Читать книгу - "Философские диалоги - Джордано Бруно"

нас,И пусть твои движеньяИсторгнут слово восхищенья:Мучитель наш врачует нас на диво!»Она ж в ответ: «О любомудры, знайте:Вот чаша здесь со влагою другой!Ее открыть нельзя моей рукой;Вы сами с чашей этойИдите вдаль и вглубь по свету,Во всех отважно областях пытайте.Решеньем рока, миру на потребу,Лишь мудрости в единстве с красотой,Слиянной с благородной добротой,Дано снять крышку с чаши;Иначе все усилья вашиНе смогут предъявить ту влагу небу.И тот из вас, кто из прекрасных дланейЦелебной влагой будет окроплен,Высокую познает милость он,И для его мученьяЖеланное придет смягченье,И он узрит двух дивных звезд сиянье.Но остальных пусть зависть не тревожит,Как долго бы для них ни длился мрак;Под небосводом не бывает так,Чтоб радость награжденьяНе стала платой за мученья, —Там, где старанье человек приложит!Вот почему дороже всех жемчужинТеперь для вас должна явиться та,К которой приведет вас слепота:Пусть бьет она жестоко,Но так ее лучисто око,Что свет иной для мудреца не нужен».Но мы устали! Слишком долго времяВодило наши бедные телаДорогами земли, и принялаНадежда наша нынеОбличье миража в пустыне, —Все, что манило, превратилось в бремя.Злосчастные! Как поздно мы нашли,Что та колдунья хочет за страданьяНас обмануть миражем, ожиданьем,Считая, что напрасноПоверим мы обманщице прекрасной,Не угадав в небесных ризах лжи.Но если впрямь бесплодны ожиданья,Смиренно примем то, что шлет нам рок,Из наших тягот извлечем урокИ робкою стопою,Бредя житейскою тропою,Влачить мы будем наше прозябанье.О нимфы Темзы, вы, что игры вашиВедете по зеленым берегам,Позвольте с просьбой обратиться к вам:Дерзнуть попыткой смелойОткрыть для нас рукою белойТо, что судьба укрыла в этой чаше.Как знать! Быть может, здесь, где с моря волныНесут в своих быстринах Нереид,Где в Темзе, снизу вверх, прилив стремитШирокое теченье, —Предначертало провиденьеЗамок снять с чаши, дивной влаги полной!

Одна из нимф взяла чашу в руки и, не предпринимая ничего другого, предложила ее нимфам, одной за другой, так как не нашлось ни одной, которая осмелилась бы первой открыть чашу. После этого, полюбовавшись чашей, все с общего согласия поднесли и предложили ее из почтения и уважения одной-единственной.

А эта, не столько для испытания своей славы, сколько из жалости и желания попытаться помочь несчастным, еще колебалась, волнуясь, как вдруг чаша открылась сама собой.

Вам хочется, чтобы я передал, как и сколько рукоплескали нимфы? Можно ли поверить, что я в состоянии выразить крайнюю радость девяти слепых, когда они услышали, что чаша открывается, ощутили течение струи желанной воды, открыли глаза, увидели два солнца и обрели двойное счастье? Одно состояло в возвращении когда-то потерянного света, другое в том, что вновь было найдено то, что само по себе уже могло показать им образ высшего блага на земле. Как хотите вы, чтобы я описал их радость, выраженную голосом, душой и телодвижениями, когда они и сами не смогли бы передать это?

Тут же началось зрелище буйных вакханалий наподобие тех, которые кажутся сновидениями и нереальностью.

Затем, когда несколько утих порыв восторга, они стали в круг и:

[73]ПЕРВЫЙ ЗАИГРАЛ НА ЦИТРЕ И ПРОПЕЛ СЛЕДУЮЩЕЕ:О кручи, о шипы, о бездны, о каменья,О горы, о моря, о реки, о луга, —Какие дивные таятся в вас блага!Своею помощью не вы лиНам таинства небес открыли?О наших быстрых ног счастливое движенье!ВТОРОЙ ЗАИГРАЛ НА МАНДОЛИНЕ И ПРОПЕЛ:О наших быстрых ног счастливое движенье!Цирцея дивная! О ты, венец трудовУнылых месяцев, оплаканных голов!О дивных милостей отрада!Она пришла для нас, награда,За бремя стольких мук, и тягот, и томленья!ТРЕТИЙ ЗАИГРАЛ НА ЛИРЕ И ПРОПЕЛ:За бремя стольких мук, и тягот, и томленьяМы в гавань прибыли, укрытую от бурь.Восславим же теперь небесную лазурь!Закрыло небо пеленоюНаш взор с заботою одною:Чтоб солнце сквозь туман явить нам в заключенье.ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАИГРАЛ НА СКРИПКЕ И ПРОПЕЛ:Чтоб солнце сквозь туман явить нам в заключенье,На долгие года закрыл нам зренье мрак.Вот цель, что выше всех земных утех и благ, —Забота, полная тревоги,Чтоб к свету нас вели дороги,Чтоб к низким радостям забыли мы стремленья.ПЯТЫЙ ЗАИГРАЛ НА ИСПАНСКОМ БУБНЕ И ПРОПЕЛ:Чтоб к низким радостям забыли мы стремленья,Чтоб высшую мечту в желания вдохнуть,Единственный для нас был уготован путь,Который нам явил сегодняТворенье лучшее господне, —Заботливой судьбы здесь явно попеченье!ШЕСТОЙ ЗАИГРАЛ НА ЛЮТНЕ И ПРОПЕЛ:Заботливой судьбы здесь явно попеченье;К утехам от утех сплошной дороги нет,И беды не ведут вслед за собою бед;Все движется коловращаясь,То поднимаясь, то спускаясь,Как день и ночь ведут чредой свои явленья.СЕДЬМОЙ ЗАИГРАЛ НА ИРЛАНДСКОЙ АРФЕ И ПРОПЕЛ:Как день и ночь ведут чредой свои явленья,Как прячет в темноте покров светил ночных,И солнечный полет, и блеск лучей дневных,Так правящий судьбой вселеннойЗаконом силы неизменнойНесет простым венец, а знатным униженье.ВОСЬМОЙ ЗАИГРАЛ СМЫЧКОМ НА ВИОЛЕ И ПРОПЕЛ:Несет простым венец, а знатным униженьеТот, кто механике пространств дал точный ход,Кто быстро, медленно иль мерно их ведет,Вращенье их распределяя,С пределом масс соизмеряя.Загадки естества раскрылись постиженью!ДЕВЯТЫЙ ЗАИГРАЛ НА РОЖКЕ:Загадки естества раскрылись постиженью!Не отрицай, — скажи, что близится конецБезмерному труду, что уж готов венецЕму среди пространств веселых,Средь гор и рек, в лесах и в долах,Где кручи, где шипы, где бездны, где каменья?

После того как каждый в этом же роде, играя на своем инструменте, спел свою секстину, все вместе, приплясывая в хороводе и играя в честь единственной Нимфы, с нежнейшей гармонией пели песню, которую, не уверена, точно ли я запомнила.

Юлия. Дай же мне, пожалуйста, сестра, послушать то, что припомнишь.

Лаодомия.

ПЕСНЬ ПРОЗРЕВШИХ[74]«Зачем питать мне зависть к небесам, —Сказал Нептун, надменно улыбаясь, —Когда так полно наслаждаюсь,О Зевс, я тем, чем обладаю сам?»«А чем ты горд? — ответил Зевс ему, —Свои богатства чем ты приумножил?Чем буйство волн ты растревожил?И спесь твоя раздулась почему?»«Пусть ты царишь, — сказал властитель вод, —В том светозарном небе, где пылаетСтезя, которой пробегаетТвоих светил несметный хоровод;И пусть меж ними солнце — всех светлей;Однако же оно не так прекрасно,Как та звезда, которой властноЯ вознесен над гордостью твоей.В моих водах, не знающих преград,Лежит страна-счастливица, в которойСтруится Темзы ток нескорый,Пристанище прелестнейших наяд;Средь них одна — других стократ милей;И даже ты, о грозный Зевс, не споря,Отвергнешь небо ради моря,Чтоб видеть солнце меркнущим пред ней!»Но Зевс ответил: «Не допустит рок,Что кто-либо затмил меня блаженством!Однако можешь ты равенствомМне уподобиться, о водный бог:Твоя Наяда — солнце вод твоих;Но и по тем же вековым законам,В другой стихии отраженным,Она есть солнце и для звезд моих!»

Юлия. Следует признать, что у нас с тобой достаточно данных как для заключения нашей темы, так и для стихов, требуемых при окончании стансов.

А если я со своей стороны, по милости неба, обрела красоту, то полагаю, что мне этим оказана большая милость; ведь какова бы ни была моя красота, она стала в известной мере орудием