Читать книгу - "Танго над бездной. Эскалации - Александр Гельевич Дугин"

поделки – это импортозамещение, просто скопированный ChatGPT с несколькими дополнительными ограничениями, чтобы угодить начальству.

Захарова подняла важную тему: о суверенизации ИИ. Но она тут же обнажает другую тему – о суверенизации интеллекта вообще, о русском суверенитете духа, ума. Говорить серьезно о ИИ нельзя без не менее серьезного разговора об «И».

Мы лет триста живем в интеллектуальном контексте, сформатированном Западом. Таковы наши науки, наша политика, наша культура, наша экономика, наша технология. Это жизнь взаймы. Мы проживаем не свою жизнь. Запад не просто входит в нас сейчас вместе с ИИ, что верно интерпретирует Захарова как имперИИализм. Запад давно вошел в нас как «И». Мы живем не своим умом. Считая Россию частью западной цивилизации, а это началось не с большевиков, а с Петра, мы растеряли русские смыслы и не собираемся их восстанавливать. Все что мы понимаем под наукой, политикой, культурой, искусством все западное, все импортное, все скопированное. «Творческое» развитие происходит от того, что мы понимаем заимствование лишь отчасти, ведь нам непонятны контексты происхождения, это не наш опыт. Россия с Петра – это псевдоморфоз, археомодерн, карго культ.

Необходимо девестернизировать наше сознание: к русскому ИИ

Но было и не только это. Были славянофилы и евразийцы, был Иоанн Кронштадтский и Антоний (Храповицкий), были Тихомиров и Солоневич, был Флоренский с его христианской физикой и С. Булгаков с его христианской экономикой. И они предпринимали отчаянные попытки сделать «И» снова русским, девестернизировать русское сознание. Каждый их шаг для цивилизации, чей «И» похитили, заместив чем-то чужим, на вес золота.

Чтобы подойти к проблеме русского ИИ, даже просто корректно поставить ее, необходимо вначале пробиться к русскому «И», деколонизировать наше сознание. Сегодня же практически все институты, отвечающие за гуманитарную парадигму, плотно захвачены западничеством, хуже – западным универсализмом – либо в либеральной версии, либо в инерциально коммунистической. От Академии наук до школ. А там, где есть робкие попытки импортозамещения, они не идут дальше: «Алиса, чей Крым?» И даже к этому не идут. А копнешь чуть глубже, там чистый гендерный прогресс.

С этим столкнулся Маск, который задался целью создать нелиберальный ИИ – anti-woke. Он обнаружил, что мало научить Grok приводить не одну позицию (либералглобалистскую в духе Сороса и его дичайшей цензуры), а несколько (в том числе консервативную). Само ядро ИИ остается структурированным в соответствии с либеральными установками. Когда Маск снял ряд запретов, Grok 4 заговорил речами Гитлера. Маск тут же все вернул назад. А он всего лишь пытался сместить акценты в рамках западной идеологии. И вот с чем столкнулся.

Перед нами же, чтобы избежать колонИИзации (М. Захарова), стоит намного более трудная задача. Речь идет не о косметической коррекции западной парадигмы, а о ее демонтаже и о построении суверенного русского ИИ на основе суверенного русского «И». Слава богу, что сейчас эта проблема осознана Президентом, Администрация Президента включилась, Министерство науки и образования предпринимает определенные целенаправленные и системные действия. МИД, активно продвигающий многополярность, также стал приоритизировать эту тему. Это замечательно. Но это даже не начало, а подготовка к началу, нулевой цикл.

Кстати, таких моментов в нашей истории, когда мы всерьез задумывались о нашей цивилизационной идентичности, было не так много: XV–XVII века (Москва – Третий Рим), славянофилы в XIX веке, в XX веке вначале (Серебряный век, Блок, Клюев) и в эмиграции – и вот сейчас.

Неоконы или деменция?[93]

Новый виток эскалации

Татьяна Ладяева. Мы продолжаем следить за событиями вокруг атомных подводных лодок, которые, предположительно, находятся вблизи России по указанию президента США Дональда Трампа. Об этом он, по крайней мере, заявил на недавней встрече с прессой. Конкретный район при этом не уточняется. Напомню, что этому предшествовала публичная перепалка с заместителем председателя Совета безопасности России Дмитрием Медведевым. По мнению Трампа, Москва теперь открыто угрожает Вашингтону. Так ли это? Давайте разберем ситуацию по полочкам.

Александр Дугин. Да, к большому сожалению, эскалация нагнетается. За последние две недели, а возможно – даже за неделю, произошли серьезные изменения.

Трамп фактически полностью отказался от курса, заявленного в предвыборной кампании и сразу после прихода к власти. Мы методично анализировали его поведение в программе «Эскалация». Я переоценил его последовательность и зависимость от электоральной базы, полагая, что он будет придерживаться своей реалистской позиции в международных отношениях, за что его и выбрали. Но он отошел от этого – не на уровне мелких корректировок или колебаний, а от самого вектора. Об этом убедительно говорил Алекс Джонс, один из самых преданных сторонников Трампа. Теперь об этом говорят его сторонники: Такер Карлсон, Кэндис Оуэнс, Джеффри Сакс, Джон Миршаймер – они возлагали надежды на его шаги, ведь его противники, глобалисты и либералы, – это то зло, которое Америка отвергает. Но Трамп разочаровывает не только противников, но и сторонников. Его действия становятся все менее предсказуемыми для них – именно для них, а не для всех остальных.

Поэтому наш анализ требует корректировки. Трамп действует крайне агрессивно, по сути – реализуя политику неоконсерваторов, хотя изначально выступал против них. Неоконсерваторы – те же глобалисты, но более циничные, откровенные, бескомпромиссные. Если леволибералы говорят о мировой демократии и многостороннем сотрудничестве, неоконсерваторы заявляют: «Какое сотрудничество? Мы – главная гегемония, подчиняйтесь, или уничтожим». Это та же глобалистская повестка, но без маски – агрессивная и циничная. Трамп выступал против неоконсерваторов и левых глобалистов, а теперь проводит их политику.

С этим связана эскалация напряженности с Россией. Приходя к власти, он утверждал: «Это не моя война, ее развязали глобалисты – левые, правые, Байден с Вороном. Это война Байдена, я ее завершу. Я знаю как: позвоню, остановлю поставки оружия Украине, и мы как-нибудь решим это с выдающимся суверенным лидером России Владимиром Путиным». Он обещал это, рассчитывал на это, но все пошло иначе.

Трамп отказался от своей MAGA-стратегии. Не знаю, сохранились ли ее элементы – похоже, их нет. Он занял позицию классических неоконсерваторов, вернувшись к подходу Байдена: безоговорочная поддержка нацистской хунты, стремление нанести России стратегическое поражение, давление всеми средствами, включая угрозу прямого ядерного конфликта с Москвой.

Это был ключевой аргумент Трампа при приходе к власти: «Байден довел две великие державы до грани ядерной войны. Мы это исправим, будет мир, никаких ядерных угроз». Американцы поддержали: «Отлично, голосуем за вас, нам нужна эта программа». Какое-то время Трамп держался, но то, что мы видим в августе 2025 года, – это политика Байдена, только более откровенная и