Читать книгу - "Я подарю тебе предательство - Лу Берри"

перепихона, быть не может. Ничего большего она ему никогда не даст. Никогда не станет задрюканной жизнью домохозяйкой, которая в поте лица варит борщи и жарит котлеты, а в перерыве между всем этим кормит спиногрызов своей отвисшей, растянутой грудью. Нет, она, Мила, была слишком хороша, чтобы до подобного опускаться. Для всего этого у Толи была своя собственная жена. Непритязательная бабенка, которой вообще за счастье тот факт, что у неё есть муж.

И Толика такое положение дел устраивало тоже.

А теперь эта его чёртова жена все испортила!

Жаба её, видимо, задушила, что он подарил Миле «Порше», вот и мстит теперь, корова драная! А башкой своей подумать не может, что таким, как она, подобные машины могут только сниться! Потому что такими, как она, мужчины пользуются по прямому назначению —как прислугой.

А столь дорогие подарки существуют только для таких, как Мила.

Корова никогда не будет достойно выглядеть за рулём такой тачки, она ей не по статусу и не по роже!

Мила буквально кипела от ненависти к этой бабе, чьего имени даже не знала, а может, просто не помнила. Но эта злость хотя бы перебивала на время страх, который она испытывала при мысли о разговоре с мужем.

И том, что будет с ней дальше.

ЕЙ ведь теперь откажут от приличного общества. За её спиной, а то и прямо в лицо, станут смеяться. Её больше не пригласят на солидные светские приёмы...

А если Николя с ней ещё и разведется..

По спине у неё побежал мороз. Она до полоумия боялась подобного развития событий.

Знакомые, грузные шаги в коридоре, постепенно приближавшиеся к её комнате, заставили Милу испуганно задрожать.

Как маленький ребёнок, она юркнула под одеяло, решив притвориться, что спит и ничего не слышит. ничего не слышит.

И все это происходит вообще не с ней!

Шаги мужа замерли перед дверью. Он требовательно, резко дёрнул ручку, но она, конечно, не поддалась.

ЕГО голос прозвучал не слишком громко, но веско, когда он сказал:

- Мила, открой. Немедленно.

Она замотала головой, отчаянно отрицая само его присутствие здесь, поблизости, за дверью.

- Уверена, что хочешь устроить ещё больше шума? — проговорил он. - Я ведь могу приказать выбить эту дверь к чёртовой матери.

Он так и не повысил голоса, но его слова все же заставили её испуганно подскочить с кровати. Мила неловко запуталась в одеяле, которое не сумело её спрятать от всего этого ужаса, как ей того хотелось, но все же дошла, дотянулась до двери...

Открыла.

Николя все ещё выглядел абсолютно белым, как восковая посмертная маска, которую ей как-то раз довелось видеть в каком-то скучном до ужаса музее. Он шагнул в спальню, закрыл дверь изнутри.

Спросил:

- Как ты могла? Ты меня опозорила.

- Это не я, а эта дрянь тебя опозорила! — взвизгнула Мила. — Это она устроила этот скандал!

- Она мне никто. А ты — моя жена. И ты меня обманула, предала. Ты мне изменила.

Он не кричал — напротив, голос его звучал безжизненно, опустошенно, но каждое слово давило на Милу бетонной плитой.

Она зарыдала, бросилась ему в ноги...

- Я ошиблась... Он меня совратил! Проходу не давал, преследовал и...

Николя слабо отпихнул её ногой.

- Ну конечно же. Мила, не смеши, мы в каком веке? Ты не девочка невинная, чтобы тебя совращать. Может, скажешь еще, что трусы с тебя сами упали, когда ты с ним...

Он не договорил, словно бы до сих пор не мог поверить, что все это реальность.

Помолчав, продолжил.

- А совратил он тебя, видимо, тем самым «Порше». Мы ведь оба знаем, как ты падка на дорогие вещи. Кстати, где машина? Почему я ни разу её не видел?

Мила застыла. Она не позволит отобрать у неё эту тачку! Это была её подушка безопасности!

- Эта корова наврала! Я ничего не знаю ни о каком «Порше»!

В глазах мужа засветились презрение и разочарование.

- Ты правда хочешь, чтобы я дошёл до просмотра записей с камер, о которых она упоминала?

Милу снова накрыла паника. Лихорадочно соображая, она начала придумывать.

- Это был не мой «Порше»! Я у подруги одолжила прокатиться, чтобы решить, нужна ли мне такая машина, надо ли просить у тебя... Я понятия не имею, с чего эта дура взяла, будто тачку купил её муж! Он, видимо, от неё ещё с несколькими бабами гуляет! И неудивительно, с такой-то овцой жить!

Яд из неё так и лился, мешаясь с ненавистью, которую она не могла сдержать. Эта сучка почти разрушила всю её жизнь.

- Дурой она не выглядела, - спокойно заметил Николя. - В отличие от тебя, Мила. И я глубоко поражён, что ты, раз уж пошла на измену, не смогла хотя бы найти кого-то, кто не путается, как ты выразилась, ещё с несколькими бабами.

Мила растерялась. Мысли в голове мешались, паника мешала соображать.

Она только и смогла, что спросить...

- И что теперь.

- А теперь. ты пойдёшь и обследуешься на венерические заболевания - я должен быть уверен, что ты ничем меня не заразишь. А еще больше никогда не будешь общаться с этим «Анютой». И если я еще хоть раз поймаю тебя на чем-то подобном или просто даже заподозрю, что ты с ним общалась. или ещё хуже - нашла нового любовника... ты знаешь, что будет.

Она и в самом деле знала.

Не добавляя больше ни слова, Николя вышел из спальни, а Мила так и осталась сидеть на полу, не находя в себе сил подняться.

Неужели все обойдётся?

 

 

13.

Я успела захлопнуть багажник и как раз собиралась было направиться к водительской дверце, чтобы сесть и уехать отсюда, как вдруг заметила, что неподалёку кто-то стоит.

Резко обернулась. Сомнений не было — человек наблюдал именно за мной Осознав, что я его наконец заметила, он улыбнулся и шагнул ко мне ближе. Заговорил...

- Я вас испугал? Извините, совсем этого не хотел.

Я невольно отметила, что у него был мягкий голос, приятный слуху. Улыбка — столь обаятельная, что это можно было классифицировать как отдельный вид оружия...

И сам по себе — привлекателен. На вид лет сорока или около того. Высокий рост, светлые волосы, серые глаза. И именно эти глаза со стальным блеском ясно говорили о том, что внешность и голос этого мужчины обманчивы.

Я выдохнула. Понятия не имела, чем так могла