Читать книгу - "Лорем - Ксения Лифанова"

Поблагодарив за разговор, я не нашла сил продолжить его и поспешила назад. Вне себя от ярости, я вернулась в повозку и сказала:

— Твой Эзобериен ужасный, мрачный тип и совершенно не знает манер. Мало того, что он отказался, хотя я была предельно вежлива и аккуратна, так еще и не поздоровался, не представился и не поблагодарил. Топает себе по дороге, и плевать на всех хотел. — Испугавшись своих слов, я взглянула на свою госпожу, но та, кажется, не обиделась. Все же я решила держать мысли при себе и молчала, в отличие от Глэна.

Глэну было недостаточно тех скупых сведений, что Аштанар дала нам, и он стал пространно распространяться о том, что хоть следопыт пока что ничем не заслужил всеобщего недоверия и не проявлял себя сколь-нибудь враждебно, все же этого недостаточно, чтобы безропотно нестись за ним, собирая каждую ухабину и загоняя лошадей. Ян слушал его и кивал с очень мрачным видом. У меня так и не повернулся язык передать, что ему Эзобериен вообще сказал идти пешком. Аштанар пожимала плечами, отворачивалась, выглядела мрачной и угрюмой. Нужно было что-то делать, пока Глэн не разозлил ее. Я заговорила:

— Госпожа, может быть ты можешь хотя бы намекнуть, что за общее дело у вас с лесовиком. Или может мы сами зададим вопросы и догадаемся, что скажешь, так можно?

Астонор пожала плечами. Значит, на эту тему она хотела отвечать и я задала вопрос, который возник, когда я пристальнее рассмотрела Эзобериена. При всей мрачности и пугающем облике, он был красив собой.

— Неужели тебе нравится этот дикарь?

Астонор пожала плечами

— Магуи, я думаю, ты не там ищешь. Посуди сама, у лесных есть их язык и легенды, наверное он вчера предложил записать сказки в Отрофонеке. — поддержал разговор Глэн.

— О, это было бы замечательно. Это так, госпожа? Дело в том, что это сюрприз?

Астонор вздохнула. Теперь-то понятно, почему Эзобериен не хотел говорить. Город-древо больная тема для Отрофон-Кессеев, понятно, почему он избегает разговоров. Да и находиться рядом с Яном, когда тот наряжен как бальт, Эзобериен попросту боялся. Наверное он думал, что Ян увидит что-нибудь лишнее и донесет другим магам земли.

Словно камень упал с моих плеч. Ян никогда не стал бы вредить Лесу, тем более что Эзобериен был важен для нашей госпожи Аштанар. А это значит, что проблема решится, как только дикарь узнает, что мы не злодеи. Осталось только переубедить его. Я улыбнулась, показывая, что рада перестать волноваться:

— Какая честь, госпожа! Знаете, я всегда хотела увидеть это их дерево. Говорят, оно внутри как целый город, и все стены в записях, неужели мы увидим все своими глазами?

Аштанар взглянула на меня неожиданно грозно. Наверное, она ожидала, что мы не догадаемся, и не хотела даже слышать разговоров на эту тему. Все же, я видела, что Глэна и Чельдо также устроило такое толкование. Мы говорили на другие темы до самого привала. Я спросила, хочет ли госпожа что-то передать Эзобериену, она кивнула и начертила записку на общем языке с предложением обсудить, как нам путешествовать дальше. Я подсмотрела, в записке еще был вопрос, что она может сказать своим спутникам о цели нашей поездки.

Я отнесла записку Эзобериену, который остановился отдельно от нас и сосредоточенно что-то жевал. Он прочитал текст, перевернул лист и посмотрел на обратную сторону. Я улыбалась и ждала, пока он прожует. Он сказал:

— На юго-запад и ничего.

— Извините меня, что вы сказали?

— Я сказал, передай Аштанар: на юго-запад и ничего.

Я передала его слова и Глэн обреченно вздохнул. Все надежды на то, что мы поняли цель визита, рухнули. Отрофонек был на юго-востоке. Мы продолжили путь. Опасаясь новой волны возмущения, я спросила:

— Госпожа, но на юго-востоке только земли нимов. Что нам делать там с лесовиком? Ладно мы с Глэном, но Чельдо снова привлечет лишнее внимание, да и вам нельзя будет просто так покидать повозку. — Она молчала. — Аштанар, намекни пожалуйста хоть как-нибудь.

Не дождавшись ответа Аштанар, мне ответил за нее Глэн:

— Ты всегда задаешь столько вопросов, а между тем учишься на толкователя. Истолкуй Эзобериена, как если бы он был сказкой. Этот Эзобериен, он кто такой?

— Ну, он лесовик. — Я начала рассуждать. — Только необычный, по наряду ясно, что лесовик, но вот именно таких я только на празднике Пробуждения Леса видела. Как понимаю, он из того племени, что живет у Рощи Старейшин. Но непонятно, почему он так далеко от своих земель. Впрочем очевидно, раз он идет с нами и зашел так далеко от своих земель, что он искал сказочницу. Но ему не нужно было просто говорить о сказках, иначе он бы уже это сделал, ему нужно, чтобы сказочница оказалась где-то еще. Не у Отрофонека, как мы теперь знаем. И направляемся мы в земли нимов. И сам он ним, хоть и выглядит как лесовик. Он считает, что сказки зачем-то нужны нимам?

— Так, а теперь собери все это в одну мысль. Кто такой Эзобериен?

— Он ним из лесного племени, который хочет, чтобы мы толковали сказки для нимов. Может быть, он предает свое племя?

Аштанар высунулась из двери повозки. Я успела заметить ее разгневанное лицо. Что я наделала! Мы надоели ей? Или мои догадки оказались слишком близки к правде? Глэн тоже выглядел встревоженным. В любом случае, эту тему развивать больше не следовало.

Госпоже наверное было плохо, я тронула ее за рукав и позвала:

— Извини, пожалуйста, я переусердствовала с заданием. Я волнуюсь за тебя, вот и болтаю всякое.

Аштанар забралась обратно и благодарно посмотрела на меня. Нужно было как-то еще показать, что мы заботимся о ней и поддержим, даже если ее затея нам не по душе.

— Госпожа, я верю, что дело важное и ты знаешь, что делаешь. Что думаешь, может отвлечемся и немного потолкуем какие-нибудь из старых юбок? — Сказал Глэн. Кажется, он думал так же, как я.

Аштанар кивнула и мы достали из сундука юбки прежних сказочниц. Толковать их был труд неблагодарный, многие узоры недоступны для понимания, поскольку