Читать книгу - "Жизнь Степана Бандеры: терроризм, фашизм, геноцид, культ - Гжегож Россолински-Либе"

оказались не симпатии к большевизму, а национальный российский империализм, который вошел в кровь всего российского народа»1691. В другой статье он писал: «Коммунизм - это важнейшая скрытая форма московского империализма»1692. Бандера снова планировал осуществить антисоветскую революцию, пытаясь вовлечь в этот процесс другие националистические движения, что напоминало концепцию всенародной революции 1940-1941 гг., с предполагаемым участием в ней различных крайне правых движений. В 1946 г. Бандера писал: «Мы ставим знак равенства между украинской революцией и освобождением всех угнетенных большевиками народов»1693. Для этих

целей ЗЧОУН намеревались мобилизовать массы не только в Украине, но и в других республиках СССР. Всенародная революция начнется тогда, «когда в сознании масс всех [революционных] народов возникнет понимание идеи, что борьба каждого народа является в такой же мере нашей общей борьбой, как и борьбой каждого народа»1694.

В статье Слово до Українських Націоналістів-Революціонерів за кордоном, которую планировали распространить в 1948 г. на территории Западной Украины, Бандера явным образом отрицал, что ОУН(б) симпатизировала нацистской Германии в 1941г.: «Некоторые упрекают [ОУН(б)] в использовании в Акте от 30 июня 1941 года дружественных по отношению к Германии жестов и фраз. Поскольку наша правда ясна и чиста, в этом деле пора сказать откровенное слово и прекратить изображать действительность в фальшивом виде. Мы всегда подчеркивали независимость украинской политики, которая руководствуется только украинскими интересами, а вовсе не заигрыванием (неэффективным!) с чуждыми силами»1695.

В той же статье Бандера опустил несколько фактов, обнародование которых могло скомпрометировать его движение. Признавая, что интересы ОУН(б) совпадали с немецкими, он не упомянул, что в 1941 г. Стецько направлял письма лидерам фашистских государств, а ОУН(б) в это время рассчитывала, что ее государство станет частью «Новой Европы». В его апологетическом нарративе умалчивалось о том факте, что в 1941 г. программа украинских националистов по целому ряду важных вопросов очень напоминала программу нацистов. Так, обе стороны были заинтересованы в уничтожении украинских евреев (они считали их коммунистами, паразитами и чужеродной расой)1696. В той же брошюре Бандера призывал украинских повстанцев продолжать борьбу, а рядовых украинцев - жертвовать своей жизнью: «На каждом этапе национальной борьбы, во всех ее проявлениях украинская нация оставила гекатомбы жертв, лучших своих сынов. Но не зря. Все они [принесенные в жертву украинцы] укрепляют дух украинской нации...»1697. Он призывал людей сражаться и умирать - несмотря на то что ОУН-УПА, будучи значительно слабее своего противника, очевидно, и не могли одолеть СССР (поскольку, как минимум, имели проблемы с оружием, снаряжением, санитарным обеспечением и пр.). Это свидетельствует о том, что Провідник не ценил человеческую жизнь и рассматривал жителей Украины как средство для достижения своих священных целей.

В послевоенное время к понятию «демократия» у Бандеры было Двоякое отношение. С одной стороны, он утверждал, что демократия была предательством украинского национализма. Когда представители группы Лебедя, ОУН(з) и ЗП УГВР заявляли, что они придерживаются

демократических принципов, Бандера настолько возмущался, что называл их коммунистами или большевиками. Демократические взгляды были для него признаком «социально-политического примитивизма и группового эгоизма»1698, предательством священных революционных и националистических идеалов. Демократия, в понимании Бандеры, размывает грани между коммунизмом и национализмом, и поэтому он считал ее большевистской провокацией. С другой стороны, Бандера всегда возмущался, если кто-то извне организации называл ЗЧОУН недемократическими. Впоследствии он утверждал, что только «противники украинского национального движения» обвиняют ЗЧОУН в недемократичности, тоталитаризме или фашизме1699.

Ясно, что Бандера не усматривал ничего плохого в том, что деятельность ОУН и УПА имела ультранационалистический и криминальный характер. Он считал, что только такое движение может эффективно бороться против СССР (людей, требовавших «демократизации» ОУН и УПА, он объявлял предателями и коммунистами)1700. В том же духе Бандера протестовал против «международного бойкота» Испании и Франко. Он утверждал, что упрек в адрес Франко является жестом большевизма, а не демократии. Говоря коротко, у Бандеры никогда не было проблем с признанием тоталитарного характера СССР, но ему было трудно критиковать такие государства, как фашистская Италия, нацистская Германия или франкистская Испания. Для Бандеры фашизм и крайне правый авторитаризм были законными государственными системами: их преимущество перед демократией состояло в том, что они были дистанцированы от коммунизма в большей мере, чем демократия. Нацистская Германия была злом не потому, что она уничтожила европейское еврейство и миллионы других мирных жителей, а потому, что она была империалистической и не позволила ОУН(б) создать украинское государство1701.

Не меньшим злом, чем коммунизм или демократия, Бандера считал материализм, «продукт совершенно иного, чуждого духа». По словам Бандеры, «материалистическое мировоззрение было внедрено в украинскую жизнь частично за счет иностранной колонизации Украины, а частично - за счет социализма». В Украине такой порядок мысли ввели коммунисты: «чтобы уничтожить душу, сущность и самобытность украинской нации, подчинить украинский народ и украинского человека в податливый для целей Москвы объект»1702.

В своих трудах Бандера, подражая Донцову, особо выделял силу идеологии и значение українського визвольного руху1703. Идеология украинского национализма была у него тесно связана с Богом и религией: «Великая, яркая идея украинской нации, борьба

за свободу Украины и за правду Божью на украинской земле - вот что составляет неиссякаемый источник силы нашего движения... Бог освящает и поддерживает нашу борьбу за правду, против кровавого царства сатаны»1704.

Бандеровская концепция нации основывалась на онтологии и расовой теории. Он не только неоднократно подчеркивал «особенность украинской нации», но и рассматривал ее как организм или как человеческое существо. Он считал, что крушение коммунизма и образование украинского государства позволят его гражданам развивать «свой социальный порядок, соответствующий потребностям и желаниям всего украинского народа, который гарантировал бы украинской нации лучшее развитие, а всем гражданам Украины - всестороннюю свободу, справедливость и богатство»1705.

Критика Бандерой СССР носила не только идеолого-пропагандистский, но и ритуальный характер. Он снова и снова повторял одни и те же или слегка модифицированные антисоветские фразы. Бандера, безусловно, был прав, когда предпринимал свои пропагандистские крестовые походы против СССР и осуждал тоталитарный характер этого режима, но глубоко антидемократический характер его критики не позволял ему четко артикулировать, что СССР был тоталитарным государством, власти которого систематически нарушали права человека и арестовывали, депортировали и убивали миллионы невинных людей. Вместо этого он, подобно греко-католическому священнику, разделил вселенную на хороших и плохих, на черных и белых. Коммунизм, СССР, коммунистическая партия, советская идеология, материализм и советские люди были на «темной» стороне. Революционный украинский национализм и его сторонники, а также другие различные формы праворадикальной деятельности, которые могли привести к крушению СССР и «освободить» его население,