Читать книгу - "Русские народные сказки и суеверные рассказы про нечистую силу - Александр Евгеньевич Бурцев"

Когда Спинка возвратился домой и объяснил ему, что старуха хочет сама побывать у него, то барин велел тотчас своему верному кучеру, по прозванию Хребтинка, заложить лошадь в тарантас и съездить за старухой.

Хребтинка уехал за старухой, а барин тем временем приказал людям убить ворону и поставить ее в печь жарить, а когда старуха приедет, то подать ее к столу.

«Если она узнает, — думал барин, — то, значит, она колдунья».

Вскоре возвратился Хребтинка и привез старуху. Ее ввели в барские покои, и барин приказал подать ей с дороги выпить и закусить.

Старуху посадили за стол и стали угощать.

А старуха села и говорит сама про себя:

— Залетела ворона в барские хоромы.

Барин взглянул на слуг и сказал потихоньку:

— А ведь и правда, она, должно быть, колдунья?

Потом барин и говорит ей:

— Вот, бабушка, если ты найдешь мне украденные у меня деньги, то я дам тебе сто рублей и корову.

Старуха страшно обрадовалась посуленному; но как заработать этот посул, она не знала. Однако нужно же было что-нибудь делать. Вот она и говорит барину:

— Прикажи, барин, баню истопить, да пожарче: мне это необходимо нужно.

Барин приказал немедленно же натопить баню.

Старуха-ворожея (рис. Л. Альбрехта)

В непродолжительном времени баня была готова. Барин приказал отвезти старуху в баню на лошади, так как баня была неблизко от дома, а старухе пешком идти тяжело.

Подали тарантас и сказали старухе, чтоб она собралась ехать в баню. А в то время, когда в этот тарантас закладывали лошадь, верные барские слуги Хребтинка и Спинка, чуя себя не совсем чистыми перед барином и боясь, чтобы старуха и вправду своим колдовством не указала на воров и на покражу, они взяли ящик, наклали в него яиц и поставили его под сиденье тарантаса, для того чтобы колдовство старухино потеряло свою силу и она не могла бы найти ни виновных, ни пропажи.

Вот старуха вышла из дому и стала садиться в тарантас. Садится и говорит сама про себя:

— Сажусь, как курица на яйца.

Спинка с Хребтинкой переглянулись и повезли старуху в баню. Приехали туда; она вошла париться, а они залезли в это время в подполье, чтобы узнать, что будет старуха делать в бане. А старуха разделась, взяла веник, залезла на полок и давай хлестать себя веником. Хлещет, а сама приговаривает:

— Что будет спинке, то и хребтинке.

Услыхали это верные слуги барские и закричали из подполья:

— Голубушка, бабушка, деньги-то мы украли. Они целы и лежат на дворе под яслями.

Так и открылась покража. Старуха получила обещанные ей 100 рублей и корову и стала жить со своим стариком без нужды.

Рассказ крестьянина Семенова

Крестьянин Юрьевецкого уезда, человек бедный, вдруг разбогател. Завел торговли, открыл трактир и построил водяную мельницу. Дела у него пошли бойко, расторговался, и в какие-нибудь 4–5 лет его в уезде считали уже стотысячником. Человек он был добрый, ссужал крестьян деньгами, выручал из нужды и ни с кого не брал никакого процента. Но на шестом году с ним случилось несчастье. Сидит он раз на плотине своей мельницы и в задумчивости смотрит на воду. Домашние и однодеревенцы еще раньше заприметили, что богатый начал о чем-то задумываться, ходит такой хмурый и мало с людьми говорит. Так полагали, что он обдумывает какое-нибудь новое большое дело и ничего дурного не помышляет. Вот сидел он на плотине, долго сидел и глаз с воды не спускал. Рабочие с мельницы, хотя и видели — хозяин что-то долго засиделся на плотине, но тоже ничего дурного не помыслили. Сидит так сидит, верно, над делами голову ломает. Вдруг хозяин вскрикнул благим матом, вскочил и, как был в чем одет, бросился в нижний омут. Работники увидали, в лодку с баграми и принялись хозяина отыскивать. Все места ощупали и на дно ныряли — нигде не находят. Одному пришло в голову под мельничное колесо заглянуть, крикнул «запереть воду»; колесо остановилось, и работник нырнул. Скоро показалась его голова.

— Волоку, — проговорил.

Другие к нему бросились на помощь, вытащили хозяина, раздели, принялись откачивать. Бог помог: откачали. Но хозяин только сутки прожил. Перед смертью открыл, что его водяной под колесо затащил.

— А за то меня Бог наказал, — поведал близким и соседям, — что я чужим добром покорыствовался. Шесть годов назад один купец в городе обронил 20 тысяч, я поднял и затаил, пожалел расстаться с чужими деньгами. А купец тот, как я после сведал, жизни себя самовольно лишил и семейство свое бесчастным оставил. С этого раза я и в мыслях помутился, стал все о купце думать, дак как бы семейству его деньги возвратить. Но опасался, чтобы к суду меня за утайку не притянули. Об этом я только все и думал. Вчера сижу на плотине и думаю, как мне чужое добро возвратить. Почтой послать — сведают, прямо на руки отдать — еще хуже. Разве поехать да как подкинуть? Раскидываю в уме, так-то и поглядываю на речку. И вдруг покойник-то из повыглянул и промолвил: «Что ты со мной сделал? Загубил мою душу и детей с женой обездолил». У меня волосы дыбом встали, закричал и кинулся бежать, думал, на мельницу, ан прямо в реку и упал. Как только я очутился в реке, меня водяные и схватили и потащили под колесо — глубь там страшную выбило. Уж и мучили же они меня, щипали, когтями скребли — ни одного, чай, живого места у меня на теле не осталось.

Сделал распоряжение при свидетелях сыну, чтобы тот вдове покойного 30 тысяч отвез и отдал ей под записку. Священнику то же самое объявил, должно, опасался: сын-то не утаил бы. Умер. Когда, это, стали обмывать, так люди ужаснулись: все тело в синяках да кровоподтеках. Вот как его водяные-то уходили.

Записано Г. Нефедовым

Рассказ про змея

<…> Молодочка рада-радехонька (с этого) муженьку; раз муж и стал ее по ночам навещать, сперва раз в неделю, потом по два и по три раза, а дальше зарядил уже каждую ночь ходить. Бабочке любо, что с милым мужем часто видается, но домашним об этом ни гу-гу. Свекровь или свекор когда спросят: «Куда ты это