Читать книгу - "Чеберяйчики - Светлана Степановна Шевчук"

— Очень-очень! — Подскочил от нетерпения тот. — Мне так очень, что край. Я его попрошу, чтобы он …

— Эй-эй, постой. Вот у Цветка и попросишь, мне оно не надо. — Спокойно остановил чеберяйчика дед. — Странный мир настал. Все куда-то спешат, ищут разные диковинки, лезут в неизведанные дали, а сами не видят этой красоты, что под самым носом. Странный-странный мир. — Он опять замолчал, а потом как-то весь вздрогнул, игриво прищурился и продолжал, обращаясь к одному лишь Трындыку: — Я вижу, малыш, тебе больше всего нужно. Слушай: где Цветок растет, того никто не знает, и того и не надо знать. Надо только уметь его найти. А найти его может только тот, кому это действительно нужно, кто имеет самую заветную мечту и жить не может без нее. — Водяной опять хитро прищурился и посмотрел на друзей. — А вы, я смотрю, действительно еще те мечтатели, если решились в такой далекий путь отправиться и оставить родной дом.

При упоминании о доме, где-то сзади послышался предательское всхлипывание и едва слышное «До-о-омой хочу …».

— Так идите вдоль моей реки и слушайте свое сердце. Оно само подскажет, куда дальше идти. Только очень внимательно слушайте, а то опять заблудитесь.

И дед так же исчез, как и появился. Как будто не было его. А вокруг уже в свои права вступала ночь. Багрянй солнечный круг исчез в тихом водном плесе, зажег его на мгновение и утонул.

— Да куда мы пойдем среди ночи? — Смущенный Трули беспокойством смотрел на товарища.

— До-о-омой хочу — Сзади завыло громче.

— Да тише ты, храбрец. — Трынды нетерпеливо переминался с ножки на ножку. — Куда-куда? Сказано же, вдоль реки.

— Так темно же. — Не унимался Трули.

— Вот и хорошо, что темно, ничто мешать не будет. Пошли!

Трынды пошел первым, за ним — Трули, он схватил маленького пчеленка за лапку, чтобы не потерять и покорно следовал за другом.

Они шли и шли, а вокруг была лишь сумеречная темнота и серые тени трав и цветов. Где со стороны реки слышались плеск, шорох. Так же как и в лесу журчали светлячки.

— Я до-о-омой хочу! — Уже совсем громко заныл малыш

Но Трынды уже не обращал внимания на Медовика. Он словно поймал невидимую тропинку, которая выведет их к цели и шел все быстрее и быстрее. Вдруг он остановился. Трули с Медовик не ожидали такого поворота и с разгона налетел на него.

— Я понял! Я все понял! — Закричал Трындык. — Послушайте. Не надо никуда идти. Давайте мы все вместе сейчас закроем глаза и представим, что будем в Цветка просить. Только сильно-сильно представим. Он почувствует, как сильно мы хотим его найти и поможет нам.

И Трындык первый закрыл глазки. Он так долго мечтал о тех недосягаемых звезды, о тех неведомых их жителей, ему казалось, что стоит ему только закрыть глаза и он представит их в мельчайших деталях, и вместо этого перед глазами проплывали знакомые колокольчики, неторопливые улитки медленно переползали с листочка на листочек, а маленькая божья коровка озабоченно шуршала в прошлогодней листве. Он почувствовал теплые крылья совы Хижой, которые так часто в ночной прохладе согревали его на берегу.

— До-о-омой…. — Все тише всхлипывал Медовик. Он прислонился к Трули и спокойно уснул. Он уже не хотел того волшебного меда, не хотел славы и почестей. Чтобы просто проснуться среди своих колосьев и услышать недовольное ворчание мамы-пчелы.

— Вы долго меня искали, — услышали все трое нежный мелодичный голос. Они открыли глаза и увидели перед собой Цветок. Он была немного похожа на ромашку, а немного на василек.

— Вы заслужили, чтобы я выполнил ваше желание.

Первым опомнился Трындык. Он так боялся, что напрочь забудет, чего хотел, что поспешил первым попросить.

— Но знайте, я выполню только одно желание.

Трындык уже вплотную подошел к Цветку и начал говорить:

— Чудесный Цветок, я хочу …

— Вы не поняли, — остановила она малыша, — одно желание на всех.

Друзья оторопели. Они и не представить такого не могли. Что же теперь делать. Ведь каждый имел свое собственное желание.

— До-о-омой хочу … — снова заныл Медовик.

И тут друзья вдруг поняли, какое одно желание у них всех.

— Мы хотим домой, — спокойно сказал Трындык