и положит их на свой счёт. Может, купит что-нибудь весомое. Например, машину. Мне бы хватило точно, но я ж не любая и видимо не совсем адекватная. Доверие к банкам у меня испарилось несколько лет назад, когда эти (попытаюсь максимально корректно и без оскорблений) гандольеры штопаные заблокировали мою карту и все деньги тютюкнули в счёт погашения долга кого-то там хитросделанного. Не знаю каким долбоклюем нужно быть чтобы перепутать фамилии Путятина и Путилина, только это было бы еще половиной беды, но не заметить что у должника имя не Забава, а Карина… Я тогда чуть офис не разнесла. И претензию накатала, и судом угрожала. Фигушки. «Пока человек, на счет которого поступили деньги, не напишет заявление и не согласится вернуть ошибочно начисленную сумму, мы, к сожалению (ага, верю), сделать ничего не можем». За-ши-бись! Какая-то Карина Путилина набрала кредитов по самое не балуй, а я за нее один загасила. Вернёт она мне деньги? Угу. Сто раз. Эти пи… (ну вы поняли) ручками развели, и никто никому ничего не должен. Просто верх ответственности и показатель внимательности. После такого единственным банком, который видел мои кровные, стала трехлитровая банка из-под соленых огурцов с наклейкой «Июль 2017». Отменные огурчики, к слову, были. Смолотила и даже не заметила. Что-что, а все эти закрутки-варенья у тети Мани шикардосные! Вот. В общем, с банками все понятно. Теперь к чему-нибудь весомому перейдем. Пашка свой конвертик честно на три части распатронил и Юльке про одну рассказал. Вроде как на работе по ошибке начислили. Что делать будем, жена любимая? И тут я Юльку зауважала, если честно. Про