Читать книгу - "Дикий соблазн - Тата Кит"

Тата Кит

Дикий соблазн

Глава 1

Сырники, блины или кашу?

Или, может, не заморачиваться и просто пожарить завтра на завтрак яичницу, но поспать минут на тридцать подольше?

Нужно составить список продуктов и завтра после работы заехать в магазин.

Стирку, что ли, сейчас запустить?

Завтра на работу ту блузку надеть? Давно в шкафу висит…

— Бля! — муж тяжело дышал, уже несколько минут упражняясь на мне. Уткнулся лбом, усыпанными каплями пота в моё плечо, и сдавленно рыкнул. — Я ща! Почти!

Стало ясно, что он сейчас кончит.

Наконец-то.

Упёрлась пятками в его ягодицы с чуть приспущенными и слегка растянутыми боксерами, вонзила ногти в его спину и задницу, и не поленилась прогнуться в спине, чтобы он ещё немного ускорился, кончил, и я смогла спокойно пожить для себя оставшийся вечер.

— Успела? — спросил Дима и скатился с меня. В попытке отдышаться, шумно хватал ртом воздух. Лежал в позе трупа и держался за основание члена.

— Немного не успела, — ответила я и собрала ноги вместе. Я тоже старалась тяжело дышать и делать вид, что нахожусь почти на вершине эйфории, в то время как мой муж уже стоит на ней и размахивает наполненным презервативом вместо флага.

— Какая-то ты бесчувственная стала, — вроде сказал с легкой усмешкой, но я четко уловила укоризненные нотки. — Сколько ж тебя долбить надо, чтобы ты кончила?

Я не отвечаю. Молча поджимаю губы, чтобы не ляпнуть лишнего. Аккуратно встаю с постели и надеваю халат. Шелковый, сексуально-красный. Специально, чтобы мужу нравился.

— Я в душ, — бросаю тихо.

В темноте квартиры почти наощупь дохожу до ванной комнаты, где включаю свет. Прохожу мимо зеркала и даже не пытаюсь в него посмотреться.

Зачем? Что я там увижу?

После рождения двух детей там смотреть не на что.

Лишние килограммы, растяжки…

Мне легче не видеть всего этого и обманывать себя мыслью, что я всё так же легка и стройна, какой была ещё буквально шесть лет назад. Знаю, окружающих не обманешь, они видят мою внешность и делают свои выводы, наверняка, неутешительные. Но себя-то я могу обманывать? Или хотя бы не огорчать лишний раз?

Снимаю халат, распускаю волосы, которые почти всегда собраны в пучок — потому что это быстро, потому что это удобно.

Принимаю душ точно зная, что дети проспят до утра, супружеский долг мной только что был выполнен, и больше я ничего и никому не должна до самого утра.

Поздний вечер — единственное время, когда я могу уделить внимание только себе.

Всё остальное время у меня занимает семья, дом, быт, работа. В этом колесе я чувствую себя белкой, у которой нет права на отдых. Потому что всё должно быть идеально, все члены семьи должны быть накормлены, напоены, наглажены. В противном случае ко мне обязательно нагрянут органы опеки, полиция и свекровь. Не знаю, почему я так решила, но каждый раз, стоит позволить себе расслабиться днём, даже в выходной, мне начинает казаться, что все проверяющие органы уже поднимаются в нашу квартиру, чтобы лично убедиться в том, как плохо я обращаюсь с детьми и мужем, не приготовив им первое, второе и компот.

В ванной я нахожусь долго. Скрабы, гели для душа, маски для волос, шампуни, лосьоны, крема… Я люблю все эти бьюти-штучки. Не знаю, зачем мне их столько, учитывая, что я не люблю видеть себя в зеркалах. Но точно знаю, что я люблю приятно пахнуть. Хотя бы для себя самой.

Мой запах — это, пожалуй, единственное во мне, от чего я не смогу отказаться. Привлекательную внешность я уже утратила, но запах — ни за что.

Из ванной выхожу почти новым человеком. Завернувшись в полотенца, захожу в спальню, где на кровати, на том же месте, где я его оставила, лежит муж. Уткнувшись в телефон, он, кажется, и не замечает, что я уже вернулась. Ведь в этом уже нет нужды. Всё, что ему от меня было нужно, и то, что он клянчил весь вечер втихую от детей, он уже получил.

Яркий экран его телефона — единственный источник света в комнате, но его достаточно для того, чтобы я вынула из ящиков комода чистое белье и огромную футболку, которая служила мне пижамой.

Одеваюсь.

— О, вернулась. Наконец-то, — муж раздраженно фыркает и встаёт с постели, освещая пол светом от телефона. — У меня уже всё тут присохло.

— Мог бы сказать, что первый пойдёшь в душ. Знаешь же, что я там надолго.

— Что ты там каждый день делаешь, кстати? — нервно бросает он, проходя мимо.

— То же, что и все — моюсь, — отвечаю без тени эмоций. Этот вопрос он задает мне примерно всегда. И ответ мой никогда не меняется.

— За час там можно раз шесть помыться.

— Я столько и моюсь.

— А я потом за счётчики плачу.

— Мы платим, Дим. У нас семейный бюджет.

— Угу, — высокомерно усмехается он и выходит из комнаты.

Знаю я, что в этом «угу» — укол исподтишка и напоминание о том, что я зарабатываю меньше.

Этому «угу» определение придумала не я. Муж в одной из ссор внезапно ткнул меня в это носом. Тогда я не подала виду, но меня это сильно задело.

Прочесав волосы пальцами, вместе с тем насладившись их мягкостью и запахом, я иду на кухню, где включаю свет, чайник и достаю себе кофе. Не молотый. Обычный, растворимый. Всё равно я не разбираюсь в тонкостях вкуса. Мне достаточно того, что на банке написано «кофе».

Наливаю себе кофе, достаю электронную книгу и открываю файл на том месте, где закончила читать вчера. Пока читаю и пью кофе, рука сама тянется к ящику со сладостями. Под лихо закрученный сюжет печенье и конфеты незаметно запиваются кофе.

В кухню заходит муж, в полотенце после душа. Наливает себе стакан молока и выпивает его залпом. Ставит стакан у раковины. У раковины, внутри и рядом с которой чисто, так как всего пару часов назад я перемыла всю посуду, чтобы утром было приятно зайти на кухню.

Неужели так сложно сполоснуть за собой стакан? Сразу! Хотя бы из уважения к тому, что я всё тут уже помыла.

— Опять читаешь? — спрашивает муж с насмешкой в голосе.

— Угу, — согласно киваю я. Ставлю локти на стол и сцепляю пальцы в замок, не в силах перестать сверлить взглядом стакан, по стенкам которого медленно,